Читать книгу - "Gold Dust Woman - Мэнди Бэкс"

сильнее любого алкоголя. В его голосе есть властность, от которой хочется ответить: «Да, сэр», но сквозь нее пробивается ровно столько уязвимой тоски, что я отдала бы ему все, что он пожелает, даже без этого повелительного оттенка.

Скрестив руки на груди, я стягиваю футболку. Когда остаюсь перед ним обнаженной, резкий вдох Тристана отдается эхом в тишине спальни. Зрачки расширены, серые глаза темнеют почти до черноты, пока он впитывает взглядом открывшееся перед ним зрелище.

— В мире не было и нет никого красивее тебя, — говорит он.

Я усмехаюсь.

— Никого?

Тристан качает головой, не в силах отвести взгляд от моей обнаженной груди. Под его ласковым взглядом соски затвердевают.

— Никого. Никогда. За всю историю человечества.

Он обхватывает меня за талию, а я стою перед ним и позволяю вдоволь насмотреться. Будто он заносит в память каждый изгиб, каждую ямочку. Никогда еще я не чувствовала себя настолько беззащитной, настолько обнаженной — и одновременно настолько любимой и драгоценной.

Его грудь неровно вздымается, дыхание выходит короткими дрожащими толчками и щекочет голую кожу.

— Можно тебя коснуться? — спрашивает он, голодный и измученный.

Я киваю, но он качает головой.

— Скажи вслух. Мне нужно услышать твое «да».

— Да.

И тут он набрасывается на меня.

Его ладони обхватывают мои сиськи, и он громко, протяжно стонет, а затем сжимает их. Они идеально помещаются в его длинных пальцах и широких ладонях, и от этих прикосновений мне приходится впиться зубами в нижнюю губу, чтобы не застонать.

— Иисусе, — рычит он и притягивает меня ближе, прижимаясь ртом к моей груди с ненасытным голодом человека, которого слишком долго лишали пищи.

Он поклоняется моим сиськам: сосет, кусает, прижимается лицом, жадно мнет. Он так долго ласкает меня, что все тело начинает дрожать от удовольствия, а пальцы впиваются в его волосы, притягивая его рот еще ближе, словно мне все мало.

Я запрокидываю голову и тяжело дышу, когда он втягивает мой сосок в рот и высасывает из меня все силы.

— Тебе хорошо, детка? — спрашивает он.

— Так, блядь, хорошо.

— Сядь на край кровати.

Я делаю, как он говорит. Он встает, поворачивается ко мне и опускается на колени между моих ног. Вид Тристана на коленях, с лицом, искаженным отчаянием и растрепанными из-за моих рук волосами, творит со мной что-то совершенно непристойное.

— Мне нужно попробовать твою красивую пизду.

Тристан прижимает ладонь к центру моей груди, заставляя лечь. Затем хватает меня за лодыжки, подтягивает задницу к самому краю кровати и перекидывает мои ноги через широкие плечи.

Плоской поверхностью языка он проводит по мне одним длинным, медленным движением, и мы оба стонем.

— О, блядь, — говорит он.

Затем меняет положение и ползет вверх, пока его лицо не оказывается прямо надо мной. Он смотрит так, словно я солнце, луна и звезды.

— Не останавливайся так быстро, — дразню я.

— Открой рот, — приказывает он, и вся моя насмешливость мгновенно исчезает. Темная потребность в его голосе заставляет пальцы ног поджаться. — Хочу, чтобы ты попробовала, как хороша ты на вкус.

Я открываю рот.

Он сплевывает на мой язык мою собственную влагу.

— Проглоти.

Святое дерьмо.

Я глотаю.

— Чувствуешь, какая ты вкусная?

— Очень.

— Вот именно. Очень, блядь, вкусная.

И снова его лицо оказывается между моих ног, он поглощает меня так, словно я его единственная еда — первая и последняя. Язык играет с моим клитором, как с музыкальным инструментом, он замечает каждую реакцию моего тела, пока не находит идеальный ритм и нажим, и я стону для него, а бедра дрожат по обе стороны от его головы.

Тристан вводит в меня один длинный палец и сгибает его вверх движением, будто подзывает к себе, а ладонь другой руки кладет мне на низ живота и мягко надавливает. Удовольствие прокатывается по мне горячей бурей.

— Такая, блядь, узкая, — рычит он мне в пизду. — Сможешь принять еще один палец, красавица?

— Пожалуйста, — невнятно выговариваю я.

Я даже не уверена, что сейчас нахожусь на той же планете. Я на орбите, несусь в открытый космос от совершенства, которое этот мужчина дарит моему телу. Он разрушает меня самым прекрасным образом.

Он вводит еще один палец и втягивает мой клитор в рот, и все это вместе — пальцы внутри меня, ладонь, прижимающая низ живота, голодные стоны, которые он издает, пожирая меня, — сталкивает меня за край.

Оргазм обрушивается со всей грацией урагана. Имя Тристана срывается с губ, словно вспышка молнии, а тело неудержимо содрогается, пока он продолжает сосать, лизать и ласкать меня, выжимая из меня последние капли удовольствия.

Я теряюсь в тумане и почти не замечаю, как Тристан подхватывает меня и переносит в выше по кровати, укладывая голову на груду мягких подушек. Он прижимает меня к себе и осыпает поцелуями челюсть, шею и лицо.

— Я хочу делать это каждый день до конца жизни, — выдыхает он, устраивая бедра между моих ног.

Я чувствую тяжелую длину его члена, который упирается в чувствительную киску, и двигаю бедрами навстречу. Тристан вздрагивает и резко втягивает воздух.

— Я так сильно тебя хочу, Деми.

— Ты уже получил меня, — отвечаю я, обхватывая его за плечи и проводя зубами по мочке уха. — Теперь возьми меня.

Тристан смотрит мне в глаза, устраивая член у входа, и я уже чувствую себя переполненной: он такой большой. А затем он толкается вперед и входит всего на дюйм. Я выгибаю спину и резко вдыхаю. Боже мой, никогда прежде я ничего подобного не чувствовала. Никогда не чувствовала ничего похожего на него.

— Ты в порядке? — спрашивает он, тяжело дыша и дрожа от сдерживаемого желания, но каким-то образом все еще находя в себе заботу и силу воли, чтобы убедиться, что со мной все хорошо.

— Мне так хорошо, — говорю я.

— Скажешь, если будет слишком?

— Тристан, — сквозь стиснутые зубы произношу я.

Теперь