Читать книгу - "Запретная страсть для декана - Наталья Гордеевская"

четко очерченные губы и упрямый мужественный подбородок. Его можно было бы назвать красивым, но эта красота казалась ненастоящей из-за темных злых глаз.

Кайл понимающе рассмеялся, заметив мой взгляд, и подошел ближе.

— Эва? — переспросил он, и его тяжелый взгляд надавил на плечи. — Ты беспокоишься за подружку? С ней ничего не случится, если ты не станешь делать глупостей.

Я проглотила холодный ком в горле и отступила назад, когда Кайл снова приблизился

— Вы пришли убить меня? — прошептала я, не справившись с волнением.

— Милая, наивная Эльза, — усмехнулся он и остановился в шаге от меня. — Кто же забил тебе голову такой чушью? С чего бы мне тебя убивать, да еще в разгар бала? Я же не чудовище!

Артефакт в кулоне толкнулся в ладонь прохладной силой, и она заструилась по рукам, будто потоки воды пролились по коже.

— Разве нет? — я храбро посмотрела ему в лицо. — Все вокруг только и говорят о главе Ордена, Кайле Гримвуде. И отзывы не самые хорошие, если честно. Даже за примером далеко ходить не надо — вы же пытали моего отца, чтобы найти меня, верно?

Верно, — кивнул Кайл, и его губы дрогнули от сдерживаемой улыбки. — Но, Эльза, это только потому, что он упрямо не хотел рассказывать о тебе. Если бы честно признался, что ты в Кроувилл, то никто бы его и пальцем не тронул. Он сам меня вынудил, ничего не поделаешь.

Он сделал шаг, и я выставила руку перед собой, отступив назад.

— Не приближайтесь — голос задрожал от страха. — Я не такая беспомощная, как вам кажется! И за свою жизнь буду сражаться!

Ладони жгло от чужой силы, она требовала выхода, покалывая кожу острыми иголками.

— И что же ты сделаешь? — с любопытством спросил Кайл. — Заплачешь? Декана своего позовешь? А может, сама меня поколотишь, ведь Морис учил тебя, да? Покажешь?

Он резко хлопнул перед моим лицом, и от неожиданности с моих пальцев сорвался небольшой сгусток силы, ударив Кайла в грудь. Он пошатнулся, но устоял на ногах, окидывая меня злобным взглядом.

— А твой декан подстраховался, — хищно улыбнулся он, — силой поделился, да? Сама-то ты бездарная, пустая, как пересохший колодец!

Сердце подкатило к горлу и упало вниз. Кажется, я только что разозлила могущественного опасного мага, и моя жизнь повисла на тоненьком волоске.

— Если вы здесь не для того, чтобы убить меня, тогда зачем? — голос прозвучал спокойно, и я внутренне порадовалась, что мне удается держать себя в руках.

— Можешь не верить, но я забочусь о тебе, Эльза, — Кайл снова заговорил мягким вкрадчивым тоном. — Твой отец, конечно, виноват в том, что скрыл тебя, но тебя саму я ни в чем не обвиняю! Дети не должны отвечать за грехи родителей. Альфред понесет наказание, а вот ты... За тебя мне страшно!

Он сложил руки на груди и притворно тяжело вздохнул.

Тебе нужна защита, ведь вокруг столько врагов, — продолжил он. — И я смогу дать ее, если ты попросишь.

Никто не посмеет назвать тебя бездарной, никто не осмелится обидеть... Я смогу защитить тебя даже от того, кому ты по наивности поверила, Эльза.

Это от кого же? — с трудом проговорила я. — Разве кроме вас и Ордена еще кто-то хочет моей смерти?

— Подумай хорошенько, — Кайл театрально развел руками. — Ты никогда не спрашивала своего декана, почему между ним и твоим отцом такая вражда, что они готовы уничтожить друг друга? Я вообще удивляюсь, что ты до сих пор жива!

Сила забурлила внутри, и пришлось сжать кулаки, чтобы удержать ее в себе. Рано выпускать ее, слишком рано!

— Вы для этого прислали мне те вырезки из газет про Мучителя? — грудь сдавило раскаленным обручем. — Декан Морис и Мучитель... это один человек, да?

— А ты сомневалась все это время? — на лице Кайла мелькнуло удивление. — И каково это — быть рядом с тем, у кого руки по локоть в крови? За кем тянется багровый шлейф из замученных жертв?

Я с силой прикусила губу, и к глазам подступили слезы.

— Он не сделал мне ничего плохого, — я покачала головой. — А вы разве не такой же? Сколько людей убил ваш Орден просто за то, что у них нет магии? А мой отец в этом участвовал? Не молчите, ответьте!

Дрожь охватила все тело, ладони пылали, и сила жгла изнутри, стараясь выбраться на волю.

Кайл поморщился, посмотрел куда-то поверх моей головы и резко взмахнул рукой. Тени сорвались с растений, подползая к нему змеями, поднимаясь по ногам и обвивая руки.

— Хочешь посмотреть, насколько хорош Мучитель в деле? — зловеще прошипел он мне в лицо. — Я покажу тебе! Но предупреждаю, зрелище не для нежных глаз. Ты увидишь его настоящим, а потом придешь ко мне, чтобы умолять о защите! И вот тогда...

— Тронь ее, и я прямо здесь тебя и закопаю! — холодный голос декана за спиной заставил вздрогнуть. — Сдавайся, Кайл, тебе не уйти.

57

— А я все думал, когда ты появишься, Даниэль? — зло усмехнулся Кайл. — Или тебя лучше называть Мучителем? Кажется, раньше ты пользовался именно этим именем!

Как бы я ни старалась храбриться, но из горла все равно вырвался слабый всхлип.

— Эльза, отойди от него, — голос декана зазвучал непривычно мягко. — Он не посмеет тебя тронуть при мне.

Кайл рассмеялся, и дрожащие тени коснулись моего платья. Они медленно позли по подолу, словно принюхиваясь, стараясь добраться до рук, и от подступившей дурноты закружилась голова.

— Или это ты не посмеешь ее тронуть при мне, а, Даниэль? — процедил Кайл. — Повернись, Эльза, посмотри, кому твой отец доверил самое дорогое, что у него есть. Убийце, у которого руки по локоть в крови!

Тени, обвившие талию, развернули меня, как куклу, лицом к декану, и остатки силы сорвались с пальцев, взрывая землю.

В темноте был виден только зловещий силуэт. Мерцающие белые глаза остановились на мне, и дрожь пронеслась по телу.

Страх, ледяной и колючий, полз по коже, и только усилием воли я все еще могла держаться на ногах.

— Ты точно такой же, — прошептала я. — Ничем не лучше!

— Оу, в самое сердце! — Кайл демонстративно схватился за грудь. — Без ножа режешь. К слову, я никогда никого не убивал своими руками. Так что, формально, я чист. А что делали остальные — это их грехи, не мои!

Если бы не тени, сжимающие меня, то можно уйти влево, развернуться, ударить ладонью в нос и сбить с ног.

— Отпусти ее, — декан медленно подходил ближе, и в лунном свете блеснули