Читать книгу - "Под звездным дождем - Макс Рейн"

стариков, и мы с тобой вместе. А у нас в десять отбой.

– Слушайте, – вступился за Соню Кирилл, – я тоже виноват, батарейка на телефоне невовремя села.

– Сразу у обоих? – язвительно перебила Вика, сама не понимая, почему злится на свою счастливую подругу.

– А че случилось, неплохо ведь сидели? – недоумевал Алик, глядя то на Милана, то на Вику.

– Пойдем! – Вика схватила Соньку за руку и направилась в сторону дома.

– Вик, ты че? – попыталась вырваться та.

– Это ты че? Сидим уже три часа, как шибанутые, пока ты там любовь свою крутишь.

– Какие еще три часа, только полдвенадцатого!

– Только? – глаза Вики злобно сверкнули. – Это ты сейчас дома будешь объяснять. И вообще, прикрывать я тебя больше не буду.

Глава 25

Ребята тихо зашли в дом, стараясь добраться до своих комнат незамеченными. Но в прихожей их ждал отец Сони.

– Ну и где вы были? – сухо спросил Николай, оглядывая вошедших.

Милан потупил взгляд, Вика смотрела на Соньку.

– Папуль, я с подругой заболталась, которую сто лет не видела, а Вика и Милан меня ждали.

– Не пили? – подозрительно принюхался отец.

– Па, ты че?

– Ладно, чтоб после десяти больше ни-ни.

Сонька повисла на шее у отца и громко чмокнула его в щеку.

– Иди уже, подлиза, – улыбнулся он.

Девочки молча зашли в комнату и быстро облачились в пижамы.

– Я первая в ванну, – безапелляционно заявила Вика, направляясь к двери.

– Вик, ну не дуйся, – остановила ее Соня. – У меня, кажется, любовь.

– Кажется? – усмехнулась девочка. – Не скромничай, смотришь на него выпученными глазами. Вот так… – и она выкатила глаза, подражая Соне. – Полное обожание. Смотреть тошно.

– У меня такого никогда не было, – честно призналась Сонька. – Сердце то начинает биться быстрее, то замирает, то вдруг наполняется счастьем и тоской, а то просто хочется прыгать от радости, а потом накрывает ревность.

– К кому? – спросила Вика, присаживаясь на кровать и подозрительно глядя на подругу.

Сонька замялась.

– К Стелле, она вон какая. Как представлю их вместе, как он гладил ее голову, играя с волосами, у него такая манера, – пояснила она, – жить не хочется. Ненавижу их обоих.

– Сонь, ты себя слышишь? – озабоченно нахмурилась Вика.

– Ага, – удрученно кивнула Соня.

– Из нас двоих нормальная была ты… а теперь что?

– Не знаю, – пожала плечами девочка.

– Послушай, успокойся и дыши ровно, – продолжила Вика. – Стелла Кириллу ничуть не сдалась, иначе бы он с ней был, а не с тобой. И чувства твои улягутся потихонечку, со временем.

– Что ты! Говорю тебе, это любовь! Любовь на всю жизнь! – воскликнула Соня и продекламировала: – Я его любить не перестану, / Даже через многие года. / Изменюсь я, кем угодно стану, / Лишь бы с ним остаться навсегда[11]!

Вика громко прыснула.

– Тоже мне, нашлась Расцветаева. Хотя все может быть, вы, когда сегодня шли вместе, от вас прям электрические волны исходили, я даже позавидовала. Никак не могу перестать думать о Милане, – вздохнула Вика. – Хотя мы стали чуть ближе, разговариваем уже не только о физике. Но все это не про то…

– Зачем ты с Аликом тогда встречаешься? – спросила Соня с любопытством.

– Ну, моя бабушка говорит, плохой жених показывает дорогу хорошему. И знаешь, срабатывает. Правда, не так быстро, как хотелось бы, но что есть, то есть.

– А меня Кирилл на море пригласил. Я так хочу поехать!

– И что? Езжай. Если ты из-за меня переживаешь, я найду чем заняться. Мы с ребятами на рыбалку пойдем.

– На море ехать – значит отсутствовать весь день. Пока туда, потом обратно. Дома могут заметить.

– А почему ты, собственно, его скрываешь? Почему не приведешь домой, не познакомишь с родителями?

– Ты что? – у Соньки глаза на лоб полезли. – Папа меня под замок посадит! Я для него еще дите. И вообще, ему главное – это учеба, универ… Мама тоже не обрадуется: одиннадцатый класс, а у меня любовь. Бабку так вообще может удар хватить. «Нечистая сила» в доме, она деда Кирилла так называет.

Вика хихикнула.

– Ну да, мои дома не лучше. Все родичи одинаковые…

– Нет, пусть все пока останется в тайне.

– Ладно, помогу тебе еще один раз, так уж и быть, уйду с Аликом на целый день. Но если ты в двадцать два ноль-ноль не вернешься, пеняй на себя.

– Викусик, – обняла подругу Соня, – даже не знаю, что бы я без тебя делала.

– Да уж, приходится платить цену за свою счастливую дружбу с тобой. И когда это твое море? Надеюсь, не завтра? – Вика громко зевнула. – Я с Аликом должна договориться.

– Нет, в воскресенье.

– А когда воскресенье?

– Ты что? Через шесть дней.

– А че так долго?

– На этой неделе Кирилл занят, его родители в деревню приезжают, они пристройку к дому начнут делать.

– Окей, в воскресенье так в воскресенье. Я в душ и спать, утомила ты меня сегодня своей любовью…

Вика выскользнула из комнаты. А Сонька вытащила из сумки мобильник и обнаружила сообщение.

Кирилл: Влетело?

Сонька: Нет, обошлось

Кирилл: Ну, слава богу, я постоянно забываю, что встречаюсь с малолеткой

Сонька:(

Кирилл: А мне нравится, хочется тебя от всех защищать

Сонька: Ну-ну:)

Кирилл: Спокойной ночи

Сонька: Спокойной ночи, мой защитник

Глава 26

Катерина с усилием толкнула перед собой деревянную дверь и быстро прошла на кухню. Из столовой слышался голос Николая и веселый смех девочек. «Значит, все встали, завтракают». Катерина присела на стул и удрученно уставилась на стену.

– Ты что такая хмурая? – спросила бабка, неожиданно появившаяся возле нее в своей привычной манере.

– Да так, – неопределенно сказала невестка. – У Семеныча была… совсем плохой старик стал.

– А что с ним не так? Вчера в окно его видела, огурцом был, хлам в дом волок.

– В том-то и дело. В дом зайти невозможно, все завалено, – расстроенно сообщила Катерина. – Раньше он хоть старье в дом таскал, а сейчас чистый мусор. Мух видимо-невидимо и вонь… Меня чуть не стошнило. Пироги на крыльце пришлось оставить. Сам он тоже во двор переехал, палатку брезентовую поставил, ветхую с дырами, там и спит. Я ему говорю, давайте приберусь у вас. Белье постираю, перину просушу, будете в чистоте, с условиями. Куда вам в вашем возрасте в палатке на земле спать? Наотрез отказывается. Свежо тут, Лилек, говорит, и звезды видно.

На глазах Кати навернулись слезы.

– Ох уж эта Лилек, – горько вздохнула бабка. – Говорят, что на своем пути мы встречаем людей трех категорий: тех, кто поменяет твою жизнь, тех, кто попытается ее