Читать книгу - "Мучения Дьявола - Трейси Делани"

удастся, думаю ли я, что это даст нам новое понимание того, почему мама покончила с собой? Также нет. Мы знаем, почему она это сделала. Она не смогла жить с тем, что случилось с Аннабель. Я не уверен, что здесь еще можно что-то найти.

Копье пронзает мою грудь, агония от осознания того, что меня было недостаточно для нее, сейчас так же свежа, как в тот день, когда я пошел искать ее и нашел лежащей под водой в своей ванной. Мы с ней были невероятно близки. Она значила для меня все. Все. Осознание того, что она не чувствовала того же, преследовало меня годами.

Отбрасывая воспоминания, которые окутывают меня облаком самого черного горя, я смотрю на часы. Пятнадцать минут первого.

— Как далеко эта женщина?

— Двадцать минут.

— Хорошо. Я еду. Но мне нужно вернуться самое позднее к трем. Лучше в два сорок пять.

Кристиан наклоняет голову, изучая меня. Затем он смеется. — Я понимаю, мистер Молодожен. Не волнуйся, я верну Золушку домой к полуночи.

— Лучше бы это было, черт возьми, намного раньше полуночи, — рычу я.

Я дал обещание своей жене и, черт возьми, намерен его сдержать.

Глава Двадцатая

Вики

— Как прошел медовый месяц?

Образцы красок и тканей разбросаны по всему журнальному столику в гостиной, но просьба Имоджен помочь ей выбрать, какими из них украсить детскую, была явно уловкой. И судя по пронзительному взгляду, который она бросает на меня, пока я не расскажу ей несколько подробностей, я не вырвусь из ее цепких объятий.

— Это было... — Я ищу подходящее слово, но не уверена, что оно подходит для описания моего удивления от версии Николаса, которую я получила в свой медовый месяц. — Отличается от того, что я ожидала.

Между ее бровями появляется морщинка, и она склоняет голову набок. — Отличается, насколько?

Я провожу языком по нижней губе и пожимаю плечом. — Он не мог быть более внимательным.

— А ты ожидала, что он оставит тебя на произвол судьбы и будет все время ворчать.

— Да, вроде как. Я прекрасно понимаю, что он не хотел жениться на мне, но ты знаешь, с той ночи в «Нуаре», когда этот придурок ударил меня по лицу, он изменился. Он... защищает меня. — Может быть, немного чересчур. Я все еще не совсем уверена, что он не попытается каким-то образом создать проблемы Мэтью, хотя бы для того, чтобы утвердить свой авторитет. Николас такой же альфа-самец, как и все остальные. Защита у него в крови, и, судя по выражению его глаз, когда пару раз упоминалось имя Мэтью, он охотится за кровью моего бывшего парня.

Я делаю мысленную пометку, не смогу ли я связаться с Мэтью и, может быть, о, я не знаю, предупредить его, что на тропу войны может выйти разгневанный муж.

Или… Возможно, я слишком много думаю об этом.

— Тебе повезло. Александр игнорировал меня большую часть моего медового месяца. С другой стороны, он пытался изолировать меня, чтобы я ушла от него.

— Я удивлена, что ты не пырнула его ножом, пока он спал.

— Поверь мне, я была близка к этому не раз. Хотя я рада, что Николас не был таким. И, конечно, он должен был защитить тебя. Он твой муж.

— Да, но он не должен был быть им, верно? — Я вздыхаю, качая головой. Мне все еще трудно избавиться от длинной тени, которую трагическая кончина Бет бросила на мою жизнь. Дихотомия безумной тоски по ней и осознания того, что, если бы она была здесь, мой шанс на счастье с Николасом никогда бы не осуществился, не укладывается у меня в голове. Чувство вины за это сокрушительно.

— Вики. — Имоджен берет обе мои руки в свои. — Ты не можешь продолжать так думать. Иногда судьба вмешивается в нашу жизнь сильнее, чем мы хотим признать. Мне жаль, что ты потеряла свою сестру. У меня нет братьев и сестер, поэтому мне трудно представить, через что ты проходишь, тем более что вы двое были близки, но ее здесь нет, а ты есть. Не позволяй ее безвременной кончине лишить тебя жизни, которой ты заслуживаешь.

Надо отдать ей должное, Имоджен ужасно мудрая. Возможно, быть единственным ребенком в семье означает, что приходится гораздо больше полагаться на себя. В ее словах есть смысл, но знать и верить — две разные вещи. Я не могу не чувствовать себя самозванкой, и однажды я заплачу за свои грехи.

В половине третьего я выбираюсь из дома будущей матери и возвращаюсь в апартаменты Николаса. Думаю, теперь это наши апартаменты, хотя, если я собираюсь здесь жить, мне нужно будет добавить несколько индивидуальных штрихов. Сразу видно, что это мужское пространство. Здесь вся функциональная мебель и мягкие стены. Всплеск цвета, пара лишних безделушек, несколько разбросанных подушек — и я смогу сделать комнату немного уютнее.

Я ныряю в душ. На мытье волос нет времени, поэтому я втираю немного сухого шампуня и расчесываю их, пока они не начинают блестеть. Я наношу немного духов под каждое ухо и на шею и надеваю кремовую атласную ночную рубашку, которая облегает мои изгибы и ниспадает на несколько дюймов ниже колен. Учитывая, что за последние несколько дней у нас было много секса, я до смешного возбуждена при мысли о том, что Николас появится здесь с горящими похотью глазами и сорвет с меня это красивое платье.

Три часа приходят и уходят. Никаких признаков Николаса. Затем три пятнадцать. Три тридцать. Когда часы показывают три сорок пять, я переодеваюсь из ночной рубашки в джинсы и кашемировый джемпер. Разочарование наполняет мою грудь, когда я отправляюсь на его поиски. Я не знаю, чем он занимается и где работает, но каждая комната, мимо которой я прохожу, пуста. Я возвращаюсь в гостиную, но Имоджен там уже нет.

Спускаясь по лестнице, я замечаю, как сотрудник уходит от меня с большим подносом, уставленным едой. Я спешу догнать его.

— Прошу прощения?

Он поворачивается ко мне лицом, слегка склоняя голову. — Миссис Де Виль. Что я могу для вас сделать?

Я никогда в жизни не видела этого парня раньше. Его знание того, кто я, немного выбивает из колеи, хотя он, вероятно, присутствовал на свадьбе в каком-то качестве.

— Эм, я ищу своего… своего мужа.

— Мистер Николас некоторое время назад покинул поместье вместе с мистером Кристианом.

— О. — Мое сердце замирает. Он вернулся на две минуты, а я уже забыта.