Читать книгу - "Ноктюрн - Карина Халле"

— А твой приятель-детектив? Когда ты видела его в последний раз?

От этого вопроса по спине пробегает холодок.

— Он ушёл из моей квартиры сразу после Марко. С тех пор не появлялся.

Коэн изучает меня, чуть склонив голову, словно хищник, прикидывающий, с какой стороны лучше напасть.

— Знаешь, ты мне всегда нравилась, Лена. Голос хороший, вид приличный, ведешь себя как надо. Но сейчас мне начинает казаться, что ты что-то от меня скрываешь.

Стомпанато чуть меняет позу — движение едва заметное, но я его улавливаю.

Его рука лежит у бедра, совсем рядом с тем местом, где, я точно знаю, у него пистолет. Угроза не озвучивается — она просто висит в воздухе.

— Ничего не скрываю, — говорю я, и в голосе проскальзывает нотка страха — не совсем наигранная. — Клянусь, я не знаю, где Марко.

Коэн вздыхает, будто разочарован.

— В том-то и проблема, я думаю, что знаешь. Или, по крайней мере, знаешь больше, чем говоришь. Про Марко. А может, про тех европейцев, с которыми он работал — тех самых, с кем связалась твоя подруга Элизабет Шорт, прежде чем её нашли расчлененной на две части.

У меня перехватывает дыхание.

— Я не…

— Хватит. — Коэн поднимает руку, обрывая меня. — У меня к тебе претензий нет, Лена. Ты — хорошее вложение: привлекаешь клиентов, держишь уровень. Но если Марко найдут мёртвым, и я выясню, что ты или твой детектив к этому причастны… — он не договаривает, и эта недоговорённость звучит страшнее любых слов.

— Чем могу помочь, мистер Коэн? — голос Джоуи раздаётся у меня за спиной, и это самое приятное, что я слышала за вечер.

Лицо Коэна расплывается в улыбку, которая не касается глаз.

— Просто поболтали по-дружески с твоей главной звездой, Джоуи. Не о чем волноваться. — Он снова поворачивается ко мне. — Береги себя, Лена. И если вдруг услышишь что-то о Марко — или о своём детективе — хоть слово, сразу дай мне знать.

С этими словами он прошёл мимо меня, Стомпанато — вплотную за ним. Когда телохранитель поравнялся со мной, он чуть наклонился.

— Отличное платье, — пробормотал он, и его дыхание обожгло мне ухо. — Я всегда хотел посмотреть, что под ним. Может, когда Микки с тобой закончит, я выясню.

Я каменею, сдерживаясь, чтобы не обнажить клыки. Когда оборачиваюсь — оба уже исчезли, оставив меня в коридоре с Джоуи, который, кажется, постарел на десять лет за десять минут.

— Ты в порядке? — спрашивает он едва слышно.

Я киваю, хоть до «в порядке» далеко.

— Мне нужна минута перед следующим выступлением.

В гримёрке опускаюсь на кушетку, руки слегка трясутся. Коэн подозревает, что с Марко что-то случилось — что-то, в чём замешаны я и Каллахан. И учитывая вчерашние угрозы Марко, эти подозрения небезосновательны.

Но что, если и правда что-то случилось? Что, если Каллахан выследил Марко, снова сцепился с ним? Что, если…

Нет. Каллахан не убийца. Он частный детектив, человек, который верит в правосудие, в закон. Он бы не стал…

Или стал?

В памяти вспыхивает его лицо в тот момент, когда он избивал Марко — холодная ярость в глазах, едва сдерживаемая жестокость. Он хотел причинить Марко боль — тут сомнений нет. Но убийство?

Трясу головой, пытаясь прочистить мысли. Мне нужна помощь. Нужны союзники, которые понимают мир, в котором я живу, и беду, в которую я, возможно, попала.

Мне нужен Эйб.

Телефон стоящий на туалетном столике, словно манит. Я могла бы позвонить Каллахану, но что, если люди Коэна следят за мной? Что, если они пойдут за мной? Нет, мне нужен кто-то, кто гарантирует, что за мной не будет хвоста — кто-то со способностями, способными меня защитить.

Беру трубку и набираю номер.

— Да.

— Эйб, — шепчу я, и от звука его голоса накатывает облегчение. — Это Лена. Мне нужна помощь.

Пауза, затем:

— Что случилось?

— Не могу говорить по телефону. Можешь прислать Адониса за мной? К «Изумрудной комнате».

Ещё одна пауза.

— Конечно. Он будет через сорок минут.

Я вешаю трубку, сердце колотится. Сорок минут. Я выдержу ещё одно выступление, потом выскользну через чёрный ход. Адонис проследит, чтобы за нами никто не увязался — его дар внушения сильнее моего, он способен заставить людей забыть, что они вообще нас видели.

Следующие сорок минут тянутся мучительно долго. Я отрабатываю второе выступление, натянув улыбку, не замечая пустых столиков и тревожных взглядов. Коэн ушёл, но его присутствие всё ещё висит в воздухе, словно дым.

Наконец я делаю последний поклон и тороплюсь за кулисы. По пути к гримёрке меня перехватывает Джоуи.

— Машина только что подъехала со стороны черного хода, — тихо говорит он. — Парень говорит, что приехал за тобой. Зовут Адонис.

Я киваю, благодарная Джоуи за его такт — и понимая, что способности Адониса уже начали действовать на него.

— Спасибо. Возможно, меня не будет несколько дней. Если кто-то спросит…

— Ты плохо себя чувствовала, тебе нужно было отдохнуть, — заканчивает он. — Я всё улажу.

Сжимаю его руку в знак благодарности, затем выхожу через заднюю дверь в переулок, где тихо урчит мотор чёрного «Форд Супер Делюкс» с откидным верхом. Дверь открывается, когда я подхожу, и я вижу знакомое лицо Адониса: тёмные волосы закрывают один глаз, на губах — спокойная улыбка, будто нет никакого напряжения.

— Ваш экипаж подан, — говорит он с лёгким акцентом — смесью египетского и греческого.

Я опускаюсь на пассажирское сиденье и наконец выдыхаю — оказывается, я всё это время сдерживала дыхание.

— Спасибо, что приехал.

— Ради тебя — всегда. — Он устраивается на своём месте — его рост под два метра едва умещается в машине, голова почти касается крыши, — включает передачу и плавно вливается в поток. — Только не говори, что ты снова попала в неприятности с тех пор, как мы виделись в прошлый раз.

— Ладно. Не буду говорить. — Откидываю голову на сиденье, внезапно ощущая, что очень устала. — Но сначала нужно убедиться, что за нами не следят. Я знаю, ты можешь влиять на тех, кто нас видит, но как насчёт тех, кого мы не видим?

Улыбка Адониса становится опасной — в ней мелькает что-то хищное, скрывающееся за обаянием.

— Предоставь это мне.

Он делает серию, казалось бы, случайных поворотов, петляет по боковым улицам, пока мы не оказываемся на светофоре. Сзади подъезжает машина — я узнаю её: она принадлежит одному из парней Коэна.

Адонис на мгновение встречается со мной взглядом, затем опускает стекло и поворачивается прямо к водителю позади нас. Его губы