Читать книгу - "Принц Мечей - Элис Кова"

система навигации. Я пытаюсь уловить закономерность, но шифр ускользает от меня.

— Туда, первая лестница справа — она выведет тебя прямиком в прачечную. Там сможешь стащить форму служанки. Оттуда есть только один выход. Пройдешь через дверь и вниз по коридору, затем по первой лестнице вверх… — Каэлис выстраивает вслух маршрут такой сложности, что я невольно жалею об отсутствии рядом Твино с его феноменальной памятью. Но теперь здесь только я. Как и во всем остальном, что ждет меня впереди. Я тут же глушу острую тоску, вспыхнувшую от этой мысли, и заставляю себя сосредоточиться. — …затем держи голову опущенной, и Стеллисы, охраняющие покои Старших, не должны тебя задержать.

— Не должны?

Каэлис пожимает плечами, будто в бездонной пустоте его глаз вовсе не полыхает тревога.

— Отсюда и дальше никаких гарантий нет. Но я свято верю, что ты справишься.

Он поднимает руку; ладонь замирает на мгновение, отдергивается, но затем все же ложится на мою челюсть. Каэлис удерживает мое лицо всего на один удар сердца, но это едва ощутимое прикосновение сотрясает всю мою грудную клетку. Я судорожно втягиваю воздух: внезапное желание поцеловать его накатывает с сокрушительной силой.

— Иди. Встретимся на этом же месте в течение часа.

Едва эти слова слетают с его губ, как вдалеке раздается бой часов. Его рука опускается, он разворачивается и уходит.

Я провожаю взглядом его растворяющийся в полумраке силуэт, чувствуя, как нечто похожее на сожаление оседает кислой горечью на корне языка, а затем направляюсь в указанную сторону — в противоположную от него. Прачечная оказывается ровно там, где он и говорил. Сгорбленная старуха медленно помешивает белье в гигантских котлах. За рокочущим кипением и шипением пара она не слышит моих шагов и не замечает, как я быстро переодеваюсь. Свою старую одежду я испепеляю Тузом Жезлов, а пепел и дым развеиваю Тузом Мечей. Старуха даже не поворачивает головы в мою сторону. Запах гари мгновенно тонет в тяжелом аромате королевского мыла. Перед уходом я подхватываю стопку свежего белья и выхожу наружу.

К счастью, слуги здесь носят балахоны с глубокими капюшонами. Ни секунды не сомневаюсь: король Нэйтор не желает лицезреть лица челяди. И все же ради предосторожности я призываю Семёрку Кубков. Невидимый всплеск воды ударяет мне в лицо. Мои волосы становятся чуть темнее. Взгляд — тусклее. Это несовершенная иллюзия, сквозь которую несложно пробиться, если вглядеться слишком пристально, да и держится она всего семь минут. Но мне этого должно хватить с лихвой.

Как и говорил Каэлис, двое Стеллисов стоят на страже по обе стороны массивных дверей, украшенных гербовым мечом Орикалиса — увенчанным короной клинком, оплетенным лозами роз. Но на этом рельефе по одну сторону сияет солнце, по другую — луна, выступающие из позолоченных облаков, а над острием парит держава.

Сердце колотится о ребра; я приближаюсь. Стоит им присмотреться чуть внимательнее — и все полетит к чертям.

Но прежде, чем я успеваю подойти достаточно близко, чтобы они разглядели скрытое тенью лицо, стражники распахивают створки, едва удостоив меня скользящим взглядом. Для них я — просто очередная служанка. Очередная безликая прислуга на службе у Нэйтора.

Покои Старших отчасти напоминают мне Академию. Первый этаж представляет собой общую залу, которая в этот ранний час совершенно пуста. Никто не сидит за столами, никто не развалился на диване у камина. Широкая лестница поднимается в глубине помещения и раздваивается под массивным окном, ведя на галерею второго этажа, опоясывающую залу по периметру. Оттуда расходятся отдельные двери. Их ровно двадцать, и каждая отмечена золотым номером.

Нэйтор предусмотрел возможность запереть здесь нас всех без исключения. От этой мысли пальцы судорожно сжимают стопку простыней. Номер Иерофанта — пять. Полагаю, каждого Старшего содержат в комнате под соответствующим числом.

Руководствуясь этой догадкой, я уверенно шагаю к пятой двери.

Но стоит мне поравняться со второй, как она распахивается. Я едва не врезаюсь в полотно, в последний миг судорожно удерживая равновесие, отчего капюшон опасно съезжает. Я вцепляюсь в ткань, рывком натягивая ее обратно на голову, когда резкий судорожный вздох заставляет мое сердце оборваться.

Глава 23

— Клара?

Проклятье. Наши взгляды скрещиваются, и я понимаю: Элорин видит меня сквозь иллюзию насквозь — если от нее вообще хоть что-то осталось. Ее рот слегка приоткрывается.

Я судорожно втягиваю воздух, оцепенев. Ну почему из всех людей это оказалась именно она? Единственный человек среди запертых здесь Старших, способный безошибочно меня узнать.

Убить ее? Я не хочу этого делать. Но оставить ее в живых — непростительный риск. Впрочем, если она кому-то и расскажет, что видела меня здесь, какая разница, если я уже успею скрыться? У меня есть Колесница. Я могу сработать быстро, но я не могу бросить Каэлиса… Тысяча мыслей проносится в голове разом, и у меня нет времени взвешивать каждую, поэтому я просто действую.

— Возвращайся в свою комнату и внуши себе, что все это было сном. — В моем голосе звенит неприкрытая угроза.

— Ты уверена, что можешь себе это позволить? Теперь, когда я тебя увидела? — Она склоняет голову набок, будто читает мои мысли. Ее карта действительно дает такую возможность, но сейчас это не врожденный дар Верховной Жрицы.

Эта женщина смертельно опасна. Кукольная внешность и радужные волосы не кажутся особо пугающими. Но они лишь фарфоровый глянец, скрывающий под собой чистую сталь.

— Я знаю твой почерк, — продолжает она. — Ты ненавидишь чувствовать себя уязвимой. Вот почему я подозревала, что ты явишься.

— Подозревала?

Она кивает. Ее взгляд бегло сканирует другие двери. Я уже подумываю использовать эту заминку в свою пользу, но прежде чем я успеваю принять решение, ее внимание снова приковано ко мне.

— Как только Нэйтор пришел и объявил, что Иерофанта вскоре переправят в Город Затмения, у меня появилось предчувствие, что ты найдешь дорогу сюда. Особенно учитывая, что ты знаешь Сайласа.

— Знала, — с горечью поправляю я. — Сайлас мертв. Равин убил его.

Она едва заметно покачивается, словно эта новость нанесла ей физический удар. Элорин отводит взгляд, прикусив нижнюю губу зубами.

— Мы для него всего лишь чертовы игрушки, верно? — бормочет она.

— Которые можно выбросить, когда заблагорассудится, — заканчиваю я.

Ее взгляд резко возвращается ко мне.

— Мы все прекрасно понимаем, зачем Иерофанта переводят в Город Затмения. Объяснение только одно: чтобы выследить тебя. И именно поэтому ты здесь — чтобы прикончить его, так ведь?

— Разумеется. — Слово слетает с губ пугающе легко. Вот оно — действие ее врожденной способности. Рядом с ней люди чувствуют себя в такой безопасности, что без малейших колебаний выкладывают