Читать книгу - "Магнолия в объятиях тумана - Алёна Морская"

Она возвращалась от Тереса, с которым просидела над формулами почти до отбоя. Её комната уже опустела, и об очередном собрании напоминал только подстывший ужин на столе, заботливо оставленный Баламутом. Чуть перекусив, девушка переоделась в домашнее платье и заплела волосы в косу. Брошь-магнолия проткнула ткань лифа, занимая своё место под левой ключицей.

«А если случится невероятное и меня обнаружат, скажу, что страдаю лунатизмом», – усмехнулась Ли-Льен про себя, бесшумной тенью выскальзывая за порог.

Конечно, и одно, и другое звучало абсурдно.

В прошлый раз девушка наткнулась в подвалах на подозрительный коридор. Тогда уже светало, и времени на его изучение совершенно бы не хватило – провал уходил далеко вниз и был сплошь покрыт заклятиями. Так что сейчас, едва колокол отбил в последний на сегодня раз, Ли-Льен стремглав пролетела через южное крыло, не останавливаясь, пронеслась мимо спешащей к себе госпожи Ириды и лёгким дуновением ветерка просочилась в подвал. Добравшись до таинственного провала, девушка предвкушающе размяла пальцы и принялась одно за другим обходить сложнейшие укрывающие и запирающие заклятия.

«Что же так хотели сокрыть те, кто всё это нагородил?» – удивлённо размышляла она, буквально продираясь сквозь толщу защиты.

Обычный и даже довольно сильный маг это место не заметил бы, не говоря уже о том, чтобы хоть шаг ступить.

«Если и здесь нет учения, то я сдаюсь. Дождусь, когда Терес создаст своё заклинание поиска, найду книгу, а потом вернусь в ту антикварную лавку и выскажу всё, что думаю об этом старикашке!» – запальчиво решила Ли-Льен, медленно спускаясь всё ниже и ниже.

Примерно час спустя лестница прекратила свой бег (на самом деле она уходила не очень-то и глубоко), и девушка вышла к огромным двустворчатым каменным дверям.

– Громадина, – прошептала Ли-Льен, щурясь на искрящиеся от тысяч рун створки.

Её глаза уже болели от магического зрения, а вернее, от ярких, пестрящих заклятий, но в сравнении с этой дверью их свет казался подобен костру посреди лесного пожара.

Кто бы ни сделал это, он являлся по меньшей мере магистром, а то и не одним.

«Так. Хорошо. Ладно. Я справлюсь, но… Да кто станет хранить простое учение здесь?! Боги, если я сейчас разворошу чьи-то тайны, то я не нарочно!»

С этими мыслями Ли-Льен воинственно вскинула руки и, сжав губы, принялась друг за другом сдирать запирающие заклятия. Как ни странно, они не давали не только войти, но и – в основном – выйти. Хотя, на взгляд девушки, если и существовало такое чудище, которое требовало столь жёстких ограничительных мер, то о нём уж, наверное, оставили хотя б предупредительную табличку, да вот, к примеру, перед этими же дверьми.

Спустя ещё пару часов напряжённой работы они с тихим шорохом отворились.

Ли-Льен прошла внутрь с гордой осанкой победителя.

«Туман?» – удивлённо подумала девушка, готовая даже к внезапной битве, едва глаза привыкли к окружившей её темноте.

Всё вокруг занимал туман, который испускал слабое, еле заметное свечение, помогающее видеть разве что магам. Он клубился, обволакивая девушку, обнимая её за плечи и утягивая её за руки. Точно живой, воздух играл в мельчайших каплях воды, зазывая Ли-Льен идти дальше.

Вскоре дверь исчезла из виду, а девушка потерялась в глубине и необъятной безмятежности пространства. Ли-Льен не чувствовала страха или тревоги – этот туман населяли древние воздушные духи, бестелесные и невесомые, любопытные и вездесущие.

«Что же собрало вас здесь вместе?» – подумалось девушке.

Вся её злость и усталость словно растворились в этом тумане, сменившись умиротворением.

Поразительное место, утопающее во мраке, казалось чьим-то сном или фантазией.

Неожиданно воздух донёс до Ли-Льен лёгкий звук. Кто-то пробежался пальцами по роялю, словно в раздумье – стоит ли играть. Туман скрывал источник звука – от клавиш, которых коснулся невидимый взору музыкант, будто бы отовсюду зазвучала мелодия.

Впрочем, это не обязательно играл человек – воздушные духи любят подшутить, доставая из глубин своей памяти различные звуки и окружая ими тех, кто пришёлся по душе.

Ли-Льен улыбнулась. Музыка, поначалу тихая и лёгкая, медленно нарастала, становясь всё более яростной и напряжённой. Девушка никогда не слышала такой прекрасной и вместе с тем дикой мелодии, хаотичной пляски, творимой неизвестным мастером и разносимой сотней духов, неистово кружащих вокруг. Повинуясь внезапному порыву, Ли-Льен закружилась вместе с ними в танце. Духи, туман, грохот клавиш – она растворялась в них, её лёгкие обжигало чувство эйфории и свободы. Казалось, ещё чуть-чуть, и она оторвётся от земли и взлетит. Как давно она не танцевала?

Когда мелодия сменилась, став спокойным переливом горных ручьёв, Ли-Льен немного пришла в себя. Духи воздуха жались к ней, тянули вперёд, точно жаждая что-то показать, и девушка не захотела противиться.

Лёгкие всё ещё опаляло чувство безграничного счастья, оттого Ли-Льен обуяло нестерпимое желание пожать руку тому, кто способен так играть. В отличие от старшей сестры, любящей рисовать, младшая практически с детства имела тягу к музыкальному искусству.

Идя вперёд, девушка никак не могла понять, что это за таинственное место и зачем его так надёжно схоронили. Здесь сокрыты сокровища инквизиторов? Или сильнейшие артефакты? Но для чего тогда запирать двери с двух сторон? Не из-за тумана же, в самом деле.

«Если сейчас духи приведут меня на заклание к жуткому чудовищу, это будет бесславная смерть», – рассмеялась, совершенно того не боясь, Ли-Льен про себя, когда впереди забрезжил слабый тёплый свет.

Вскоре туман рассеялся, а духи отступили, открывая девушке маленький «островок», полный обычных человеческих – а не жутко чудовищных – вещей. В пятнадцати шагах от неё расположился широкий диван и пара кресел, меж ними затесался чайный столик, позади которого, освещая пространство, потрескивал горящими поленьями большой камин. По правую сторону от камина уходили во тьму многочисленные высоченные стеллажи, а по левую за чёрным – как мрак вокруг – роялем…

В секунду, когда девушка обратила свой взгляд на изящную фигуру, легко ласкающую светлые клавиши, эта фигура застыла.

И в следующее мгновение горла Ли-Льен коснулось холодное острое лезвие, а её рука замерла над деревянной заколкой, не успев отцепить артефакт от волос.

Мужчина, возникший перед девушкой столь стремительно, сдвинул кинжал, заставляя её поднять подбородок.

Ли-Льен медленно перевела взгляд с укрытой чёрным атласом мужской груди к лицу незнакомца.

Её обычно равнодушное сердце пропустило удар.

А мысли заполошно заметались, и, вместо того чтобы продумать свои действия, девушка вспомнила строки древнего полузабытого стиха:

«Могучий взор смотрел ей в очи. Он жёг её. Во мраке ночи над нею прямо он сверкал, неотразимый, как кинжал».

Как заворожённая,