Читать книгу - "Есть такая вероятность - Юлия Устинова"

втроем, я хватала лак для волос и начинала в него петь. Еще подвыпивший сосед частенько нам с сестрой деньги давал — такие хрустящие, совсем еще новенькие после денежной реформы купюры, за что неоднократно был жесточайше пилим своей супругой.

И вот я такая вся еду сегодня, пою Добрынина, разглядываю ногти на светофоре, а потом испытываю то самое чувство, когда понимаешь, что на тебя кто-то смотрит.

Я голову повернула и вижу, что из праворульной Тойоты в соседней полосе на меня классный мужик пялится. Прям классный! Взрослый, красивый, холеный, думаю, чуть постарше меня. Красный горел еще секунд двадцать. Мы поиграли в гляделки, немного поулыбались друг дружке, затем он налево повернул, а я прямо поехала, но этот небольшой инцидент тоже добавил ярких красок в холодный январский пасмурный день.

И в свой магазин я не захожу, а буквально впархиваю.

Все же прийти на работу сильно после обеда — кайф неимоверный! Тем более второй день подряд!

— Привет, — здороваюсь с Димой, зарулив в закуток под лестницей, где находится его рабочее место.

— Привет, — он чуть откатывается в своем кресле. — Ну и зачем ты пришла? Написал же, что доработаю.

— А я решила, что приду.

Кинув сумку и пакет на угол его стола, расстегиваю шубу.

— Ты откуда такая красивая? — сменив тон на более интимный, тихо спрашивает Дима.

Его взгляд темнеет, становится глубже. Он смотрит на меня, как тот самый мужик из Тойоты, только в сотню раз интенсивнее.

— А тебе скажи, — игриво веду плечом. — Кофе хочешь?

— Хочу.

— Пошли, — зову его в кабинет.

Сидит ведь тут под лестницей, как бедный родственник. Весь день проходной двор. Шум. Сквозняки.

Скажем прямо — условия для работы у Димы отвратительные. То ли дело — опенспейс в моем бывшем салоне, где с комфортом работали один или оба моих зама.

Мне снова становится совестно. Человек спокойно сидел в своем кабинете, вот-вот должен был возглавить филиал, а тут я…

Но я же не знала!

А теперь вот не знаю, как себя с учетом этой информации вести.

Ну не извиняться же перед ним, в самом деле? Или что?

— Пошли, — поднявшись, Дима берет папку с документами. — Заодно акты на утилизацию подпишешь. Я потом отсканирую, отправлю.

Мы пересекаем торговый зал, и все продавцы разбегаются по углам, завидев меня.

А это не то, к чему я привыкла. У меня с прежним коллективом были суперские отношения. Эти же — хмурые, недовольные, неулыбчивые. Здороваются сквозь зубы.

Полагаю, все ждали, что Дима станет их новым начальником. А тут я…

— Я не буду! — торможу Диму, заметив, что он мою кружку берет.

— А что так?

— Я уже пообедала. И вообще стараюсь ограничиваться одной чашкой в день.

Я поправляю волосы перед зеркалом, а Лядов тем временем возится с кофемашиной.

— Вот. Думаешь твоему дедушке понравится? — показываю ему мужской шейный платок — черный с крупным узором, который сегодня купила. Приблизившись, Дима протягивает руку, чтобы пощупать ткань. — Натуральный шелк.

— Крутой, — Дима одобряет мой выбор. — Дед такое любит.

Я так и думала.

Федор Иванович — тот еще модник.

Я уже с десяток его роликов пересмотрела. Чувство стиля у Лядова-старшего отменное.

Дима возвращается к столу, чтобы забрать свой кофе.

По сравнению с дедом одевается он довольно просто, что компенсируется шикарным ростом, сильной спиной, узкими бедрами и крепкой задницей, по виду которой я уже соскучилась. Ровно как и по ее обладателю.

Но Лядова словно подменили.

Позавчера мы не виделись. И даже не общались толком. Я лишь раз набрала его по рабочему вопросу, а вечером его даже в сети не было.

Вчера он тоже вел себя странно.

Дима открыл магазин, дав мне возможность выспаться и без спешки собраться на работу. Я приехала в полдень. И, едва мы перекинулись парой слов, как он отчалил, сославшись на какое-то важное дело.

Сегодня я тоже его не пойму.

Он будто бы меня динамит? Или обиделся на что-то? Или что?

Я требую пояснительную бригаду!

Не то, чтобы холодок с его стороны меня задевал…

Ой, да кого я обманываю!

Конечно меня это задевает!

То вил круги вокруг меня, про влюбленность что-то задвигал, понимаешь, то ведет себя как евнух в третьем поколении.

— У тебя все в порядке, Дим? — осторожно интересуюсь.

Все же мало ли что у человека может случиться. В семье, к примеру, могут быть неприятности.

— Да… — беззаботно задвигает он, с вопиющей безмятежностью развалившись на стуле: нога — на бедро, еще и верхнюю пуговку рубашки расстегнул. — А что?

— Да нет. Ничего, — я обхожу его и устраиваюсь в своем кресле. И раз так, хрен с тобой золотая голубоглазая рыбка. — Я тут подумала, Дим, а почему бы мне не попросить Сазонова добавить нам ставку второго админа, — к насущным вопросам перехожу.

— Я тебя чем-то не устраиваю? — с ленцой в голосе отзывается Дима.

— Нет. Просто это не дело, что ты торчишь тут с восьми до девяти. И я тогда смогу тоже уходить пораньше, когда ты на выходном. Понимаешь, о чем я? — даю понять, что больше забочусь о себе, нежели о нем.

— А что так можно было?

— Можно. Лично в моем трудовом договоре прописан восьмичасовой рабочий день. А так все тринадцать получается.

На что Лядов скептически хмыкает.

— Это, разве, кого-то колышет?

— Меня колышет, Дим. Я на йогу, например, буду ходить вечерами. За то, что мы тут торчим ненормированно, памятник никто не поставит.

— В курсе, Надь, — соглашается он.

— И нам нужно что-то решать с мотивацией. Мы одни из худших в рейтинге идем.

— Да, я видел уже, — подхватывает удрученно. — Такого никогда не было.

— Саботаж? — изгибаю бровь.

— Да перестань, Надь. Просто народ расслабился после новогодних, — успокаивает меня. — И вот еще. Я вчера ездил на адрес к грузчику. К Хисматуллину. Он дома, прикинь? Работает на базе где-то. Телефон потерял. И вот… — он тянется за своей папкой и извлекает из нее лист А4. — Держи, — опускает передо мной заявление по собственному, написанное корявым мелким почерком Хисматуллина.

— Ура! Мы теперь его можем спокойно уволить и взять нового, — я всерьез радуюсь этой бумажке. — Дим, ты такой молодец. Во всем помогаешь мне… А другой бы не стал, — вылетает у меня.

— Почему? Это моя работа.

— Да, конечно, — тороплюсь сказать. — Но я хочу и тебя разгрузить, и себя тоже. У тебя есть кто-то из продавцов на примете, кого можно было бы поставить вторым замом? Ну, пока на испытательном сроке, разумеется?

Спрашиваю его совета, потому что по опыту знаю,