Читать книгу - "Любовь для Реалиста - Яна Марс"

никогда не обращала внимания, тоже оказался пыльным — она провела салфеткой по его металлической ножке, потом по абажуру. На полу, рядом с софой, валялась небольшая бумажка . Она подняла её, выбросила в корзину и только тогда села обратно за стол.

"Спокойно",— сказала она себе. —"Это провокация. Хотят, чтобы я сорвалась. Чтобы я прибежала к Максиму с этим листом в руках и устроила истерику. Не дождутся".

Она сложила руки на столе, закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов — сначала не получалось, дыхание сбивалось, но на пятом или шестом разе стало легче.

Она открыла глаза, взяла телефон и сфотографировала заявление. Потом открыла чат с Реалистом — там висело последнее сообщение от него, дурацкий мем про психологов, где женщина в очках с очень серьёзным лицом говорила:"я не спорю, я объясняю, почему я права". Она хотела ответить колкостью, но передумала — не до шуток. Вместо этого отправила ему фотографию.

"Это было у меня на столе",— написала она.

Он ответил быстро.

"Поздравляю. Вы кому-то сильно мешаете".

"Вы думаете, это смешно?"

"Я думаю, что если вас хотят уволить, значит, вы делаете свою работу хорошо. Плохих не увольняют — их терпят".

Надя усмехнулась —он снова перевернул всё с ног на голову. Она посмотрела на экран, потом на лист, потом снова на экран. Пальцы замерли над клавиатурой, но она не стала отвечать сразу. Спрятала заявление в ящик стола, подальше от чужих глаз, и открыла ноутбук.

Ожидание было мучительным. Надя вставала из-за стола, ходила по кабинету, садилась, вставала снова. Подходила к окну, смотрела на серое июньское небо, на котором не было ни облачка, и думала о том, как же быстро летит время — вроде она только начинала здесь работать, а теперь уже доказывала, что не зря заняла это место.

Она хотела открыть окно и случайно задела горшок с фикусом. Вздрогнув, Надя вытянула руки, но он не упал — так и остался стоять на подоконнике зелёный и ухоженный. Надя поправила его и взяла ещё одну салфетку — пальцы оказались испачканы влажной землёй.

Телефон пиликнул — и Надя схватила его, надеясь, что это Игорь Семёнович, но это был Реалист. Он скинул ещё один мем: на этот раз кот в строгом костюме сидел за маленьким столом с табличкой"Я не психолог, но могу вас выслушать. 5000 рублей в час".

Кот был явно недоволен, и это выражение морды было настолько точным, что Надя не сдержала улыбку. Она откинулась на спинку стула и смотрела на экран несколько секунд, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.

"Вы решили стать моим личным комиком?"— написала она.

"Вы решили не отвечать на сообщения?"

"Я жду важное письмо. Должно было прийти ещё в полдень".

"Тогда отвлекитесь. Что вас бесит в работе прямо сейчас?"

Надя задумалась. Что её бесит? Светлана, которая плетёт интриги и открыто требует отдать её бюджет. Галина Петровна, которая тормозит согласование и собирает фальшивые жалобы. Татьяна, которая пришла в офис с видом победительницы и назвала её стервой. Всё сразу.

Но вместо того, чтобы перечислять, она посмотрела на фикус, который ещё недавно выглядел обречённым, теперь не имел ни одного жёлтого листочка. Надя плохо умела обращаться с растениями, и вдруг ей стало смешно от собственной серьёзности.

"Знаете, у меня в кабинете есть фикус", — написала она. —"Ещё недавно он выглядел так, будто умирает. А сейчас как новый! Я тоже так хочу".

"Отдайте его менее завистливому коллеге. Сразу станет легче".

"И предать цветок?!"

"Вы психолог, вы справитесь с травмой."

Надя рассмеялась — вслух, одна в кабинете, и звук собственного смеха показался ей странным, почти чужим. Потом сфотографировала фикус и отправила ему.

"Вот. Видите, какой зелёный?".

"Теперь я знаю, как выглядит ваш фикус. Хотите быть такой же зелёной?"

"Я уже."

Пальцы сами открыли интернет и нашли картинку с котом, который валился с дивана, подписанную "моя продуктивность в пятницу после обеда". Отправила ему.

Через минуту Реалист ответил видео: собака в костюме пчелы бегала за мячиком и никак не могла его поймать, периодически падая и вскакивая снова. Надя пересмотрела видео несколько раз, и чем больше она смотрела, тем меньше думала о проблемах.

"Вы завели собаку?"— спросила она.

"Нет. Это видео нашёл в интернете. Но если вы хотите, могу завести".

"Вы будете присылать мне видео с собакой каждый день, чтобы я говорила, какой у вас милый пёс. Я не готова к такой ответственности".

"А к какой готовы?"

Надя покраснела и не ответила. Она обновила почту и увидела заветное сообщение.

Надя открыла его дрожащими руками — не от страха, от напряжения, которое копилось весь день.

Она скачала файл с заключением, открыла, пробежалась глазами по абзацам. Эксперт подтверждала: методы работы психолога соответствуют профессиональным стандартам, рекомендации обоснованы, отзывы сотрудников — положительные, отклонений от этических норм не выявлено. Всё чётко, сухо, по делу. Никаких "но". Никаких "однако". Только факты, подкреплённые подписью и печатью организации, которую Галина Петровна не сможет проигнорировать.

Она выдохнула так глубоко, что закружилась голова.

"Заключение пришло",— написала она. —"Положительное. Я вооружена".

"Поздравляю. Теперь вы можете идти в бой".

"Спасибо. И за мемы спасибо."

"Смейтесь чаще. Это лучшее лекарство".

Она отложила телефон, сложила папку с заключением, убрала фальшивое заявление в отдельный файл и подписала его "доказательство №1".

Глава 28.

Надя только-только закончила консультацию — настолько выматывающую, что после ухода сотрудника она просто сидела в кресле, закрыв глаза. Консультация была тяжёлой: молодой парень из отдела продаж, который, казалось, всегда улыбался, вдруг признался, что уже месяц не может заставить себя встать с кровати по утрам, потому что не видит смысла.

Надя слушала, кивала, задавала вопросы, но внутри разрывалась от осознания, что он не первый и не последний. Выгорание в этой компании было не просто проблемой — эпидемией.

В дверь постучали. Коротко, вежливо, два удара. Надя открыла глаза, поправила волосы и сказала:

— Войдите.

На пороге стоял Максим. В руке он держал рюкзак с единорогом — Верин, конечно. Сам он выглядел уставшим, но не раздражённым, а скорее виноватым.

— Надя, извините, — сказал он без предисловий. — Смена в лагере закончилась раньше, а у меня встреча через десять минут. Вы не могли бы посидеть с Верой? Я ненадолго.

Она посмотрела на него, на рюкзак с единорогом, на дверь, за которой её ждал ноутбук с отчётами, и сказала: