Читать книгу - "Отложенная беременность, или Любовь после смерти - Татьяна Михаль"

– Тт-ты хорошо мм-меня знаешь, да?

Закусила губу и немного подумала.

– Мне кажется, что я очень хорошо тебя знала, но сейчас…

Посмотрела на него немного виновато и криво усмехнувшись, призналась:

– Сейчас, когда ты не помнишь ничего и ведёшь себя не так как прежде, мне кажется, что я тебя совсем не знала… Прости…

– Нн-не надо извв-виняться, Ника. Пп-просто я не чч-чувствую, будто мы с тт-тобой были вв-вместе. Тт-ты слишком хх-хороша дд-для такого нн-неудачнн-ника, как я.

– Ты не неудачник! – встрепенулась я. – Ты классный, просто потрясающий мужчина! Мой мужчина! Макс, я… Ох, прости… То есть, Иван…

– Можешь зз-звать меня Макс.

Это было неожиданно. И очень приятно. Это значило, что он начал мне доверять. Новая ступень возвращения к прежней жизнь была пройдена – и этот факт несказанно обрадовал меня.

– Спасибо… – прошептала я каким-то странным тоном, словно до сих пор не верила своим ушам. – Я очень рада, что ты позволяешь меня звать тебя твоим именем.

Его взгляд блуждал по моему лицу: серьёзный и сосредоточенный. Губы не улыбались. Макс был напряжён и о чём-то думал.

Внезапно, он протянул ко мне руку и коснулся моих волос. Он пропустил несколько прядей между пальцами, а потом, словно невзначай, коснулся моей шеи, того места, где с сумасшедшей скоростью билась жилка.

Меня одновременно охватило миллион чувств.

В его жесте было любопытство, нежность и даже какое-то лёгкое, давно забытое узнавание.

Мои глаза наполнились слезами.

Макс любил трогать мои волосы. Ему нравилась их густота и непослушные пряди, завивающиеся упругими кольцами.

От переизбытка чувств я дышать замерла и задержала дыхание. Выдохнула только тогда, когда он убрал руку.

– Дд-давно хотт-тел их пот-трогать, – произнёс он. – Всё хх-хорошо? Тт-ты выгг-глядишь испугг-ганной… Пп-прости, если я пп-позволил себе лишш-шнего…

– Нет, нет, нет! – замотала я головой. – Всё хорошо… Просто… Просто ты любил трогать их… Если тебе снова захочется прикоснуться ко мне, знай, я совсем не против…

Нас всегда тянуло друг к другу. И наша связь была какой-то нереальной, волшебной, чудесной. Мы словно два кусочка одного целого и мне ужасно не хватало моей половины. А сейчас, когда он ко мне прикоснулся – сам, с желанием это сделать, я ощутила восторг и счастье.

Он задумчиво посмотрел на меня, а потом сказал:

– Если мм-мне захочется бб-большего?

Я сглотнула и одними губами спросила:

– Например?..

– Нн-например, я хочу тт-тебя пп-поцеловать… Инн-не только…

Передо мной сидел мой муж, но отчего-то мне вдруг стало неловко, словно я оказалась на первом свидании.

Мои щёки покрылись румянцем от его провокационного и интимного вопроса.

– Я не против… – ответила также тихо.

А потом отставила свою чашку с недопитым кофе и сама потянулась к Максу. Мне было проще, чем ему.

Наши губы разделяли миллиметры. Я легонько коснулась его губ своими губами, и между нами словно пробежал мощный электрический разряд.

Макс сжал руками мои плечи и теснее прижался своими губами к моим губам. Он издал лёгкий стон. Я задрожала и тут…

– Что это вы делаете?

Голос Ильи Алексеевича прогремел подобно грому в ясный день.

Я резко отпрянула от Макса, задела рукой чашку с кофе. Она упала, и коричневая жидкость залила журнальный столик.

– Чёрт, – выругалась сквозь зубы, отчётливо чувствуя, как горит лицо от стыда.

Было очень неловко.

– Ваня! А ну Марш в свою комнату! – гаркнул он.

– А ты, развратница, хоть бы оделась нормально, прежде чем на кухню выходить в таком виде! Стыд и срам!

Я засмеялась и, не отвечая на ворчание Ильи Алексеевича, убрала за собой устроенный бардак и ушла вместе с Максом.

– Возвращайся в кровать, – сказала ему со вздохом, глядя сверху вниз. – Скоро я приду.

– Я бб-буду ждать.

* * *

Ника

Вернулась к себе и легла в кровать. Прикоснулась пальцами к губам и закрыла глаза.

Провела подушечками по губам и улыбнулась.

Можно сказать, снова первый поцелуй. Поцелуй-знакомство. Поцелуй-перемирие. Поцелуй-надежда.

Потом положила руки на свой ещё плоский живот и негромко сказала:

– Твой папа обязательно меня вспомнит и всё вернётся на круги своя. И всё у нас будет хорошо.

Сказала вслух и поверила.

Пусть прошедший год, что был наполнен только моими слезами, криками и страданиями, никогда не повторится. Никогда я снова не испытаю чувства утраты. Никогда.

Встала с кровати и с настроем, что всё будет хорошо, направилась в ванную.

Привела себя в порядок и начала одеваться, чтобы пойти к Максу.

Вдруг, зазвонил мой телефон.

На дисплее высветилось имя Дмитрий.

Что ему нужно?

Приняла вызов.

– Алло.

– Ника? Можешь говорить?

Голос его был взволнован. Точнее даже, напряжён.

– Могу, но у меня мало времени. Что-то случилось?

Прижала телефон к уху, а сама начала заплетать волосы в боковую косу.

– Скажи… Как Макс? Он что-нибудь уже вспомнил?

Замерла и нахмурилась.

Почему он интересуется?

– Пока ещё нет, но я верю, что он всё вспомнит, – ответила довольно сухо.

В трубке послышался вздох.

– Ника, я бы хотел с тобой встретиться. Поговорить хочу.

– О чём поговорить, Дима? – проговорила раздражённо. – Если ты хочешь извиниться за своё поведение в последние недели моей работы, то можешь это сделать прямо сейчас и по телефону. Если хочешь опять завести свою пластинку о том, что ты лучше Макса и с тобой мне будет лучше, то оставь…

– Ника…

– Дима, я серьёзно. Я не люблю тебя. Никогда не любила. Ты был моим другом и моим начальником. И я никогда не давала тебе повода думать иначе.

– Ты слишком категорична, – сказал он довольно резко.

– Какая есть.

– А ты сама как?

– В полном порядке, – выдохнула я. – У тебя что-то ещё?

– Скажи мне, где ты. Я приеду. Я должен поговорить с тобой…

– Пока, Дима, – сказала я и отключила разговор.

Потом проверила телефон и обнаружила массу сообщений от родителей Макса.

Они просили, умоляли и требовали назвать им адрес, чтобы они приехали и проведали своего сына.

– Чёрт…

Им больно. Но Макс просил, чтобы никто не приезжал. И я пообещала ему, что никому не скажу, где мы находимся, пока он сам не решит, что готов ко встрече со своим прошлым.

Написала ответ:

«Он ещё не готов. И с ним всё хорошо. Просто наберитесь терпения, пожалуйста».

Знаю, что это несправедливо, но такого было желание Макса.

* * *

Ника

– Ника, кк-как долго мм-мы женаты?

Вопрос Макса был разумным.

Я вытерла руки полотенцем, вытирая излишки массажного масла, и посмотрела на него с грустной улыбкой.

– В этом году… стукнуло четыре года, – сказала негромко и добавила дрогнувшим голосом: – Мы поженились