Читать книгу - "Тьма, такая сладкая - Эмма Хамм"

Она была так убеждена, что именно чистота станет её падением, но это было просто неправдой. Длительное пребывание в мокрой одежде на теле действительно могло заставить человека заболеть. Ей нужно было вытереться. А он, как идиот, не принёс ей одеяло, чтобы сделать это.

Его рубашка должна подойти. Она достаточно толстая, чтобы впитать большую часть воды, и у него, вероятно, где-то завалялась ещё одна. Впрочем, он не любил носить много рубашек.

Его живот скрутило, и грудь снова сжалась от той же тревоги. Он не хотел прослыть троллем, который потерял свою жену из-за чего-то такого глупого, как простуда.

— Мы не заберём платье обратно, — заявил он.

— Прошу прощения?

— Сними его. Мы не вернёмся в лагерь в таком виде.

Её рот приоткрылся, эти ягодного цвета губы дрогнули.

— Платье останется.

— Оно будет снято.

— Я не хочу носить рубашку, которая у тебя в руках. Это не платье и едва ли хватит ткани, чтобы прикрыть меня. — Она скрестила руки на груди, как будто этих жалких бицепсов было достаточно, чтобы защитить себя от его взора. — Просто не принято ходить вокруг мужчин, которых я не знаю, с оголёнными ногами.

— Ты больше не с людьми. — Он встал, позволяя ей взглядом пройтись по его гораздо более крупной фигуре. Ей нужно было понять, что если он говорит ей что-то сделать, то это не потому, что это выбор. Он хотел сохранить её в безопасности. — Сними платье, или я сниму его за тебя.

Её черты побледнели от его приказа. Но она кивнула, хотя мышцы челюсти слегка дёрнулись.

— Хорошо. Раз так.

Рагнар протянул ей рубашку.

— Хорошо. Рад, что ты наконец одумалась.

Но она всё ещё смотрела на него, сидя в воде, пока её губы не начали синеть.

— Ты собираешься отвернуться?

— Зачем мне это делать?

— Джентльмен бы это сделал.

Рагнар изо всех сил старался не дать проявиться эмоциям на лице.

— С чего ты взяла, что я джентльмен?

Джентльменами были дворяне, которые охотились на троллей посреди ночи. Джентльменами были люди, которые делали всё возможное, чтобы оставить его народ умирать мучительной смертью, а затем вешали заострённые уши у себя на шее. Он не хотел быть похожим ни на кого из этих людей.

И всё же, учитывая, насколько она бледна, он полагал, что может уступить. Встряхнув рубашку в руке, он медленно повернулся и протянул её позади себя.

— Быстрее, огневолосая. Моё терпение на исходе.

У них было очень мало времени. Лес был опасен ночью, и было много существ, которые охотились в серебряном свете луны. Ему нужно было вернуть её к месту палатки, туда, где были костры, чтобы отпугнуть существ, которые напали бы даже на тролля.

Он слушал звуки шуршащей ткани и её мягкие вздохи, прежде чем почувствовал лёгкое прикосновение к своему предплечью. Посмотрев на неё, он стиснул зубы при этом хрупком зрелище. Все эти рыжие волосы стали тёмными, как кровь, прилипнув к лицу и открыв эти странно закруглённые уши. Но даже больше того, она просто выглядела… маленькой. Она просто утопала в рубашке, которую он ей дал. Подол доходил до колен, а рукава собирались складками вокруг кончиков пальцев.

— Готова? — спросил он, его голос был, возможно, немного мягче.

Когда она кивнула, он схватил её сзади за шею и повёл сквозь лес к своему шатру.

Глава седьмая

МАЙЯ

Она никогда в жизни не чувствовала себя такой беззащитной. Рубашка, которую он дал ей, открывала гораздо больше её тела, чем она когда-либо кому-то показывала. Даже отец не видел её обнажённых ног с тех пор, как она была ребёнком. А этот зверь облачил её в рубашку, которая сползала с плеч, а затем провёл её через весь лагерь ужасающих троллей.

Майя полагала, что должна была догадаться, что они не доберутся до королевства троллей за один день. Но она на самом деле не знала, где живут тролли. Никто не знал. Люди предполагали, что у троллей есть дома. Ходили слухи, что они живут под землёй, что было вполне возможно. Было логично, что они не будут жить так близко к человеческим жилищам.

И всё же это не было её главной заботой на фоне всего остального. С пульсирующим запястьем и ноющим животом у неё было так много других вещей, о которых нужно было думать. Шагая в лагерь, полный троллей, она остро вспомнила об этом.

Тролли выглядели иначе в тусклом свете. Большинство из них сидели перед своими чёрными шатрами, их длинные ноги были скрещены, пока они отдыхали на шкурах животных. Она не была уверена, у какого зверя был такой блестящий белый мех и как им удавалось содержать каждый коврик в такой чистоте. Это было так же впечатляюще, как и устрашающе. Перед каждым шатром были разведены костры, окружённые чем-то, похожим на кристаллы. Огонь блестел в каждой из колонн, отражая свет призмами по всей земле.

Шатры также поблёскивали в угасающем свете. Она едва могла различить золотые стежки, прежде чем её новый муж втолкнул её перед парой шатров, стоявших довольно близко друг к другу.

— Этот наш, — проворчал он, отряхивая руку, как будто прикосновение к ней сделало его грязным. — Входи.

Она ненавидела, как он ею командует. Майя была личностью; она могла делать свой собственный выбор. Что, если она хотела остаться снаружи у костра, который он наверняка собирался развести? Что, если она хотела посмотреть на других троллей, задать вопросы и попытаться сориентироваться? В конце концов, они были женаты. Если он её не убьёт, то ей придётся сделать это своим домом. Он даже не давал ей шанса на это.

Из соседнего шатра вышел другой тролль. Хотя ей было трудно разглядеть его чётко, она подумала, что это тот самый, кто стоял рядом с её мужем на свадьбе. Майя не смогла как следует его рассмотреть. Всё, что она знала — это то, что его кожа была глубокого зелёного цвета.

Он кивнул ей, а затем жестом указал на её мужа.

— Я вижу, ты нашёл её.

— Даже не пыталась бежать.

Почему это прозвучало как пренебрежительное утверждение? Её муж сказал это так, будто он разочарован тем, что она не убежала, хотя ей велели остаться в ручье и помыться!

Потирая руку, она решила представиться, прежде чем нырнуть в шатёр.

— Друзья зовут меня Майя.

Зелёный тролль оглядел её с ног до головы, прежде чем его взгляд метнулся к её мужу позади неё.

Это был её момент. Всё, что ей нужно было сказать: