Читать книгу - "В плену безумия - Катерина Пелевина"

Эта херня разъедает меня изнутри. Деньги — не просто бумажки. Это контроль. Это свобода. Это наша страховка на всякий случай. Неужели он, блядь, этого не понимает… Не понимает, что хорошая жизнь просто так с неба не падает?! Да он, кажись, вообще нихуя не понимает. Сладкий ванильный мальчик Глеб…

На деле тупое чмо без собственного мнения…

Теперь я не просто зол. Я в ярости. Потому что он не понимает: без этих денег мы оба станем слабее.

А теперь ещё и она.

Эта Алёна.

Он думает, что влюблён. Что это «настоящее». Что она — его спасение.

Я наблюдаю. Я вижу, как он смотрит на неё, как ловит каждое её слово, как улыбается, когда она смеётся. И мне… тошно.

Нет, она не уродлива. Тело — да, приятное. Глаза, волосы, кожа — всё это можно оценить. Но остальное? Её мечты, её страхи и, её дрожащее «люблю тебя»…

Фу, блядь… До тошноты. Эти баские прибамбасы... Вечное нытьё и капризы. Манипуляции, ультиматумы... Лично я привык юзать их. Они такой же ресурс. Да вдобавок охотнее ведутся на обеспеченных. Глеб, конечно, не помнит как я подкладывал под него тёлок на раз... Некоторые потом даже здоровались с ним, случайно увидев на улице... Он говорил, что обознались... Но на деле всё было совсем не так. Хах... А это Алёна прям как бельмо на глазу... Появилась и теперь мешает.

Я знаю, как он следил за ней. Как выслеживал её маршруты, запоминал, где она бывает, когда выходит из дома. Как ждал у универа, прячась за деревом, чтобы наблюдать…

Он называет это «судьбой».

Я называю это ебанутством.

Она не особенная. Она просто… попала в его фокус. Как мотылёк в свет лампы.

И хуже всего то, что из-за неё он начинает слабеть.

Он забывает о делах. Теряет бдительность. Даже ситуация с баблом, которая не даёт мне покоя… Если бы он только знал скольких усилий мне это стоило… Вытаскивать препараты так, чтобы никто не видел. Найти клиентов, толкать им. Сделать так, чтобы всё было бесконтактно…

Он должен сам понять, что без меня он — ничто.

А вместо этого он пытается меня «вылечить». Ходит к психиатру, пьёт таблетки, пытается «интегрировать» меня обратно.

Смешно…

Я — не болезнь. Я — его защита. Бронь. Стержень. И ещё тысяча синонимов слова "охуенный".

Если я исчезну, он рухнет. Снова будет зажиматься в угол. Снова будет слышать те крики. Снова почувствует, как его мир сгорает дотла…

Поэтому я остаюсь.

Даже если он ненавидит меня. Даже если боится.

Потому что без меня…

…он тупо не выживет…

— Ты врёшь, ты… Что… Глеб… В смысле?! Как это?!

— Тебе его эпикриз показать или чё? Да мне как-то похуй веришь ты или нет… Слушай меня… Твой ненаглядный взял кое-что, что ему не принадлежит, Алёна… — вдыхаю её запах, уткнувшись членом в задницу и, признаюсь, меня пиздец вставляет, как реагирует на неё моё тело… — Так что передай ему… Если он не вернёт мне это… Я заберу то… Что принадлежит ему? Баш на баш… Идёт?

Она стоит трясётся и ревёт. Плечи сжаты, дыхание прерывистое, жалкое. Ноет, как белуга. Тут они реально друг друга стоят. Идеальная пара нытиков.

— Почему ты сам ему это не скажешь?!

— А… Точно… Вот я дурак… Сейчас выйду с ним на контакт, мы подеремся и… Я тогда сам передам… Ты тупая, что ли?! Как ты себе это дерьмо представляешь?! Он нихуя не помнит, когда я владею телом!

Она молчит… Всхлипывает, а я расслабляю хватку на её шее. Ещё синячки оставлю бедненькой… Нанесу психологическую травму ещё одной дамочке.

— Ну что же ты… Кудряшка… Не реви… — касаюсь её кудрявых волос и глажу голову. — Я тебя не трону, если узнаешь, где бабки… Всё просто, солнышко.

— Отпусти меня, пожалуйста… — воет она и от страха сползает вниз по стеночке. Я уже думаю затолкать ей член в рот. Как раз удобное расположение, но…

В таком виде она нихуя не секси, если честно. Не люблю, когда ноют…

— Обдумай… Я пошёл отсюда, — хватаю куртку с вешалки и ключи от машины, оставив её в квартире одну… Пусть продолжает там реветь и плакаться. Главное, чтобы выяснила у этого додика, где деньги… Остальное меня не интересует… Пока что… А если нет — то иначе будем разговаривать… Совсем иначе.

Глава 16

Глеб Зимерев

Я просыпаюсь от глухого звона в ушах… Свет режет глаза — слишком яркий, режущий. Моргаю, пытаюсь сфокусироваться. Нихрена не понимаю. Башка кружится… Гудит. Где я вообще?! Какого х…

С трудом разлепляю веки…

Стол. Монитор. Чашка остывшего кофе. Папки с документами. Больница. Кабинет…

Лицо будто смятое, в отражении монитора — красные глаза, следы от рукава на щеке.

Я спал здесь?

Нет… Блядь, нет. Только не это… Я засыпал с Алёной в кровати дома… Я же…

Помню это…

Тянусь к телефону. Свайпаю экран, и сердце падает куда-то в пятки… Сообщение. От меня же… Нет. Точнее, от него. От чёртового Адама.

«Я навестил твою подружку. Где мои деньги, сучонок?!».

В груди тут же образуется ледяной ком. Пальцы дрожат. С-с-сука… Бляяядь…

В эту секунду я вздрагиваю так резко, что стул скрипит и стол шатается. Рядом Георгий Николаевич, вздрагивает, открывает глаза. Тоже закимарил, видимо…

Просто прекрасно…

— Ты чего это?! Напугал… — хмурится он, потирая заспанное лицо. — Ооой… Задремал я что-то… Больше не буду смотреть «Битву экстрасенсов» на ночь…

— Извините… — бормочу я, глядя на экран снова… — Сколько времени?

Часы показывают 08:47. День. Я проспал всю ночь здесь?

— Почти девять… Ты сегодня какой-то странный. У тебя точно всё в порядке?

Он смотрит с подозрением. А меня всего колотит… Нифига я не спал… А он бодрствовал, ещё и общался с моими коллегами. Урод, блин…

Я пытаюсь улыбнуться, но губы не слушаются. Более того, дёргаются как при нервном тике.

— Да… просто не выспался. Можно я… отпрошусь пораньше?

Он кивает, но взгляд остаётся настороженным. Знаю. Я выгляжу как человек, который вот-вот развалится на части. Я такой, блядь, и есть. Одна нога тут, другая — там. Что в башке вообще непонятно… И как это что-то оттуда вынуть, я уже ничего не понимаю… Он не поддаётся контролю. Меня только электрический стул спасёт, нахер…

Выхожу в коридор, дрожащими пальцами набираю номер Алёны. Гудки. Короткие. Она меня заблочила… Ну, точно… Пиздец…

— Алёна, пожалуйста, ответь… — шепчу в пустоту.

Гудки повторяются…

Набираю ещё раз.