Читать книгу - "Где воскресают бабочки - Нана Рай"

стоит очень дорого. И кабинет обставлен соответствующе: черная кожаная кушетка для пациентов, такое же внушительное крутящееся кресло для психотерапевта. Стены увешаны картинами, кажется, их называют абстракциями, впрочем, Руслан ни черта не смыслит в живописи, поэтому для него это лишь разноцветные кляксы на белых полотнах, которые повесили, чтобы сумасшедшие чувствовали себя здесь нормальными. Единственные картины, которые ему нравились, принадлежали кисти молодого художника Даниила Агеева. Года четыре назад Руслан случайно попал на его выставку в Москве и даже купил одну работу под названием «Фейк».

По углам стоят якобы антикварные венецианские вазы с любопытным сине-белым узором. Посередине кабинета лежит круглый ковер в тон. И все. Остальную стоимость занятия у психотерапевта окупает фамилия, которую опять же заработал его отец, а не этот наивный щенок в дизайнерских очках, с серьезным выражением на тонком, изящном, как у девушки, лице.

Он делает пометки в планшете, затем отрывает взгляд от записей и слегка встряхивает головой так, что его светлые кудри пружинят. Черт, это бесит! Руслан вновь пожалел, что пришел именно к этому «психу». Повелся на фамилию, ведь Людмила так нахваливала его отца. Теперь Люда ушла. Точнее, он ушел, потому что не хотел больше ее травмировать.

А его эксперименты проваливаются один за другим. И в душе поселилась безграничная тьма, которую не смогут развеять ни заунывные речи «психа», ни даже возвращение Людмилы.

– Как ваш сон, Руслан?

– Как у младенца.

Мысленно он хохочет над недоуменным лицом «психа». Ведь еще на прошлой неделе он жаловался на бессонницу.

– Знаете, Руслан, главное в успехе лечения – это искренность. Если вы будете лгать или скрывать какие-либо факты, я не смогу вам помочь. Вам необходимо очистить ваше сознание.

– И как этого достичь? – Руслан вытягивается на кушетке и закидывает руки за голову. – Как выйти из той черной дыры, в которую превратилась моя жизнь? Вы ведь все знаете. Что бы вы сделали на моем месте? Напрашивается лишь один выход – смерть.

– Самоубийство не решает никаких проблем, это лишь следствие запущенной депрессии. Но мы с вами справимся. Насчет очищения сознания. Мой отец практиковал одну вещь, которая, возможно, вам не понравится, – произносит «псих», откладывает в сторону планшет и задумчиво разглядывает Руслана.

– Какую же? – он начинает терять терпение.

– Гипноз.

– Гипноз? – Руслан фыркает. – Я не верю в него. Что вы заставите меня сделать? Поблуждать по моему подсознанию, найти глубинные причины депрессии? Это срабатывает только в фильмах.

На самом деле ему стало не по себе. Ладони покрылись липким потом. Нет, гипноз не выход. Он не может потерять над собой контроль и рассказать «психу» больше, чем тому положено знать. Он не может рассказать о своих экспериментах.

– Зря вы так, зря. Знаете, – психотерапевт откидывается в кресле, – отец тоже не особенно верил в его эффективность, но однажды в своей практике он встретил ребенка, который в результате занятий развил в себе удивительные способности.

– Какие же? – безразлично интересуется Руслан.

– Весьма пугающие. Он научился полностью контролировать разум другого человека. Даже внушить то, что противоречит всем законам природы. Отец долго с ним занимался. Дошло до того, что ребенок загипнотизировал своего одноклассника и внушил тому, что он раб и должен во всем ему подчиняться. После этого родители того мальчика грозились подать на отца в суд, ведь именно он обучил своего пациента. Но все обошлось.

– И чем это может мне помочь?

– Я рассказываю об этом ребенке исключительно для того, чтобы вы поняли: гипноз способен сотворить чудо. Он может как излечить вашу душу, так и стереть личность. Неоспоримо, это уникальные способности… Ну а мы с вами просто полечимся с помощью гипноза, думаю, это пойдет на пользу.

– Стереть личность? – Руслан слышит только это. Он резко садится на кушетке. – То есть он может полностью очистить разум человека от сознания? Сделать из него пустую оболочку?

«Псих» кривится, будто проглотил кислую конфету:

– Ну я не уверен, но, скорее всего, тот ребенок может.

– А что стало с этим мальчиком? – нетерпеливо спрашивает Руслан.

– О, отец долго за ним наблюдал. Он вырос, кажется, стал успешным блогером. Но про гипноз ничего не слышно. Однако не думаю, что такие способности можно уничтожить. Скорее всего, он их не афиширует.

– Какой блогер? Как его зовут?

Впервые психотерапевт улыбается, а не корчит сосредоточенную мину:

– Такой псевдоним сложно забыть. Цепеш. Его имя – Цепеш.

=♦=♦=♦=

– Меня пугает это, – Маргарита прижимается к Элине, как забитый ребенок. – Я просто выключаюсь, а когда включаюсь, вы сидите с такими лицами, словно я воскресла из мертвых.

«Мерседес» Владлена едет по трассе, освещенной редкими огнями. Навстречу несутся машины и слепят круглыми фарами, а на небе проглядывают одинокие звезды. Эта ночь никогда не закончится, и Элине предстоит с этим смириться.

– То, что живет в тебе, хочет смерти. И поэтому подсказывает нам дорогу, – произносит Элина.

– Вскоре надо повернуть направо, – говорит Марго Владлену и тут же зажимает себе ладонью рот. – Ну вот откуда я это знаю? – она чуть не плачет.

– В тебя встроили навигатор, – Владлен улыбается. Хотя его улыбке далеко до счастливой, скорее в ней сквозит усталость и безнадежность.

– Очень смешно.

– Меня больше волнует вопрос, как мы убьем тебя. – Элина откидывает голову и закрывает глаза. В воображении проносятся сотни картин, но ни одна из них не подходит.

– Не надо меня убивать! – взвизгивает Марго.

– Я имела в виду Людмилу. Так ведь она себя называет?

Ответом служит тишина.

Владлен притормаживает «Мерседес», и они съезжают на узкую заасфальтированную дорогу, которая вскоре теряется в густом непролазном лесу.

– По ней еще минут десять, и наткнемся на дом в лесу, – шепчет Марго и тут же истерически кричит: – Черт, черт, черт! Я не могу контролировать собственный язык.

– Владлен! – Элина резко открывает глаза