Читать книгу - ""Феникс". Номер для Его Высочества - Элиан Вайс"

class="p1">— Вивьен, — прошептала я, когда отель скрылся за поворотом. — Ты опять начала войну. Ты могла бы оставить меня в покое, жить своей жизнью. Но ты не умеешь проигрывать. Что ж. Ты её получишь. Большую войну.

Эрик сжал мою руку сильнее. Карета увозила нас в столицу, навстречу суду, интригам и новой битве.

Глава 23

Судный день

Карета не ехала — её лихорадило. Деревянное чрево стонало на каждой кочке, подбрасывая меня на жестком сиденье, словно тряпичную куклу. Я вцепилась в руку Эрика так, что, наверное, оставляла синяки. Внутри всё дрожало мелкой противной дрожью, но это была не трусость.

Это была слепая, обжигающая ярость.

Я смотрела в окно на серые ленты зимних полей, но перед глазами стояло другое лицо — идеальное, красивое лицо Вивьен с приторной улыбкой. Она снова нашла способ вонзить нож в спину. Мало ей было поджога на стройке. Мало того, что король осадил её приказом. Эта женщина была как сорняк — её невозможно было вытравить, она прорастала снова и снова.

И теперь её оружием стал какой-то призрак из прошлого. Бартоломью Крейн. Имя звучало так, будто его придумали для дешёвого бульварного романчика, которые иногда завозили в нашу деревенскую лавку. Дальний родственник моей матери, о котором никто никогда не слышал.

— Эрик, — мой голос прозвучал глухо из-за грохота колёс. — Расскажи мне про этого Крейна. Каждую мелочь, что знаешь.

Он повернулся ко мне. В полумраке кареты его лицо казалось высеченным из камня, но глаза выдавали беспокойство.

— Знаю немного, — его голос звучал ровно, но я чувствовала в нем сталь, готовую обернуться клинком. — Забулдыга. Живёт где-то на окраине, перебивается случайными заработками. Когда-то, говорят, промотал небольшое наследство, которое оставил ему отец. Всё, что осталось — долги и скверный характер. К вашей семье никогда не приближался. А теперь, — он усмехнулся, но усмешка вышла злой, — вдруг проснулась родственная любовь. Какое совпадение, правда?

— Вивьен его нашла, — это даже не было вопросом. Слишком очевидно.

— Скорее всего, её люди, — согласился Эрик. — Она поняла, что в открытую нас не взять, и решила действовать по правилам. Хотя бы по видимости правил. Подать иск от имени «законного наследника», чтобы отобрать у тебя поместье через суд.

— Это фарс, — я почувствовала, как злость снова поднимается волной. — Поддельный наследник с поддельными правами.

— Возможно, — кивнул Эрик, и в его голосе проскользнула та самая стальная нотка, от которой у меня всегда бежали мурашки. — Но суд — это игра. И у меня, — он повернулся ко мне, и в полумраке блеснула его улыбка, слишком уверенная для человека, который едет на заведомо проигрышное дело, — тоже есть кое-какие козыри в рукаве.

Я подалась к нему, чувствуя, как внутри загорается слабый огонёк надежды.

— Какие? Скажи.

— Это будет сюрприз, — он коснулся губами моих волос. — Доверься мне. Просто доверься.

Я доверяла. И это было самое странное чувство. За эти несколько месяцев, полных огня, лжи и борьбы, я привыкла доверять этому мужчине больше, чем собственному чутью. Больше, чем кому-либо в своей жизни.

Дворец встретил нас ледяным молчанием высоких сводов и настороженными взглядами стражи.

Меня, словно опасную преступницу, отвели в маленькую комнатушку без окон. Белые стены давили, каменный пол был исчерчен трещинами, похожими на морщины старика. Эрика увели в другом направлении — «как свидетеля», но я видела, как он сжал мою руку на прощание. Этого пожатия хватило, чтобы не провалиться в отчаяние.

Время здесь текло иначе. Оно застыло, превратившись в тягучую патоку. Я считала трещины на полу, потом начала выстраивать в голове планы побега, потом дошла до красочных сцен расправы над Вивьен, представляя, как душил бы её голыми руками. От этой мысли стало легче, но ненадолго.

Когда лязгнул засов, я выпрямилась, одёрнула платье и вздёрнула подбородок. Я не позволю им увидеть мою слабость. Ни судьям, ни Вивьен, ни этому проходимцу Крейну.

Зал суда оказался небольшим, но давящим своей официальной мощью. Длинный дубовый стол, за которым восседали трое судей в тёмных мантиях. Их лица были непроницаемы, как у восковых фигур. Сбоку стоял стул для обвиняемой — моё место. Напротив, за столом для свидетелей, сидел Эрик. При моём появлении он едва заметно кивнул, и этот кивок придал мне сил.

Но всё моё внимание приковал к себе человек, развалившийся на стуле в центре зала.

Бартоломью Крейн.

Увидев его, я чуть не рассмеялась от абсурдности ситуации. Опухшее, нездоровое лицо человека, который давно дружит с бутылкой. Мелкие, бегающие глазки, которые скользили по залу и ни на чём не могли остановиться. Одежда дешёвая, мятая, от него за версту разило перегаром и дешёвым табаком. Это «орудие мести» Вивьен выглядело настолько жалко, что становилось страшно — неужели эта авантюра может пройти?

Вивьен сидела в первом ряду для зрителей, как королева на троне. Идеальная причёска, ни одной складочки на дорогом платье. На её губах играла едва заметная, сытая улыбка хищницы, которая уже загнала добычу в угол. Её взгляд обещал мне медленную и мучительную смерть.

— Подсудимая, подойдите, — голос главного судьи, сухого старика с острым, как у ястреба, носом, прорезал тишину.

Я подошла, стараясь, чтобы каблуки стучали уверенно, и села на указанное место, положив руки на колени, чтобы никто не видел, как они дрожат.

— Итак, — главный судья водрузил на нос очки и углубился в бумаги. — Перед нами дело, которое касается прав на поместье у Чёрного озера. Истец, господин Бартоломью Крейн, дальний родственник покойной баронессы Эшворт, выдвигает обвинение в самозванстве. Он утверждает, что женщина, именующая себя баронессой Лилиан Эшворт, на самом деле самозванка. Подлинная Лилиан Эшворт, по его словам, скончалась несколько лет назад в результате несчастного случая — падения с лестницы. А нынешняя владелица, — он поднял на меня глаза, — есть не кто иной, как нанятая двойница, подосланная с целью завладеть титулом и землями.

В груди всё сжалось. Я открыла рот, чтобы выкрикнуть, что это чудовищная ложь, но судья властно поднял руку.

— Ваша очередь высказаться наступит позже, баронесса. Следуем порядку. Сначала выслушаем истца.

Крейн поднялся, шумно отодвинув стул. Он переминался с ноги на ногу, теребя в руках мятые бумаги, явно пытаясь изобразить уверенность.

— Это она, ваша честь, — он ткнул в меня пальцем. Палец дрожал. — Я её раньше никогда не видел. Моя племянница, Лилиан, она была тихой, скромной девушкой. За ней глаз да глаз нужен был. А эта? — он хмыкнул. — Эта мужиками командует, отели строит, по судам таскается. Это ж не баронесса, это чёрт в юбке! Не