Читать книгу - "Весь спектр любви - Алена Воронина"

экран вновь осветился, и на нем мелькнуло огромное количество сообщений, которые он стал методично пролистывать, а потом те же сайты в том же порядке.

— Как зовут сестру? — не отрываясь от экрана, спросил Евгений.

— Оля.

— Она тебя не обижала в детстве?

Я промолчала. Я любила сестру.

— Хорошо, — он сказал это таким голосом, как-будто все понял. На сим допрос был окончен.

В Симагино мы въехали вместе с метелью. Я позвонила Оле, а та передала трубку их неожиданному помощнику, я же свою Евгению, тот, ориентируясь по карте, довольно быстро нашел нужный дом и уже совсем скоро у меня на руках сопел Митяй, а у Оли едва хватило сил не заснуть. Она категорически отказывалась хотя бы немного передохнуть. И единственное, что способствовало тому, чтобы не заснуть, был разговор.

Евгений не трогал нас, занявших весь задний ряд кресел. Он же сел на тоже место, на котором и проделал весь путь до поселка. И я была абсолютно уверена, мужчина внимательно слушает разговор, несмотря на то, что пальцы его бегали по экрану, а брови сосредоточенно хмурились. Это было заметно, когда он поворачивал голову.

Оля, завидев Евгения, открыла было рот, но решила промолчать и допрос оставить на потом. Благо время у нас будет.

Им любопытно, а страдаю я…

Нас выгрузили практически у самой парадной. Вещей у сестры оказалось совсем немного, лишь небольшая сумка. Может быть когда завалы разберут… но вряд ли.

Я вежливо поблагодарила Евгения, заверив его всеми доступными мне способами, что дальше мы сами справимся, мужчина кивнул, в спор вступать не стал и исчез в темном нутре автомобиля, который через пару мгновений покатил по своим делам, а мы поднялись на мой этаж.

В квартире висела звенящая тишина, что весьма странно, время было не позднее. И может быть прошмыгнули бы мы в мою комнату без приключений, но Митяй проснулся и заплакал, требуя маму.

Именно в этот момент двери двух комнат одновременно распахнулись, едва нас не зашибив, и мы нос к носу столкнулись с председателем квартиры и Олегом.

— Боже мой! — всплеснула руками женщина. — Видели! Все видели по телевизору! Ну, слава богу, не пострадал никто!

— Оля, — представилась сестра, перехватывая у меня брыкающегося малыша и предоставляя мне возможность открыть дверь в комнату.

— Галина Тимофеевна, — представилась председатель квартиры, — а это Олег.

— Таня, почему ты мне не позвонила? — голос мужчины пробился сквозь писк Мити, причитания двух женщин и звон ключей, упавших на пол.

— Я… Я не знала, что можно… — в его сторону я не смотрела.

— Глупостями не занимайся. Это же надо на такси столько денег выложить, да еще с каким-нибудь узбеком, который гоняет за сто по ледяной дороге! — кажется, Олег был расстроен.

— А я и не на такси…

Он осекся, хотя, подозреваю, готов был продолжить свою отповедь. И я бы, наверное, готова была рассказать о том, что произошло, но в этот момент лавина звуков, выданных Митей снесла и смела все мысли, причем, не только мои, но и всех окружающих. Кажется, кто-то хотел поменять подгузник и покушать.

Мы заторопились в комнату.

Мда… Сколько всего купить надо будет! Хорошо, что большая часть содержимого сумки сестры составляли Митькины экстренные принадлежности и (ура!) документы, которые по настоянию супруга Оля везде и всегда носила с собой. А они как раз в момент взрыва были в поликлинике.

Как ни странно, с одеялом я угадала, потому что Олю ощутимо трясло. Она была в легкой куртке, не предполагавшая, что так все обернется…

Мы завалились в комнату, я быстро разложила диванчик, обложив Митин пятачок подушками. Оля была отправлена в душ, а после кипятка, в котором она искупалась, была завернута в одеяло с чашкой чая и бутербродами. План по уходу с грудного вскармливания пока отошел на задний план, теперь беспокоило лишь-то. Что малышу еды не хватит, надо будет купить смесь.

— Где вам будет удобно спать?

— Да здесь, наверное, — сестра осмотрелась и кивнула на диванчик.

Разумно, с непривычки они оба могут упасть со второго яруса.

Сестра немного пришла в себя, и уже успела позвонить Вове, который был на другом конце страны в состоянии близком к панике. Строгим голосом мужу было сказано, что с ними все отлично. Они в тепле, в уюте, и сыты. Там, наверное, кто-то грохнулся в обморок от счастья, а сестра отключилась и занялась малышом, который активно искал вожделенный предмет, который даст ему насытиться.

Пока мы ехали в автобусе, сестра рассказала, что у соседа снизу взорвался газовый баллон. Панельная старая трёхэтажка сложилась, в районе их подъезда, как карточный домик. Чудо, что пострадавших не было. Это ведь было служебное жилье, где в основном жили семьи таможенников.

Оля надеялась, что, хотя бы часть вещей уцелела. Особенно Митиных, ведь детское всегда очень дорого. Конечно же, часть вечера была посвящена обзвону родителей, которые были в не меньшей панике, чем Вова. И мама и тетя готовы были лететь к нам, но, слава богу, обе опомнились, ибо толпа в комнате — это перебор. А трат сейчас будет немерено.

— Мам, все нормально, и город и на работе у Вовы уже сказали, что с жильем и выплатами быстро разберутся. Главное все живы и здоровы, — как мантру твердила Оля.

В общем, проканителившись, далеко за полночь мы разбрелись по постелям. Что удивительно, и сестра, и малыш, несмотря на потрясение, проспали всю ночь, даже не пискнув, а вот я… Я все это переваривала, пересматривала…

Оля, конечно же, тему Евгения оставить не могла, заявив, после третьей чашки чая, что он очень даже ничего. Потом, узнав, что именно он был источником удобной и теплой машины, а также моей оперативности, сестра еще и стала улыбаться как-то странно. А потом я, на свою беду, сказала ей, что у нас с Евгением есть кое-что общее…

— Я почему-то так и подумала. Он немного странно себя вел. Это, наверное, от того, что ты ему нравишься.

— Нет, просто мне и ему, людям с СА легче общаться. Хотя на самом деле, мне, например, совсем нелегко. Он… тяжелый… — подобрала я нужное слово. Сие откровение стало для меня сногсшибательным.

— Последнему есть куча объяснений, причем научных.

— Оля, я его вижу третий раз в жизни.

— И что? Он помог. В постель не тащит. К тому же, сеструня, ты очень симпатичная девушка, натуральная блондинка, глаза ярко голубые, росточек небольшой, просто куколка.

— Давай не будем это обсуждать, — взмолилась я. — Хотя бы сегодня.

Сестра очень пристально на меня посмотрела, но сменила тему.

Мысли о Евгении водили хороводы в голове. По дороге до Симагино мы говорили, но было