Читать книгу - "Магнолия в объятиях тумана - Алёна Морская"

и пространство рассыпалось на осколки, унося хохот Огненной ведьмы на задворки сознания.

Абелард стоял перед палаткой, не решаясь заглянуть внутрь. Он держал в одной руке миску с кашей и вяленым мясом, а в другой – горячий чай. Когда лорд решился позвать девушку в третий раз, из проёма показалась взлохмаченная голова Ли-Льен.

– Мы скоро выдвигаемся, – сообщил ей Абелард, всклокоченный не меньше. – Поешьте, Лилейн, потом неизвестно, когда снова получится прерваться на обед.

– Ага, – ответила та невпопад, взяла еду и скрылась в своём крохотном жилище, как недовольная черепаха в панцире.

Когда солнце поднялось над деревьями, группа продолжила свой путь. К обеду небо вновь укрыло тучами, зарядил мелкий дождь, а перед инквизиторами среди ёлок предстали каменные руины какого-то древнего строения.

– Насколько я помню историю, когда-то здесь возвели храм богини любви, Элькотис, – рассказал Довьят, – но со временем он пришёл в запустение. Видимо, это его остатки.

Развалины белокаменных колонн и ступеней, покрытые мхом, простирались достаточно далеко. В какой-то момент всадники даже прошли вниз от храма по каменной дороге, минуя входные колонны, невесть как сохранившие своё положение. Когда Ли-Льен проезжала через них, то почувствовала, как слегка нагрелась заколка на затылке. Девушка нахмурилась, касаясь потеплевшего дерева, но внезапный окрик Моруса отвлёк её.

– Наконец-то! – обрадовался инквизитор.

Там, впереди, за елями и редкими осинами виднелись очертания деревянных домов с дымящими печными трубами, слышались звуки нескольких кузниц и весёлые крики детей, которым осенняя непогода была нипочём.

Глава 13

Эндшпиль

Любуча буквально скрывалась среди хвойного леса, окружавшего деревню со всех сторон. Воздух в ней пропитался сыростью и дымом от кузниц, окружённых высокими деревьями, будто загоном.

Когда инквизиторы приблизились к первым домам, двери одного из них отворились, и навстречу путникам вышел местный староста с окладистой седой бородой и отороченной мехом шапкой. Поверх длинной льняной рубахи на нём была надета тёмно-серая сермяга, но под широкими штанами при этом виднелись босые ноги.

– Эгей, кого к нам нелёгкая принесла! – воскликнул невысокий мужичок, подпрыгивая на месте. – Эгле, милая, встречай гостей!

Из дверей показалась голова с двумя тронутыми сединой светлыми косами, а потом женщина охнула и выбежала на крыльцо:

– Ой-ёй, боженьки, людей-то сколько! Рута, Рута! – закричала она куда-то в дом. – Доставай праздничный чан! Нам нашего не хватит!

Постепенно вся Любуча вы́сыпала из домов – посмотреть на диковинных гостей.

Дети с восхищением глядели на спешившихся воинов. Женщины и девушки смущённо хихикали в платочки. Мужчины же насторожённо присматривались к инквизиторам, на всякий случай прикрывая собой своих жён и дочерей.

– У нас тут ровно сто сорок человек, – отчитывался Морусу староста, пока студенты привязывали коней у поилок. – Но скоро у пары дам пополнение ждём.

– Да мы здесь не за переписью, – поморщился инквизитор, оглядывая окрестности. – Нас больше интересует, не пропадали ли у вас люди? Не умирал ли беспричинно скот? Возможно, синие огни беспокоят?

– Что? – удивился староста. Он нахмурил брови и задумчиво огладил бороду. – Да нет вроде. Ну, то есть летом этим один человек, Наглис, в болоте сгинул. Да у Рамуны недавно корова с бычком убежали, так и не нашли. Ну а огни, так они у нас из года в год по ночам светят, уж и дети бояться перестали. К нам как-то учёный из Перыни захаживал, так он сказал, что огни синие на болотах – дело обычное. Аль наврал нам, мелкий пройдоха?

– Да нет, в общем-то, – удивлённо ответил Морус.

После минувших событий он не мог не стать подозрительным.

– То есть не на что жаловаться? – уточнил мужчина у старосты.

– Ну как не на что. Урожай репы в этом году маловат будет. Не иначе эти сплетники из соседних деревень и сглазили. Тьфу ты, чтоб им пусто было! – сплюнул мужичок.

Инквизитор поблагодарил его за сведения и направился к Улгену.

– Мы, конечно, всё осмотрим, зря, что ли, приезжали, но, похоже, здесь ловить нечего, – сообщил Морус коллеге. – Ну, может, успеем до соседней деревеньки смотаться, послушаем хоть, что они там такого насмотрелись и откуда такие слухи взяли.

– Вы не торопитесь, господа инквизиторы, – крикнула им Эгле, опять появившаяся на крыльце. – Мы вам сейчас баньки растопим, а то пока по лесу шли, одичали, небось!

– Спасибо, сударыня, – отвечал ей Элай.

Ли-Льен тем временем села на корточки перед одним мальчонкой:

– Держи, малыш, – сказала она, протягивая ребёнку леденец.

– Ой, спасибо, тётя-инквизитор! – воскликнул он, прижимая сладость к груди.

– Да ты кушай, кушай, – фыркнула Ли-Льен.

– Да я маляткам отнесу, пусть тоже попробуют! – рассмеялся мальчик и убежал вперёд, весело крича: – Смотрите, мне тётя петушка дала!

Абелард, закончив рассёдлывать коня, с улыбкой подошёл к Ли-Льен.

– Надо же, не ожидал увидеть в вас такую… мягкую сторону.

– Да во мне вообще много сторон, которые люди не ожидают увидеть, – хмыкнула девушка, с интересом глядя мальчишке вслед.

– Ах, наконец-то можно смыть с себя всю грязь, – блаженно протянула распустившая кудрявые чёрные волосы Бадрия, выливая на тело сразу весь ушат холодной воды.

Женскую часть инквизиторской группы устроили в отдельной баньке, затопленной мягче.

– Да-а, а какой тут аромат! Можжевельник, ель и целый набор каких-то трав, – восхищённо произнесла Пага, бьющая себе по бёдрам дубовым веником. У неё было короткое каре пепельного цвета, в котором запуталась пара высушенных листьев. – Мы дома так только по праздникам топили. Эй, Лилейн, поддай-ка парку, а то наша леди нас явно смущается.

Нариэн и вправду не привыкла мыться в чужом присутствии. Одно дело, когда тебя омывают служанки, и совсем другое – когда вокруг мелькают чужие обнажённые тела. Леди Маннай сидела на краешке лавки, поджав ноги и выпрямив спину, и аккуратно тёрла руки мочалкой.

Ли-Льен же, ни капли не смущаясь, полулежала на самой верхней скамье. После просьбы Паги девушка грациозно спустилась, захватила из бочки с водой черпак и облила зашипевшие камни.

– Боги, какой у тебя ужасный шрам на плече! – воскликнула Ахана, зажав рот рукой. – Как же ты теперь выйдешь замуж?

От её возгласа всё внимание перекинулось на Ли-Льен. Даже Нариэн любопытно перевела взгляд на девушку, которая и в бане осталась с замысловатой высокой причёской, сложенной из шпилек и тёмных каштановых волос.

– Совершенно очевидно, что никак, – скорбно произнесла та, но на дне карих глаз плясали явные для леди Маннай смешинки. – Правда, я уже смирилась, что на века останусь старой девой, потому сожаления излишни. А вот тебе следует хорошенько запомнить, как выглядит тело женщины,