Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

– Ты ведь просил его убить… – тихонько прошептала я.

Папа плотно сжал челюсть и отвернулся, наспех перевязывая раненое плечо клочком рубашки. Может ли… Что они всегда были вместе, но отец хотел этого избежать? Мысль расплавилась в сознании, когда Анна, опустившаяся с воздуха, замахнулась на меня ножом. Чудом поспев за атакой, я перехватила ее руку, явно уступая госпоже Смит силой. Этой секундной заминки хватило, чтобы Поль попал в точку.

– Scire dolorem, Anna, suffocationem pati, – в очередной раз повторил он.

Изящная светлая мигом упала на колени, издав страдальческий визг. Лицо ее исказилось, превращаясь в маску муки. Губы побелели, словно мел, задрожали, бессильно шепча бессвязные слова. Под светом луны отблескивал липкий холодный пот, образовавшийся на ее лбу. Подойдя ближе, месье Дюбуа захихикал, будто искренне наслаждаясь чужими страданиями.

– Глупая и несчастная Анна, – обхватив ее щеки, он покрутил лицо женщины из стороны в сторону. – Каково же тебе будет умереть, узнав о том, что и муж, и сестрица живы?

Она постаралась отползти. Полностью игнорируя его слова, Анна только и сумела, что бросить на моего отца несчастный, молящий взгляд. Глядя на столь ужасную картину, будто забыла о том, что женщина, так рьяно требующая помощи, совсем недавно пыталась меня убить.

– Папа! Сделай что-нибудь… Почему ты стоишь?!

Я дернула его за предплечье, но он отмахнулся. Не дождавшись должной реакции, сама метнулась к беззащитной Анне, по-прежнему стонущей от жестокого проклятия, закрывая ее всем телом.

– Не смейте!

– Тереса, разве не видишь? У нас тут семья в сборе… Госпожа Смит слегка мешает столь радостному воссоединению. – Поль не торопился меня отталкивать, лишь с пылким интересом в глазах наблюдая за происходящим.

Потом, видимо растеряв былой энтузиазм, вальяжно махнул рукой: меня отмело в сторону, словно ураганом. Конечности оказались парализованы… Получалось лишь медленно моргать, окончательно смирившись с бессилием.

– Папа… Папа, помоги ей!!! – умоляла я, видя, как Поль полоснул кинжалом по своей ладони.

Я помнила этот ритуал. Заклятие, способное убить и при этом не требующее большой жертвы… Отец хотел этим погубить Дюбуа. Так почему, почему сейчас молча стоял в стороне, стыдливо потупив взгляд?..

– Scitote omnem dolorem quem expertus sum scitote iram totius mundi patientes estote peccator in agonia aeterna[12].

Последний истошный крик, и все прекратилось. Я не смотрела. Попросту не смогла. Когда тело начало меня слушаться, на земле лежало бездыханное тело Анны Смит с застывшей гримасой непроглядного ужаса на лице. Вдалеке опять виднелись яркие вспышки, знаменующие продолжающееся противостояние. Александр был где-то там, рыскающий в поисках контракта. Как и Кристиан, старательно его прячущий.

– Встретимся на маковом поле, внучка, – напоследок махнул рукой Поль, поманив следом за собой и папу.

Виктор обвел меня тяжелым взглядом, пряча сутулую тень за высокими кустами. Вскоре их шаги и вовсе перестали быть слышимыми, если не стараться их уловить. Оставшись наедине с трупом, я боязливо поджала колени, зарываясь в них лицом. Сердце отстукивало бешеный ритм, не справляясь с нагрузкой, а во рту до сих пор оставался вкус недавно выпитой крови. Когда я подняла голову, мертвое тело по-прежнему лежало рядом; вспышки в небе стали более редкими. В туманный разум закралась слишком знакомая, сражающая наповал, темная энергия. Он вновь был где-то близко.

Я решилась на последний рывок, уходя прочь от могил. Побежала, в надежде найти ребят или Кристиана, который наверняка давно вернулся за мной. От крови мадам Бернар, снова попавшей в сосуды, органы чувств сильно обострились. Кажется, я снова могла за себя постоять, хоть немного. Однако на сей раз преследующая энергия не отступала, идя по пятам. Стараясь запутать его, обогнула несколько узких коридоров, удрученно замечая, что забрела в тупик. Когда же развернулась, Александр уже стоял передо мной. Хищник, наконец настигнувший добычу.

– Не устала убегать, вендетта?

Его образ был поглощен сумраком. Мне представился только его темный силуэт, угрожающе приближающийся все ближе. За спиной Александра показался и другой, более высокий. Кристиан.

– Устала…

Прекрасно понимая, что отвлечь Александра не удастся. Понимая, что мужчина наверняка знал о светлом, что прятался по углам, ожидая удачного случая для нападения, я все-таки попробовала потянуть время, быстро заключая мускулистый торс в ледяные объятия.

33. Предсказание и надежда

День смерти ведьм красного камня

Я ненавидел это место. Лес всегда напоминал об ошибке, сто`ящей слишком многого. Запретным он стал по моей прихоти: никто, кроме отрешенных, не должен был вступать на проклятые земли. Именно здесь все началось. Здесь начался новый путь, после которого славное имя Ксандра осталось лишь в небылицах, настоящее же – на века очернилось.

Однако я знал, что когда-то придется сюда вернуться. Каждое возвращение значило лишь знаковый час. Не зная местоположения поля, мог только полагаться на Дюбуа и его предположения, развеивая энергию прошлых обреченных в лесу. Теперь же понимал, что старая провидица всегда шла бок о бок с моими планами, а порой – впереди. Поэтому довериться на сей раз малолетнему Роспонду оказалось достаточно хорошим решением, потому что без него найти хитрых ведьм было бы весьма затруднительно, да и непозволительно долго.

Они все смотрели на меня с презрением, но не нападали. Амелия и тут обогнала меня, заранее прознав о нашем своевременном приходе. Они все выглядели жалко – годами лишенные благ жизни, поставившие на кон все ради моего уничтожения, но сейчас не смеющие и проклятия метнуть в ответ. Старуха сделала из них отменных боевых шавок, во всем послушных и ручных, что не могло не вызывать уважения. Ко мне кланяться шли не столь покорно.

– Останьтесь здесь, – обратился я к Полю и Жизель. – С ней я поговорю отдельно. Если на вас не станут нападать, ничего не делайте. Исключительно в ответ.

С течением времени ничего не изменилось. Будь она отправлена в ссылку или царствовала над красными феями, Амелии претила всякая роскошь. Даже в свои лучшие годы большую часть рутины она проводила на горбатой горе в маленькой избушке, пропахшей сыростью и можжевельником. А вот внешне сильно поплохела. Проклятие старения, насланное на нее судом, являлось достаточно щадящим. Из ведьм и фей мало кто верил в ее виновность, поэтому в полную силу никто работать и не пытался.

– Плохо выглядишь, – обозначил собственное присутствие я, замерев в проходе.

Проклятие ночи, что запретило темным гостевать в чужих домах без разрешения, в отличие от обжигающих кожу лучей солнца, по-прежнему властвовало надо мной. Мое существование как вида само по себе являлось ошибкой, проплешиной в мире, что соткали природа и