Читать книгу - "Пример для подражания - Рейчел Рид"

Харрис взял его за руку и повел через кухню к спальне в задней части квартиры.

— Ничего, если я проведу для тебя экскурсию позже?

— Договорились.

В темноте Харрис пересек свою спальню и включил прикроватную лампу.

Трой Барретт находился в его спальне.

В комнате были хаотично развешаны и расставлены десятки фотографий друзей и семьи, а еще портреты в рамках собак и кошек, которые жили у Дроверов на протяжении многих лет. Присутствовала также фанатская атрибутика Кентавров, концертные постеры, различные принты с Etsy (что-то типа ярмарки мастеров — прим. пер.), символика Прайда. А на кровати лежала целая гора подушек, одна из которых — в форме яблока.

— Вау, — сказал Трой. — Это… в общем-то, именно то, чего я ожидал.

— Правда?

— Да. Это очень в твоем духе. Показывает твою любовь ко… всему.

— Я не все люблю.

Он обнял Харриса со спины и поцеловал в шею, пока тот дрожал от счастья и предвкушения.

— Но вот это я люблю, — вздохнул Харрис.

Ему очень нравилось, что он никогда не знал, чего ожидать от Троя. Это было волнующе и немного пугало, что тоже нравилось.

Трой, вероятно, мог бы дать ему именно то, чего он хотел, если бы Харрис попросил. Если бы смог найти в себе силы сформулировать фразы, теперь, когда ладонь Троя проникла в его расстегнутые джинсы и массировала член через ткань трусов. Он застонал и запрокинул голову, ища рот Троя. Они целовались жадно и неуклюже, пока Харрис не повернулся, чтобы они могли делать это как следует.

Он просунул руку под футболку Троя, поглаживая твердые кубики его пресса. Трой воспринял это как намек и быстро стянул футболку. И, вау. Снова перед Харрисом предстал его сногсшибательный торс. Теперь Харрис мог с ним поиграть.

— Ты такой, блядь, горячий, — восхитился он. — Думал, умру на том пляже. И не от волн.

— От медуз-убийц длиной в милю?

Харрис рассмеялся.

— Нет. От того, как сильно хотел, чтобы ты повалил меня на песок и оседлал.

Трой погладил его бороду.

— Это то, чего ты хочешь? Хочешь, чтобы тебя повалили и взяли?

У Харриса отвисла челюсть, потому что… да.

— Боже, да. Так, блядь, сильно.

— Ты не хочешь, чтобы я был с тобой нежным. Ты так сказал.

— Не хочу. Я хочу, чтобы ты… — Харрис не мог закончить предложение по какой-то причине.

Возможно, потому, что реальность ситуации догоняла его. В его жизни никогда не случалось, чтобы кто-то обращался с ним именно так, как он жаждал. Для этого нужен был кто-то, кому он доверял, кто был бы готов и способен. Возможно, он нашел идеального человека.

Он сглотнул и расправил плечи.

— Хочу, чтобы ты был со мной пожестче. Я не мазохист, но, просто, не обращайся со мной, как с фарфоровой куклой, будто я хрупкий, ладно?

Трой провел большим пальцем по скуле Харриса, его синие глаза потемнели и смотрели пронзительно.

— Ты не хрупкий, Харрис.

У Харриса закружилась голова. Слышать эти слова, сказанные так просто мужчиной, который его до безумия привлекал, было почти невыносимо. Он так долго ждал, чтобы кто-то их сказал.

— Я не хрупкий.

— Я представлял, как разберу тебя на части.

Это не могло происходить в реальности. Это было слишком хорошо.

— Правда?

— Я хочу дать тебе все, что тебе нужно. Ты позволишь?

Харрис не ответил. Он просто впился в губы Троя. Животная страсть и похоть — вот и все, что от него осталось. Его ладони блуждали по твердой, обнаженной груди и животу Троя, по крепким мышцам спины и плеч. Трой подвел их к краю кровати, где прервал поцелуй.

— Твоя очередь, — сказал он, теребя верхнюю пуговицу рубашки Харриса.

Точно. Черт.

Он смотрел, как Трой расстегивал рубашку, пуговицу за пуговицей. Стянул ее с плеч Харриса, и тот стряхнул ее на пол. Под ней была простая белая футболка, ее, очевидно тоже следовало снять. Харрис медленно выдохнул, затем резко сорвал футболку, как пластырь с раны.

И замер.

— Черт, Харрис. — Трой провел кончиками пальцев по длинному вертикальному шраму на его груди. — Что…

— Не сейчас, ладно?

— Но…

— Ты обещал.

Трой обещал несколько другое, но Харрис не хотел, чтобы его шрамы заставили того изменить мнение насчет его хрупкости.

Трой, казалось, хотел настоять на ответе, но вместо этого провел пальцами по волосам на груди Харриса, вдали от изуродованной плоти, которую тот так ненавидел.

— Обожаю все эти волосы, — пробормотал Трой. — Так, блядь, сексуально.

Харрис вздохнул с облегчением и удовольствием.

— Хорошо. Этого добра у меня навалом.

Трой потянул его на кровать, перекатился и подмял под себя, вдавив своим весом в матрас. Он целовал его в горло, ключицу, грудь, осторожно избегая шрамов. А когда прикусил сосок — довольно сильно, просто идеально — Харрис ахнул.

— Блядь, да, — выдохнул он. — Именно так.

Трой повторил это, оттягивая зубами чувствительную плоть. Харрис захныкал и заерзал, а Трой пробормотал:

— Боже, ты бы себя видел. — Каждое его слово пробегало по коже волной горячего воздуха. — Я бы съел тебя заживо.

— Сделай это, — бездумно умолял Харрис.

Он хотел, чтобы Трой крепко схватил его и жестко трахнул. Хотел всего, о чем фантазировал Трой.

Трой приподнялся, оседлав его талию и глядя на него сверху вниз. В тусклом свете прикроватной лампы его гладкая кожа сияла. В углублениях между его мышцами пролегали тени, подчеркивая их рельеф. Завороженный этим зрелищем, Харрис провел большим пальцем по темному, твердому соску. Он услышал тихий смешок и с удивлением обнаружил, что Трой улыбался ему. Яркой, ослепительной улыбкой, от которой собрались морщинки в уголках глаз.

— Вау. — Харрис растерял все остатки самообладания. — Что заставляет тебя так улыбаться?

— Я счастлив.

Это был такой простой, очевидный ответ, но Харрис не сдержал собственной улыбки от уха до уха.

— Да?

— Я собираюсь заняться сексом с горячим парнем.

От неистового возбуждения у Харриса скрутило живот.

— Тогда мне уйти?

Трой покачал головой.

— Если не знаешь, насколько ты горячий, то, возможно, мне нужно тебе показать.

— Возможно.

— Давай начнем с того, что снимем эти джинсы, — сказал Трой низким, восхитительным баритоном. — Хочу видеть всего тебя.

Он стоял рядом с кроватью и смотрел, как Харрис снимал