Читать книгу - "О мече и серебре - Дженьюари Белл"

в себя все цвета неба, пылая вместе с ними, яркие и светлые.

Дух захватывает.

— Не ожидала, что ты послушаешься, — бросает она взгляд искоса, и я слишком поздно захлопываю рот, смущенный тем, что меня застукали за разглядыванием.

Чем скорее мы украдем корону и проведем ритуал, тем лучше. Когда все кончится, она возненавидит меня, и это излечит меня от любой неуместной влюбленности в эту женщину.

— Расскажи мне о Ларе, — перевожу я тему. Копыта лошадей выбивают дробь по неровной брусчатке, когда мы въезжаем в город, люди расходятся в стороны, пока мы едем по улицам.

— Спрашивай что хочешь, — раздается голос от одной из каменных стен. — Я всегда рада принять друга друга.

Кири останавливает лошадь, улыбаясь шире, чем я видел за все время, что провел с ней. Во мне всплывает какое-то уродливое чувство, и я хмурюсь.

— Лара, ты вышла нас встретить, — говорит она, явно в восторге.

— Профессиональная привычка, — говорит женщина, забирая веревку Грибка, которым мул привязан к лошади Кири. — Идемте, вы двое, нам нужно многое обсудить. Лучше сделать это в тепле моего дома.

— Но, но…

— Нет, — говорим мы с Ларой одновременно. Черноволосая провидица бросает на меня насмешливый взгляд — он угасает почти мгновенно, улыбка сменяется нахмуренными бровями.

Она знает.

Маг, одаренный предвидением. Конечно, лучшая подруга Кири сразу же увидит, кто я такой на самом деле.

Я смотрю на нее, мои губы превратились в тонкую линию, и она склоняет голову в безмолвном признании.

Она не расскажет Кири мой секрет.

Сомнения толпятся в моих мыслях, окрашенные горьким стыдом.

Мы следуем за ней по многолюдным улицам к ее дому на окраине города. Кири без умолку щебечет с Ларой, а я борюсь с чувством неловкости от того, что лучшая подруга Кири будет лгать ей по своей воле. Потому что Лара поняла, что я хочу, чтобы она так поступила.

Это к лучшему, ради высшего блага. Это правильно.

Так я всегда себе говорил.

Так почему сейчас этого недостаточно?

Дом Лары мгновенно кажется знакомым. Толстые каменные стены, соломенная крыша над головой, уютная мебель и уютный огонь. Я ставлю наши сумки у двери, мои доспехи звенят, где стоят.

Я до сих пор их не надел.

Главное отличие дома Лары от коттеджей, в которых я бывал за последнее столетие, — это размер: он довольно большой по сравнению с ними. Впереди виднеется зона, которая привлекает мое внимание, отделанная роскошной пурпурной тканью — цветом Накуша, бога магии. Лара быстро проводит нас мимо, но не настолько быстро, чтобы я не заметил статуэтки Пантеона на полке у окна.

Фигурка Хракана смотрит на меня незрячими глазами, когда я следую за женщинами внутрь коттеджа.

Хракан. Бог смерти, бог времени, непостижимый и тем не менее неизбежный. Бездружный, называли Хракана.

Я сглатываю, и мое внимание привлекают две теперь уже молчаливые женщины передо мной.

Если Кири — пылающее солнце, то Лара — луна, с гладкими, почти черными волосами и лучистыми карими глазами. Они почти противоположности: круглое, миловидное лицо Лары так не похоже на острые, угловатые черты Кири. Две стороны одной монеты.

Такие молодые тоже, как все смертные. Гладкие, не тронутые морщинами черты, живые умы работают за глазами, полными надежды.

У меня тоже мало морщин, несмотря на мой возраст, но по сравнению с этими двумя… такими полными жизни, такими новыми…

Я чувствую себя древним. И очень, очень уставшим.

— Ты в порядке? — спрашивает Лара. — Может, сначала поедим? Я знаю, мы торопимся.

Кири наблюдает за мной, проницательная маленькая штучка.

— Еда — это хорошо. Мы спешим… подожди. Ты сказала «мы». Я же говорила, что это жутко, когда ты ведешь себя так, будто уже знаешь, что мы собираемся сказать.

— У нас нет времени тратить на твои предпочтения, Кири, — высокомерно говорит Лара, уже накрывая раскладной стол, доминирующий в главной зоне комнаты. Есть две деревянные двери, и, судя по внешнему виду дома, я предполагаю, что от этой, главной жилой зоны, отходят две спальни.

— Ты преуспела, маг, — перебиваю я. — Спасибо, что пригласила нас в свой дом, за гостеприимство хлеба и соли. — Формальные слова для формальной просьбы.

Лара пожимает плечом, ее волосы сияют, как полночь, спадая на плечо. Кудри Кири выделяются рядом с ее волосами, словно у них есть своя жизнь — слишком яркие, как и женщина, которая их носит.

— Честный заработок, — отвечает Лара. — В отличие от некоторых. Добро пожаловать в мой дом и к моему очагу.

Она завершает ритуальные слова, небольшое колдовство, которого Кири, кажется, даже не замечает, но которое обеспечит нам троим возможность доверять друг другу здесь, в этом пространстве.

— Не груби, — фыркает на нее Кири, ставя на стол буханку все еще дымящегося хлеба с полки, где он остывал.

Лара тоже приходит в движение, они обе явно участвуют в танце, который проделывали бесчисленное количество раз, переплетаясь вокруг друг друга, расставляя на столе кусок сыра, графин с багровым вином.

Лара снимает с огня котелок, открывая ароматный бульон и какую-то птицу, плавающую в нем, с коричневой хрустящей кожей.

— Ты превзошла себя, — говорит ей Кири, улыбаясь в котелок.

— Я не знала, когда у тебя в последний раз была нормальная еда.

— Это много значит, — медленно говорит Кири, ее голос мягкий, а затем, к моему удивлению, она заключает Лару в теплые объятия. — Спасибо, Лара.

Их глаза встречаются над плечом Кири. Беспокойство, которое я там вижу, отражает мое собственное.

— Уже? — спрашивает меня Лара, слово скорбное.

Я киваю.

— Прекратите, — говорит Кири, затем немного кашляет. — Со мной все хорошо. Мы справимся.

— Я думала, у тебя больше времени. — Лара отстраняется, держа Кири на расстоянии вытянутой руки, вглядываясь в ее потрясающее лицо, словно в нем есть ответы.

Может, и есть. Иногда кажется, что так и есть.

— Представь себе, ведьма, которая видит будущее, внезапно не может видеть твое будущее. — Кири криво усмехается. — Утешительно.

— Твое будущее для меня затуманено. Полно тьмы. — Голос Лары опускается на октаву или две, и волосы у меня на предплечьях встают дыбом, магия Накуша накрывает меня стремительной волной.

Я поворачиваю голову на плечах, пытаясь стряхнуть это ощущение. Будто они здесь, с нами, словно они дали свое благословение Ларе присоединиться к нам. Я поднимаю лицо, позволяя силе затопить меня, освежить мои чувства после нескольких тяжелых дней в пути и после десятилетия жизни без прикосновения магии в Коттлсайде.

Накуша здесь нет, однако, и чувство угасает через полсекунды.

— Полно тьмы, — повторяет Кири. — Ты всегда знаешь,