Читать книгу - "Во власти клятвы демона - А. Н. Кодл"

Рука исчезла с моей талии, и я невольно обвила его ногами, боясь потерять единственную опору. Но ладонь под затылком держала меня надёжно.

Другой рукой он занялся моими волосами. Вытащил ленту. Распустил косу. Пальцы медленно прошлись по мокрым прядям, пока течение промывало волосы.

Я почувствовала, как постепенно отпускает напряжение.

Потом он поднял меня обратно.

Вода стекала по лицу и шее. Я дрожала.

Не от холода.

Его дыхание коснулось моих губ и задержалось между нами.

Слишком близко.

Ещё немного — и наши губы встретились бы.

И почему от одной этой мысли внутри всё сжималось не от страха, а от волнения?

В этот миг не существовало ни слухов. Ни смерти. Ни острова. Ни Охоты.

Только мы.

Только этот вечер.

Возможно, последний в моей жизни.

Я перестала думать.

Перестала задавать вопросы.

Обвила руками его шею и сама подалась вперёд, прижимаясь губами к его губам.

На миг я замер. Ошалел. Растерялся. Из последних сил боролся с голосом, который годами твердил: держись от неё подальше. Я не шевелился. Боялся: если пошевелюсь, проснусь. Окажется, что это сон, губы Вэйны на моих.

Но это был не сон. Женщина, которой я себя лишал годами, сама меня поцеловала. Пусть она не знала, что это я. Понятия не имела, случайный я демон или кто-то знакомый. Но я был полон решимости показать ей, кто я, без её глаз.

Я понятия не имел, что на неё нашло, но вопросы задавать не собирался. Не тогда, когда это было тем, чего я так долго хотел.

Её губы были мягкими. Слились с моими лучше, чем я мог вообразить. Моя рука легла ей на лицо, нежно погладила щёку. Вода стекала с её потемневших волос и блестящей кожи, холодная речная, но быстро нагревавшаяся от этого медленного, сокрушительного поцелуя. Она снова прижалась ко мне, и мой контроль начал трещать.

Я ответил. Словно голодал годами, а её губы стали первой настоящей едой. Я так долго это представлял, томился в тишине.

Она издала звук, мягкий всхлип, который зажёг что-то дремавшее слишком долго.

Мой контроль треснул ещё сильнее.

Моя маска валялась на берегу. Один маленький сдвиг её повязки, и она бы меня увидела. По-настоящему. Могла легко стянуть тонкую ткань, вмиг понять, кто я, и тогда ей конец. Из-за меня.

И всё же меня это заводило. Запретность. Опасность. Риск.

Будь она проклята, искушает меня, заставляет забыть о цене. Но, боги, как же я этим наслаждался. Это было нереально.

И, ко всему, член стоял так, что было больно.

Мне потребовалось всё самообладание, чтобы не прижаться к ней, когда она обвила меня ногами, обнажив затвердевшие соски сквозь тонкую ткань рубашки. Но теперь, когда наши рты слились, а её вес был в моих руках, сдержанность была на исходе.

Потом её губы приоткрылись, и я почти слетел с катушек.

Тело дрожало с того мига, как наши языки встретились. На вкус она была тёплой и дикой, как дым и розмарин, слабый отголосок тех трав, которыми она готовила. Вкус, который мне никогда не суждено было пробовать, никогда не суждено было взять. Она утолила жажду, которую я носил в себе всю жизнь.

Я отвечал на её движения, подчиняясь её ритму. С каждым движением губ я падал всё дальше от рассудка, глубже в те части себя, которые хотели её уничтожить.

Она вдруг отстранилась, задыхаясь.

Мне больше всего хотелось знать, о чём она думает, какая война бушует в её молчании, но тяжесть этого мига держала меня. С каждой секундой лёгкие сжимались всё сильнее, пока я вовсе не перестал дышать. Я приготовился к отказу, к тому, что она уйдёт, остановит это, не дав начаться. И я не знал, смогу ли позволить ей уйти.

Но потом что-то изменилось, воздух вокруг неё стал другим. Я увидел тот миг, когда она сдалась решению, которое приняла.

Губы приоткрылись, и она прошептала себе под нос:

— А, была не была.

Мышцы спины расслабились, и она снова прижалась губами к моим.

Этот поцелуй был другим. Сырым. Злым. Свободой от всех оков. Словно вся сила воли, которая у неё осталась, растаяла от одного прикосновения. Зубы и языки сталкивались, требуя большего.

Её руки были повсюду, будто она не могла нащупаться. Одна запуталась в моих волосах, другая блуждала по груди и вниз по торсу, пока не добралась до пояса штанов.

Я не предпринимал никаких движений. Она здесь главная.

Она не остановилась. А я бы ни за что её не остановил.

Пальцы едва просунулись за пояс и скользнули по головке моего твёрдого члена. Я чуть дёрнулся, отчаянно цепляясь за остатки контроля, только бы не трахнуть её до беспамятства.

Я переместил руки ей на бёдра, залез под развевающуюся юбку, пока не нащупал тонкую ткань белья. Легонько провёл пальцем по её киске, тем же дразнящим движением, что и она у меня.

Дыхание перехватило, и я улыбнулся. Такой сладкий звук, вкуснее мёда. Потом её рука скользнула под мой пояс, и она обхватила пальцами мой член.

Моя голова упала ей на плечо, и я застонал. Я сосредоточился на ней, чтобы не кончить ей в руку. Обычно я держался лучше, но, твою мать, я так долго мечтал о её прикосновении, и это было настолько лучше, чем я мог представить. Я провёл языком по её шее, одновременно скользнув пальцем под ткань между ног, проводя по её щёлке.

Только когда она сжала меня и провела рукой вверх-вниз по стволу, я медленно просунул палец внутрь.

— О, блядь, — всхлипнула она.

— Боже, — выдохнул я одновременно с ней.

Она была тёплой и скользкой, напрягалась и сжималась вокруг пальца, когда я проникал глубже. Она двигала рукой вокруг меня снова и снова, проводя большим пальцем по головке, потом опускаясь вниз.

Я трахал её пальцем. Внутрь и наружу. Мечтая, чтобы это был член.

Но я не жаловался. Вэйна Скорен сжимала меня в руке, пока я доставлял ей удовольствие своим. Если это всё, что я получу от неё до конца жизни, я с радостью приму.

Мы оба знаем, что это не так.

Она наклонила голову набок, когда я провёл языком вверх по её горлу. Сжала меня сильнее, сжимаясь вокруг моего пальца, когда я укусил её мочку уха.

— Не могу тобой насытиться, — прошептал я ей в ухо.

Как только слова сорвались, она начала