Читать книгу - "Лис. Тени моего сердца - Марина Альте"

за «ищейки»? Почему они стреляли?! — я почти кричу, пытаясь вырваться из его хватки, но он держит намертво.

Максим сухо усмехается. Моё любопытство ему не по душе. Делиться подробностями явно не входит в его планы, но он делает паузу, сканируя моё лицо.

— Если пойдёшь со мной — отвечу, — бросает он, и в его голосе слышится неприкрытый вызов.

Я смотрю на него и понимаю: выбора у меня, по сути, нет. Либо этот невыносимый тип, либо эти «ищейки», которые превратили машину в решето. Страшно даже представить вторую встречу с ними, хотя я уже не догоняю, кто опаснее — те, кто палил по нам в упор, или этот... Макс.

Он смотрит с какой-то новой хитринкой, явно просекая, что его взяла. Но, слава богу, хотя бы перестал скалиться как гиена, и на том спасибо!

— Придётся остаться здесь сегодня, — заявляет он, кивая в сторону отеля, и тут же добивает: — В город возвращаться опасно.

Зашибись! Просто предел мечтаний. Застрять в глуши... с ним... Что может «идеальнее» завершить этот сумасшедший день?! Только если метеорит на голову рухнет.

Макс отпускает мою руку и вальяжно топает к входу. А я зависаю на месте, как заглючивший компьютер. Мозги судорожно пытаются выдать план «Б». Самое логичное сейчас — дать дёру, пока он не видит! Но если уйду, никогда не узнаю, во что вляпалась. И этот грёбаный оперский азарт, как голодная крыса, толкает меня прямо в пасть к этому зверю.

— Эй, капитан Зайка, ты там корни пустила? — бросает он через плечо.

Стискиваю зубы так, что челюсть сводит. Иду. Но если он решит, что я сдалась, его ждёт очень неприятный сюрприз.

За парадными дверьми нас проглотил тесный, мрачный холл. Стены в избытке завешаны зеркалами в тяжелых рамах, в которых отражалась лишь унылая, видавшая виды мебель. На ресепшене обнаружилась девчонка — совсем ещё кнопка, на вид едва восемнадцать исполнилось. Но стоило ей завидеть Макса, как её лицо озарилось такой сияющей улыбкой, что гадать не пришлось: старые знакомые, и явно не по деловым вопросам.

— Добрый день! — выдавила та неестественно писклявым голосом, и её взгляд тут же переметнулся на меня. Суровый, ревностный, насквозь пропитанный ядом. Она буквально сканирует меня, пытаясь понять, что эта потрёпанная девица делает рядом с её кумиром. — Вам… номер?

— Тот, что с балконом, — отрезал Макс. Голос сухой, жёсткий, ни намёка на вежливость или хотя бы приветствие.

Девчонка заметно приуныла — явно ждала от него другого. Пару секунд она тупила, глядя в монитор, будто забыла, как дышать, но быстро пришла в себя и что-то заклацала по клавишам. Выпрямилась, стараясь вернуть лицу официальную мину:

— Свободен.

— Ключи, — бросил он, словно отдавая приказ на плацу.

Администраторша явно прифигела от такого холодного душа. Видно было, как её энтузиазм сдулся, оставив после себя только обиженно поджатые губы. Она-то, небось, уже настроилась на кокетливый диалог с «красавчиком-гладиатором», а получила сухой приказ и в придачу — меня, взъерошенную и злую.

Она нехотя достала электронную карту, но прежде чем отдать её Максу, ещё раз мазнула по мне своим ядовитым взглядом, в котором читалось чёткое: «И что он в этой нашёл?».

— Пятый этаж, люкс с панорамным видом, — процедила она, с трудом сохраняя остатки профессиональной вежливости.

Макс выхватил ключ у неё из пальцев, даже не взглянув на девчонку. Его сейчас явно интересовали вещи посерьёзнее, чем разбитое сердце малолетки за стойкой. Он развернулся и, не оборачиваясь, бросил мне через плечо:

— Шевели поршнями, копша. Лифт долго ждать не будет.

Я двинулась следом, кожей чувствуя, как девчонка на ресепшене вонзает мне в спину воображаемые кинжалы. Ну и ну. Похоже, здесь у нашего амбала целый фан-клуб, а я только что стала врагом номер один.

— У неё явно на тебя планы, — не удержалась я от вердикта, когда двери лифта с тихим шелестом отрезали нас от ядовитого взгляда администраторши.

Макс бросил на меня беглый взгляд, и в уголках его губ заиграла та самая бесячая усмешка, от которой хочется что-нибудь в него кинуть.

— Ревнуешь?

— Вот ещё! — выпалила я, вскидывая подбородок и глядя на меняющееся табло этажей. — Просто констатирую факт. Девочка так старалась, а ты её как ветошь подвинул.

— Я не слащавый милашка, — хмыкнул он, сокращая дистанцию в тесной кабине лифта до опасного минимума. — Мне поебать на её планы…

Это был не ответ. Это был диагноз. Окончательный и обжалованию не подлежащий диагноз его запредельному скотству. Он даже не пытался изобразить приличие, просто выдал это словно прогноз погоды на завтра.

Лифт звякнул, объявляя пятый этаж. Макс шагнул в коридор, не дожидаясь моего ответа, а я поплелась следом, чувствуя, как замкнутое пространство лифта сменилось предвкушением ещё более тесного уединения в номере.

На ватных ногах я поплелась следом. Кожей чувствуя, что совершаю ошибку. А мозг до сих пор транслировал картинки того, как нас чуть не превратили в дуршлаг, но оперская чуйка уже начала выстраивать логические цепочки.

Пазл сложился: Каменев не просто так перекрывал поставки — он делал это для гладиатора. И секретные архивы группы «Тень» тоже под его присмотром. Они связаны, и если я смогу раскрутить этот клубок, то выведу всю эту банду на чистую воду. С этой греющей душу мыслью я зашла в номер и — сама того не замечая — захлопнула за собой дверь. Словно отрезала путь назад.

Номер оказался неожиданно просторным: светлые стены, тяжелая темная мебель и то самое панорамное окно, за которым сгущались сумерки, поглощая верхушки леса. Я не надеялась на две комнаты, но когда мой взгляд упал на обстановку, последняя надежда на две раздельные кровати рухнула с оглушительным грохотом.

Одна. Огромная. Посреди комнаты.

Нет, я тут не останусь! Вытяну из него правду, вызову такси и рвану в город, и плевать на ищеек, кем бы они ни были! Но Макс, похоже, все мои намеренья считал на раз-два. Он одним резким движением содрал с себя футболку, и в тусклом золотистом свете ночника его тело проступило какими-то запредельно рельефными, литыми из стали буграми мышц и украшенные замысловатым узором татуировки. Я невольно сглотнула, пригвождённая