Читать книгу - "Изгнанная драконом. Лавка для его потерянного сына - Юлий Люцифер"

посмотрела на пластину.

— У меня нет.

— Проверим?

Она медленно вытянула руку.

Не до меня. До пластины.

Это было важно.

Я не взяла ее за запястье. Просто пододвинула пластину ближе, чтобы она сама положила на нее пальцы. Кожа у Исты была холодная, почти синеватая у ногтей. Медь не нагрелась. Сначала совсем.

Потом в центре выступило маленькое серое пятно.

Слабое.

Но живое.

— Есть, — сказала я.

Иста смотрела на пятно так, будто я показала ей чудо, хотя на самом деле это была крошечная остаточная искра.

— Нет, — прошептала она.

— Есть. Очень мало, но есть.

— Сказали, пустая.

— Они врали.

Она подняла глаза.

— Серые?

— Серые тоже. Но не только они.

Она посмотрела за мою спину, туда, где стоял Эррен.

— Чистые больше.

Я не сразу спросила. Дала ей время.

— Больше чего?

— Врут.

Остан тихо выдохнул.

Эррен не двинулся.

Иста убрала пальцы с пластины.

— Седьмой говорил, что найдет дверь.

— Он нашел.

— Он маленький.

— Маленькие тоже находят двери, если взрослые слишком уверены, что они не смогут.

Она, кажется, не поняла, была ли это шутка. Я не настаивала.

— Иста, нам нужно уходить. Здесь опасно. Тебя оставили одну?

Она долго молчала.

— Сказали, потом.

— Кто сказал?

— Серый с кривым ухом. Он пришел ночью. Всех увели. Меня закрыли.

— Почему не забрали?

Она посмотрела на браслет.

— Я пустая. Так сказали.

— Куда увели остальных?

— Вниз.

Эррен напрягся.

— Вниз куда?

Иста втянула голову в плечи от его голоса.

Он сразу замолчал.

Я спросила мягче:

— Под приют?

Она кивнула.

— Там ход. Но туда нельзя. Там дверь железная.

Остан присел у стены и провел ладонью по полу.

— Подвал?

— Скорее подземный ход, — сказала я. — Но сейчас мы туда не идем.

Эррен резко посмотрел на меня.

— Найра.

— Нет.

— Если детей увели туда...

— Ночью. Сейчас, возможно, их уже нет. У нас на руках живая девочка с серым железом и сумка доказательств. Мы втроем в чужом месте без карты. Если полезем в подземный ход сейчас, рискуем потерять и ее, и документы, и возможность вернуться к Тивену.

Его лицо стало жестким.

— А если там еще дети?

Вопрос ударил точно.

Я хотела сказать, что он прав. Возможно, там кто-то есть. Возможно, каждый час важен. Но логика была упрямой: мы не знали входов, не знали охраны, не знали, сколько людей ушло и сколько осталось. У Исты почти не было огня. Она могла умереть от дороги и страха, если задержаться.

— Проверим вход, — сказала я. — Только вход. Без спуска. Если услышим живых — решим на месте.

Остан кивнул.

— Это разумно.

Эррен молчал.

— Это не трусость, — сказала я ему. — Это не дать Харвику получить все обратно одним ударом.

Имя старшего хранителя подействовало лучше доводов.

Эррен опустил глаза на Исту.

— Хорошо.

Иста снова вздрогнула от его голоса, но не закрылась полностью.

Я достала из сумки мягкую ткань и маленькую банку с мазью.

— Цепь сейчас не снимаем. Я обработаю кожу вокруг, чтобы ты выдержала дорогу. Можно?

Она смотрела на мои руки.

— Будет больно?

— Да. Но не сильно. Если станет сильно, скажешь.

— Я не умею.

— Тогда стукни ногой.

Она посмотрела на свою ногу, как будто такой способ никогда не приходил ей в голову.

— Можно?

— Можно.

Сначала я промыла кожу вокруг браслета. Рана была старой, но местами открытой. Под металлом серела кожа, почти без крови. Плохо. Очень плохо. Не свежая травма — долгое подавление. Браслет не просто держал огонь. Он выучил тело жить без него.

Иста не стонала.

Один раз только стукнула пяткой по полу.

Я сразу убрала руку.

Она удивилась.

— Что?

— Ты сказала остановиться.

— Я стукнула.

— Значит, я остановилась.

Она смотрела на меня так же, как Тивен смотрел, когда я впервые убрала руку после его “стоп”. Недоверчиво. Испуганно. Будто мир на одно мгновение нарушил привычное правило, и теперь надо ждать наказания.

— Дальше? — спросила я.

Она медленно кивнула.

Я обработала кожу, наложила вокруг браслета мягкую повязку, чтобы металл не тер рану при ходьбе. Снять его можно будет только в лавке, с теплой водой, медью, смолой и временем. Здесь — нельзя.

— Ты можешь идти? — спросила я.

Иста попыталась встать.

Сначала оперлась о стену. Потом выпрямилась. Тонкие ноги дрожали. Она сделала один шаг и почти упала.

Эррен дернулся, но остановился.

Остан шагнул быстрее, но Иста отшатнулась от него и вжалась в стену.

— Не надо, — сказала я обоим.

Они отступили.

— Иста, тебя нужно вынести. Дорога длинная. Ты сама не дойдешь.

Она замотала головой.

— Не руки.

— Хорошо. Не сразу.

Я сняла с плеч плащ и расстелила на полу.

— Сядь сюда. Мы завернем тебя в плащ, как в носилки. Остан возьмет один край, я другой.

Остан посмотрел на меня.

— Ты не донесешь.

— Донесу до двора.

— А дальше?

Я не ответила сразу.

Эррен сказал:

— Дальше я.

Иста резко подняла глаза.

— Нет.

Он опустился на одно колено у порога комнаты. Не близко. Так, чтобы быть ниже.

— Хорошо, — сказал он. — Нет, значит, нет.

Она смотрела на него.

Я видела, как ей трудно понять взрослого мужчину, который мог поднять ее одной рукой, но почему-то спрашивал разрешения.

— Если передумаешь, — сказал Эррен, — я понесу так, как скажет Найра. Не за руки. Не за цепь. В плаще. И остановлюсь, если скажешь.

— Ты дракон.

— Да.

— Драконы горят.

— Сегодня я не буду.

Такой странный ответ.

Но Иста почему-то приняла именно его. Возможно, потому что он не сказал “не бойся”. Дети, которые уже боялись, не верили этим двум словам.

Мы выбрались из тайной комнаты медленно.

Иста сидела на моем плаще, завернутая до плеч. Остан нес один край, я другой. Это было неудобно, тяжело, цеплялось за порог, но девочка не кричала. В архиве мы остановились. Я положила ее у стены, укрыла и пошла с Останом проверить дверь вниз.

Эррен остался с ней.

Я хотела возразить.

Потом увидела: он сидит в трех шагах, ладони открыты, взгляд отведен. Не нависает. Не говорит. Просто охраняет комнату так, чтобы ребенок