Читать книгу - "Лис. Тени моего сердца - Марина Альте"

профессионально уматывает, шурша булками. А я сижу и чувствую: вроде финишировал, а разрядки — ноль. Вместо привычной лёгкости в груди начинает раздуваться какой-то омерзительный шар размером с чёртову планету. Он распирает рёбра, давит на диафрагму, и в нём — ни грамма облегчения, одна сплошная липкая муть. И я пытаюсь залить этот вакуум вискарём, в надежде, что алкоголь хоть немного притопит чудовище внутри, превратив раздутую планету в обычный булыжник.

Хлещу прямо из горла бутылки, большими глотками, пока Якут своих тёлок отпускает. И, довольный как лев после сытного хавчика, удобнее устраивается на диване, закуривая.

— Да, братка, — тянет Якут, с хрипом выпуская первую струю дыма. Огонёк сигареты высвечивает его скептическую физиономию. — Ты смотри, ещё немного — и твой агрегат окончательно капитулирует. Упадёт на бок и больше не встанет.

— Не каркай, блядь! — выплёвываю я, едва не швыряя в него бутылкой. Пойло плещется у горлышка, отражая тусклый свет.

А внутри всё холодеет. Потому что Якут озвучил мой самый паршивый страх. Если так и дальше пойдёт, я реально в сухарь превращусь. Импотенция — это ведь не только когда «не стоит», это когда тебе фиолетово. А у меня трах — единственная отдушина, не считая поиска адреналина на задницу и разработки всякой хитроумной хуеты для стаи. Это мой предохранитель. Если он сгорит, меня просто закоротит наглухо.

Надо срочно что-то менять, пока окончательно не превратился в кастрированного Робин Гуда.

***

привет любимые! уверена вы все хотите увидеть Якута. он есть в каждой книге цикла "ТЕНИ" но визуал я еще не показывала... а он есть! PS: про него кстати будет своя книга, завершающая этот цикл: "ЯКУТ. тени между нами"

Глава 19

— Лис —

Первые две бутылки улетают всухую – мы их просто давим, как клопов, моментально. Сразу же летит заказ на добавку. Алкоголь начинает приземлять: та свистопляска в голове чуть притихает, внутри всё наливается свинцовой тяжестью, кости будто каменеют. Зато язык развязывается на полную катушку. То, что стоило бы придержать, выскакивает само, как на исповеди. Якут впадает в свою колею и заводит старенькую пластинку — нудно, по-чёрному ноет про своё. А я, не особо вслушиваясь, вываливаю в ответ свою порцию желчи. Так и общаемся, как два глючных трансивера — каждый вещает о собственной катастрофе, обильно запивая её виски.

— Симпатичная хоть? — спрашивает он. — Капитанша твоя.

— Проблемная.

Заглатываю вискарь. Забиваю рот лимоном, чтобы лишнего не пиздануть. Этому северному оленю только дай повод для подкола.

— Оооо, — тянет тот, захлёбываясь очередным глотком, и добавляет: — Это уже звоночек!

— Какой нахер звоночек? — спрашиваю, хотя вкурил намёк с полуслова, но отчаянно делаю вид, что невъебенный.

Якут снова суёт папиросу в зубы:

— У нас как Альфа эту тему с ебанашками начал, так, похоже, всех и перезаражал!

И тут Якут, конечно, прав. Сначала заёба-Софи в стае появилась. Потом рыжая ведьма — Вера мозги Феликсу расплавила. Теперь вот Дашка-одуванчик, кажись, Оникса в оборот взяла.

Вот только копша нихуя в эту идиллическую картину не вписывается. Да и нужна она мне для одного — Эго своё починить. А то её отказы яйца выкручивают, мама не горюй!

— У меня антидот, бляха, на любую заразу! — цежу я, пуская дым кольцами.

Но себя не обманешь: если внизу полный штиль — значит, зараза таки просочилась. Моё хвалёное «противоядие» дало сбой, раз я даже на шлюху среагировать не могу.

— Антидот у тебя в одном месте, да не тот! — ржёт Якут, прикусывая фильтр. — Как из бутырки вышел — в глазах сплошной передоз.

— Трахну её — и пройдёт.

— Так всё и начинается. На Феликса глянь. Со своей ведьмой они чуть особняк нам не расхуярили, а теперь вон… свадьба на носу.

А меня от этого слова «свадьба» липким потом прошибает! Передёргивает даже. И я снова лью в бокалы, лишь бы накатить и смыть это ебучее слово из подсознания. И накатываю, морщась то ли от виски, то ли от того, что Якут смотрит на меня, как на прокажённого. И втащить ему охота.… С трудом держусь!

— Сам не заметишь, как эта капитанша твою прошивку обновит… — бросает он и скалится. Гиена недоделанная.

Я, молча затягиваюсь, чувствуя, как этот дым — единственный барьер между моим здравым смыслом и его словами. И, видать, мозги в корень обмякли от алкоголя, потому что я понимаю: вероятность такая есть, и она меня душит!

— Ладно, — говорю, чувствуя, как виски начинает добивать последнюю опору, на которой держалось моё «невзебенное» выражение лица. — Чё делать?

— А ничего, — Якут наливает себе ещё, изображая мудреца из древней якутской саги. — Это не лечится.

Психолог из него хуёвый! Но он старается.

— Признай, что заражён. Разреши себе эту горячку. Смотри на это как на интересную болезнь с ахуительными симптомами.

Ощущение, будто Якут вынул мой мозг, упаковал в новый контейнер и вернул обратно с пометкой «Обработано». И даже копша Ася теперь выглядит не как проблема, а как условие. Новое состояние бытия.

Прикрываю глаза — снова её образ. Волосы, затянутые в высокий хвост, собранная, как солдат на задании. Эти её голубые глазища, которые смотрят с надменностью и желанием спросить «по закону». И ведь нихуя не боится! Мелочь, которая в прыжке до косяка не достанет, а всё туда же!

— Сука дерзкая, — вылетает у меня. — Законница херова.… А ебашит как.… Ух, бляха! Это её фаталити…

И ещё одно есть — бескомпромиссное желание раскопать всю нашу подноготную. Поймёт ли Якут степень риска — хуй знает, но расчехлиться хочется. Язык-то развязан.

— Эта стерва… — начинаю я и опрокидываю очередной бокал. — Про «Тень» вынюхивает! Прикинь!

Якут замолкает. Хлопает на меня округлившимися глазами, мол, «повтори».

— Угу! — тяну я сигарету. — Видать, не терпится звезду на погоны да ранг сменить! Святая инквизиция, бля!

— Наше дело засекречено. Хер, кто туда нос сунет!

— А она вот суёт, и неплохо так! Принципиальная легавая!

— Так надо это… внушить.

— Идеальный план, брат!