Читать книгу - "Драконова Академия. Книга 5 - Марина Эльденберт"

стала той самой последней каплей. Будь на ее месте любая другая адептка, никак не привязанная к Лорхорну, Женевьев бы напомнила о том, что все вопросы можно задать ей, но сегодня промолчала. Из-за чего еще больше на себя злилась. Потому что молчать в такой ситуации магистру не пристало! Потому что Лорхорн так мило все ей объяснял, что хотелось…

А, да Лозантир знает, чего ей хотелось!

Из аудитории Женевьев вылетела в конец раздраженная, где ее добили очередной новостью. Оказывается, сегодня в Академию вернулся Люциан Драгон! Это событие обсуждали все, кому не лень, она разносилась, как пепел от дыхания дракона под ветром. И, разумеется, Люциан Драгон разлетался ей сообщить о таком!

Ну ничего. Ему-то она точно все выскажет!

С этой мыслью Женевьев устремилась по коридорам к переходу, ведущему в крыло, где располагался военный факультет, и на полном ходу в кого-то врезался. Кто-то коротко рыкнул, а после язвительно сообщил:

– Иногда я думаю, что магистры в этом заведении опаснее адептов.

– Правильно думаете! – огрызнулась Женевьев раньше, чем успела подумать сама.

Приличия в этом случае слегка дали сбой.

Мужчина, стоявший перед ней, вздернул бровь. Это оказался не кто иной, как магистр драконьего языка, адепты в прошлом году прозвали его «Доброе утро», и с тех пор прозвище к нему прилепилось, как лист ограхи к драконьей заднице.

Женевьев глубоко вздохнула, пытаясь стряхнуть раздражение, после чего произнесла:

– Прошу прощения.

Получилось все так же раздраженно.

Доброе утро изогнул вторую бровь. У него в принципе была очень запоминающаяся внешность: смуглый, с выразительными глазами, в которых клубилось янтарно-золотое пламя. Выправкой, движением, уверенностью во взгляде он напоминал тех, с кем Женевьев приходилось общаться с самого раннего детства, дракона-аристократа. Правда, драконы-аристократы не преподают в Академиях.

Если только они не поругались всерьез с отцами и не пошли развиваться в той сфере, которая им нравится.

– Почему это звучит так, будто вы собрались убивать? – усмехнулся он.

Потому что я собралась. Убивать своего жениха, который даже не удосужился сообщить мне о том, что полностью поправился и возвращается к учебе.

– Вам показалось, – ответила Женевьев и попыталась его обойти.

Но Доброе утро шагнул в сторону, и она чуть не врезалась в него.

– Простите? – теперь уже она вздернула бровь.

– Уже лучше.

– Я сейчас не извинялась. – Чувствуя, что начинает закипать, Женевьев мысленно сосчитала до трех и только после этого произнесла: – Может быть, вы меня пропустите?

– Может быть. Если вы согласитесь со мной поужинать.

– Что?!

– Вы. Я. Вкусная еда, – терпеливо, как маленькому ребенку, начал перечислять дракон.

– И Люциан Драгон, – язвительно произнесла Женевьев.

– При чем тут Люциан Драгон?!

– При том, что он мой будущий муж. – С ума они все посходили, что ли? Или это она с ума сходит. – И сейчас, если позволите…

«Я иду его убивать».

– Позволяю, – милостиво согласился Доброе утро и все-таки отступил в сторону. – Но про ужин подумайте.

– Подумала. Нет, спасибо!

Женевьев прошла мимо него так быстро, как только это возможно. На пути к военному факультету она все-таки сбавила шаг: не пристало ей так бегать, да и врезаться больше ни в кого не хотелось. Правда, до факультета она все же не дошла. На очередном повороте этого бесконечного замка ее втолкнули в нишу. Настолько быстро, настолько неожиданно, что она даже испугаться не успела. А, обернувшись, увидела перед собой Лорхорна.

– То есть я тебе не подхожу, потому что ты собираешься замуж, а Доброе утро подходит? – раздувая ноздри, поинтересовался он.

Глава 11

Женевьев

К счастью, здесь их никто не мог увидеть. К несчастью, она все еще плохо себя контролировала. Рядом с ним. Вот и сейчас испытала на себе весь спектр чувств: начиная от желания высказать ему, что лучше пусть подобные сцены устраивает адептке, которая приставала к нему все занятие, до того, чтобы толкнуть к стене и самой поцеловать. До головокружения и жажды, идущих из самой глубины ее существа.

Опять же к счастью, Женевьев справилась и с первым, и со вторым. И, щедро плеснув привычного отстраненного холода в голос, произнесла:

– Не скажу, что я рада знать, что вы за мной следите, адепт Лорхорн. Но поскольку это несомненно так, вы наверняка знаете, что я отказалась идти с ним на ужин. Так что – нет, магистр Берроуз Въерд мне не подходит, и вы тоже. Надеюсь, больше мне повторять не придется.

Лорхорн сощурился и, вместо того, чтобы внять голосу разума и оставить ее в покое, произнес:

– Адепт Лорхорн! Неужели? И давно я стал для тебя «адептом Лорхорном»?

– Вы им были всегда.

– Да. Непременно. – Непонятно, чего в его голосе было больше, сарказма или издевки.

Несмотря на то, что Женевьев привыкла и на многих мужчин выше ее на две головы смотреть свысока, с ним почему-то так не получалось. Этот мальчишка каким-то образом умудрялся выбить ее из колеи в два счета, и, как бы она ни старалась этого избежать, как бы ни пыталась себя уговорить, что в следующий раз все будет по-другому, по-другому в следующий раз не было. Становилось только хуже, или, если говорить откровенно, ее эмоциональность рядом с ним прогрессировала, как магический срыв из-за неправильного распределения сил. Хотя с магическим срывом она бы справилась, и с этим тоже справится.

– Хорошо, – произнесла Женевьев, – когда-то было иначе. Сейчас все так, как есть. Когда мы познакомились с тобой на Эллейских островах…

– Познакомились? – Лорхорн изогнул бровь и шагнул к ней. – Теперь это так называется?

– Продолжишь меня перебивать – и я уйду, – спокойно сказала она.

На этот раз почему-то сработало в его сторону: то ли потому, что Женевьев точно знала, что уйдет, без капли притворства. То ли потому, что он сам понял, что перегнул. Даже немного смутился. Она была уверена, что проникай в