Читать книгу - "Изгнанная драконом. Лавка для его потерянного сына - Юлий Люцифер"

зала через левую арку.

Толпа расступалась.

Я чувствовала взгляды на спине. Чьи-то злые, чьи-то испуганные, чьи-то жадные до скандала. Но среди них были и другие. Несколько слуг смотрели на шкатулку с ошейником так, будто уже вспоминали пропавших детей из дальних кухонь и младших ветвей. Один молодой стражник быстро опустил глаза, когда я поймала его взгляд. На его лице была не вражда.

Сомнение.

Сегодня этого было достаточно.

У входа в нижние коридоры нас ждала Мейра Клот.

Старшая ключница оказалась маленькой женщиной лет пятидесяти, с короткими седыми волосами и руками, исчерченными старыми ожогами. Лицо у нее было больное, серое, но глаза ясные. Она держала связку ключей на цепи, обернутой тканью, чтобы металл не звенел.

— Милорд, — сказала она и поклонилась Эррену.

Потом посмотрела на меня.

— Вы та целительница.

— Я Найра Тарн.

— Знаю.

Харвик подошел последним.

— Мейра, вы больны. Вас не должны были беспокоить.

— Меня беспокоили пять лет, старший хранитель. Сегодня я хотя бы знаю зачем.

По лицу Харвика ничего не прошло.

Но я увидела, как он перестал считать ее слабой.

Мейра повернулась к Эррену.

— Ячейку семь запросили на очистку вчера ночью. Приказ был оформлен вашим именем.

Эррен резко посмотрел на Харвика.

— Моим?

Харвик поднял брови.

— Я не оформлял такого приказа.

Мейра вынула из рукава сложенный лист.

— Печать главы рода. Подпись старшего хранителя. Я не открыла, потому что приказ пришел без личного подтверждения милорда. За это меня заперли в комнате под видом болезни.

Эррен взял лист.

Прочитал.

На лице у него не изменилось почти ничего.

Только глаза стали темнее.

— Подпись моя подделана, — сказал он.

— А моя? — спросил Харвик спокойно.

Мейра ответила:

— Ваша настоящая.

Тишина нижнего коридора стала плотной.

Харвик посмотрел на нее.

— Осторожнее, ключница.

— Именно этим я и занимаюсь.

Эррен сложил приказ и передал Рувику.

— В запись.

Рувик кивнул.

Мейра подошла к массивной двери хранилища.

Дверь была черная, без украшений, только с тремя замочными кругами на разной высоте. Не говорила. Не дрожала. Не выбирала, кого пустить. Просто стояла там, где ее поставили люди, умеющие защищать ценное и прятать опасное.

Мейра вставила первый ключ.

Повернула.

Потом второй.

Третий дался тяжело. Она закашлялась. Я шагнула к ней, но она подняла руку.

— Нет. Открою сама.

Эррен положил ладонь на дверь, не толкая.

— Я помогу весом, не огнем.

Мейра кивнула.

Он нажал плечом.

Дверь пошла внутрь медленно, с глубоким каменным скрежетом.

Из хранилища пахнуло сухим жаром.

Не пламенем.

Старым металлом, камнем, закрытым воздухом и чем-то еще — слабым, детским, почти исчезающим янтарем.

У меня сжалось сердце.

Эррен замер.

Он тоже почувствовал.

Мейра взяла лампу.

— Ячейка семь в правом крыле.

Мы вошли.

Хранилище Черного Кряжа оказалось не сокровищницей из сказок.

Никаких гор золота. Никаких говорящих камней. Только длинные стены с закрытыми нишами, каждая под номером и печатью. В одних лежали родовые клятвы. В других — остатки огня умерших драконов, сохраненные для ритуалов. В третьих — запрещенные предметы, которые нельзя уничтожить без вреда.

Все было подписано.

Упорядочено.

И от этого еще страшнее.

Мейра остановилась у ячейки семь.

Номер был маленький, выбитый на медной пластине.

Печать над ним потемнела.

— Ее открывали недавно, — сказала ключница.

— Когда? — спросил Эррен.

— После полуночи. Не мной.

Харвик сказал:

— В хранилище есть служебный доступ для срочных случаев.

Мейра не посмотрела на него.

— Служебный доступ оставляет другую отметку. Здесь использовали старый ключ хранителя.

Эррен повернулся к Харвику.

— У тебя есть такой ключ.

— И у покойного отца твоего был. И у прежних хранителей. Старые ключи не всегда возвращают вовремя.

— Очень удобно.

Харвик слегка наклонил голову.

— Удобство не делает факт ложью.

— Нет, — сказал Эррен. — Но делает ложь привычной.

Мейра вставила ключ.

Печать щелкнула.

Дверца ячейки открылась.

Внутри стояла небольшая каменная чаша. На дне — темный янтарный сгусток размером с детский кулак. Он не горел, но светился изнутри неровно, как уголь под пеплом.

Я сделала шаг ближе и остановилась.

В груди стало больно.

Не моей болью.

Отклик шел от записи Тивена, от его метки, от всего, что я видела на его коже. Нижний луч, перерубленный у ребер. Провал огня. Приступы. Холод.

Вот почему его тело не могло исцелиться до конца.

Часть его родового огня лежала здесь.

В каменной чаше.

Под номером семь.

Эррен стоял рядом со мной и смотрел внутрь ячейки.

На лице у него не было ярости.

Только ужас.

Тихий, взрослый, окончательный.

— Это его, — сказал он.

Мейра закрыла глаза.

— Да, милорд.

Харвик молчал.

Слишком долго.

Арса Денрит подошла ближе, посмотрела в ячейку и побледнела.

— Боги милостивые.

— Записывайте, — сказал Эррен.

Рувик уже писал.

Я не сводила глаз с чаши.

Огонь был жив.

Но слабел.

И если очистка прошла бы завтра ночью, от него не осталось бы ничего, кроме сухой янтарной пыли. Тогда Тивен, возможно, жил бы еще какое-то время. Бледный, больной, с поврежденной меткой. Его признали бы наследником или не признали. Спорили бы о крови, законе, памяти.

Но часть его самого исчезла бы навсегда.

Эррен повернулся к Харвику.

— Теперь докажи, что это подделка.

Харвик смотрел на чашу.

Потом на нас.

И впервые за все время в его лице появилось не раздражение.

Усталость.

— Это не подделка, — сказал он.

Арса резко повернулась.

— Что?

Харвик поднял глаза на Эррена.

— Это действительно огонь мальчика.

Тишина в хранилище стала тяжелой, как камень.

Эррен сделал шаг вперед.

— Ты признаешь?

— Я признаю, что ячейка семь содержит часть огня Тивена Драугара.

— И что ты украл его?

Харвик посмотрел на него почти спокойно.

— Украл? Нет, милорд. Сохранил.

Я услышала, как Мейра тихо втянула воздух.

Эррен произнес:

— Осторожнее.

— Я был осторожен пять лет. Поэтому твой сын жив.

Эррен дернулся.

Я схватила его за рукав.

Не сильно.

Достаточно, чтобы напомнить: ячейка. Чаша. Огонь. Свидетели.

Он остановился.

Харвик увидел мое движение и почти улыбнулся.

— Вот видишь, Найра Тарн снова держит тебя от ошибки. В этом она всегда была полезна.

Эррен сказал очень тихо:

— Говори.

Харвик коснулся серебряной цепи на груди.

— Мальчик родился с огнем, который мог сжечь себя и половину рода. Его тело было слабым. Враги знали