Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

– Он не позволит, – твердо произнесла я, смотрясь в зеркало.

По лицу медленно стекали холодные капли. Взгляд овечки, загнанной в угол, сменился на более глубокий, решительный. На кону стояло слишком многое.

Он что-то активно писал в блокноте, изредка стирая написанное ластиком. Я медленно хлопала ресницами, из любопытства пытаясь подсмотреть. Так, чтобы он не заметил. Александр улыбался моим стараниям, мастерски прикрывая все рукой.

– Что, если у тебя не получится? Вдруг они смогут предупредить мою смерть и Высшее Судейство не состоится? – спросила я наконец о том, что терзало меня по ночам.

Драгомир задумчиво закусил щеку, кидая в мою сторону весьма красноречивый взгляд.

– Я такого не допускаю, Тереса. Если у меня не получится, я стану обычным неудачником и мировым преступником. Может, это благословение ведьм, которые меня воспитали, и дар свыше, но я всегда остаюсь победителем. Не верю, что удача покинет меня в столь важный момент.

Его ответ внушил мне надежду, как бы глупо данное ни звучало. Мои планы всегда оказывались обречены на провал. Но с энергией Александра, из которой я состояла наполовину, все должно получиться.

Так прошла еще одна неделя, а за ней началась вторая. Меня вернули в более привычную комнату, бросив попытки запереть под десятью замками. По крайней мере, до полной реставрации. С ней Войцех явно не торопился, с учетом того, что даже разрушенные колонны в главном холле не восстановили после той самой небольшой битвы. Как только дверь перестала быть вечно запертой, я позволила себе вольность периодически прогуливаться по поместью. В основном в одиночестве: все вечно где-то пропадали. Даже младшие из живущих в особняке лишь изредка появлялись дома, почти все время проводя в министерстве. С Рафом мы перекидывались парочкой фраз по утрам; с отцом же или с Ханной не виделись с момента моего срыва. С Кристианом мы встретились только под конец десятого дня моего пребывания в поместье.

Он тихонько зашел в спальню, бережно убирая книгу с моей груди. Я тогда задремала, сморившись от резко наступившей жары. Жажда пока не мучила сильно, однако причиняла определенное неудобство.

– Проснулась, – утвердительно произнес Кристиан, касаясь сухими губами моего виска.

– Проснулась, – вскользь улыбнулась ему я.

По его нижней челюсти забегали напряженные желваки. Впиваясь в меня взглядом, он, казалось, желал прочитать мои мысли, но не умел. Мог только ощущать энергию, давно ему знакомую и немного непривычную из-за длительной разлуки.

– Подумывал выкрасть тебя на денек, – после подозрительно долгого молчания вымолвил Кристиан.

– Так выкради.

Я оставалась уверенной, что вылазка из поместья, которую придумал Кристиан, уж точно не согласована с остальными и тем более с Войцехом, который бы точно подобное не одобрил. Кристиан часто говорил, что привык слушаться. Повторял о том, что приказ – для него закон и он не смел идти наперекор. Однако то и дело сам себе противоречил. Даже сейчас, слишком соскучившись, Роспонд был готов пойти на такую шалость, как побег из удушающего нас обоих места.

– И куда перенесемся? – спросила я, сонно поднимаясь с кровати.

– А кто сказал, что мы перенесемся?

От него почему-то исходила тревога. Я видела точно: Кристиан сильно нервничал. Но даже так, крепко ухватил меня за руку, молниеносно пробегая весь второй этаж, главный холл и излюбленный мною двор. В конечном итоге, останавливаясь тогда, когда мы достигли черного джипа, скрытого под обвисшими ветвями клена.

– У тебя есть права? – немного удивляясь, спросила я, когда он по-джентльменски открыл мне дверь на пассажирское сиденье.

– Издеваешься? Я девяностого года рождения, – шутливо отозвался Кристиан.

А ведь всего-навсего прошлой осенью меня и впрямь смутили откровения Ханны о возрасте вампиров. Что ж… Кто же знал, что она окажется права и Кристиан действительно не будет походить характером на тридцатилетнего? С такими мыслями я прошмыгнула в салон машины, с громким щелчком цепляя ремень безопасности. Роспонд включил радио, и мы под тихо завывающий поп на достаточно большой скорости двинулись в сторону Винецбурга.

Я открыла окно, наслаждаясь порывами теплого ветра, дующего прямо в лицо. Кристиан же, полностью игнорируя вопросы насущные, резво рассказывал мне о пройденных с отличием экзаменах и неугомонной Бучек.

– Я уже жду, когда она съедет, – закатывая глаза к потолку, бурчал он. – Серьезно, это будто второй, еще более энергичный Рафал.

Посмеиваясь над его примечаниями, я и сама начала болтать о том, что произошло со мной за последнее время, большими пробелами избегая многих пугающих моментов.

– И эта дамочка такая: «Да это просто линзы», – хихикала я. – А Лекса уже была готова содрать с Александра шкуру.

Такой повседневный, шутливый диалог знатно расслаблял. Кристиан, совсем не похожий на себя обычного, разговаривал неприлично много и буднично. Я же подхватила его манеру, вовсе позабыв о том, что меня ожидает в ближайшем будущем.

Автомобиль затормозил около главного торгового центра города. И мы, озорно переглянувшись, ступили за порог автоматических дверей. Дальше все происходило, как в счастливом сне, как в давно забытом старом. Внимательно разглядев нахождение магазинов на интерактивной доске, вцепившись в локоть Роспонда, я потянула нас в популярный массмаркет.

– О, это точно надо тебе примерить! – воскликнула я, ухватываясь за вешалку с зауженным в талии белым мужским костюмом.

– Тогда это тебе, – довольно растянув губы, произнес Кристиан.

Поправив мои растрепавшиеся, завязанные в небрежную косу волосы, он нацепил мне на нос забавные округлые солнцезащитные очки.

– Значит, я тебе выбираю что-то действительно красивое, а ты мне всякую ерунду? – с упреком ткнула его в грудь я.

– Кто сказал, что ерунду? У меня много козырей в рукаве.

Я смерила его насмешливым взглядом, вновь потянув следом за собой. Мы блуждали по магазинам несколько часов: переодевались бесчисленное количество раз, хихикая над порой глупыми нарядами; много флиртовали; целовались и фотографировались. Находясь в атмосфере шума и вечных очередей, в атмосфере красок и большого количества смеха, я почувствовала себя подростком. Снова той девчонкой, боящейся не сдать вступительные экзамены в желаемый университет и ревущей от грустных сцен в фильмах. Той девчонкой, чьи семнадцать лет, конец тинейджерской эпохи, бесповоротно отобрали.

Поправив растекшуюся тушь, я отодвинула шторку в примерочной, показываясь Кристиану. Удовлетворенно сощурившись, он обвел мой силуэт, облаченный в короткое шелковое платье красного цвета, идеально севшее по фигуре. Затем, словно с цепи сорвавшись, немедля сократил расстояние, обхватывая мои щеки и утягивая в томный, неумолимо нужный поцелуй. Блаженно прикрывая веки, я позволила утянуть себя обратно в примерочную и слегка приподнять, оставить череду багровых следов на тонкой шее.

– Ты очень красивая, Ти, – прошептал прямо в губы он, на что заполучил мою широкую улыбку.