Читать книгу - "Изаура и Алваро - Бернарду Жуакин да Силва Гимарайнш"

— Вполне возможно, — неопределенно сказал Алваро. — Я часто бываю в этом районе... Что ж, прошу меня простить, я вынужден покинуть вас.

Вежливость и участие этого человека подкупили отца и дочь.

— Как? Вы не останетесь с нами? — тихо спросила Изаура. — Я приготовлю обед...

— Вам нужно отдохнуть. Смените одежду и немного поспите. Сон восстановит ваши силы. Я не хочу вам сейчас мешать.

— Вы не будете никому мешать, — сказал Мигел. — Останьтесь.

— Если позволите, я навещу девушку завтра. А сейчас ей необходим отдых.

— Могу я узнать ваше имя?

— Меня зовут Алваро.

— Я — Анселмо, — Мигел протянул руку.

— А я — Из... Элвира, — смущенно проговорила девушка.

— Очень приятно, — Алваро поклонился. — Я пойду... Выздоравливайте быстрей... Там, на пороге, осталась корзина...

— Не беспокойтесь, я ее заберу. — Мигел проводил Алваро до выхода, взял корзину и закрыл за гостем дверь. Затем он вернулся в комнату и сел на кровать рядом с Изаурой.

— Зачем ты покинула дом? — строго спросил он. — Я же просил тебя...

— Никакой он не сыщик, — сказала девушка, словно не слыша слов отца. — Никакой он не полицейский, а очень даже хороший и воспитанный...

Изаура поняла, что она влюбилась в Алваро. В выражении лица в манерах, голосе, во всем облике молодого человека было нечто настолько благородное, приятное, глубоко привлекательное... Изаура не могла устоять против его всепобеждающего обаяния.

Глава 60

Нервы дона Леонсио де Фонсеки были напряжены. Как паук-птицеед, раскинувший свои сети между стволами деревьев, реагирует даже на дуновение ветра, так и он сидел у себя в гостиной и ждал известий об Изауре. Запланированных визитеров не должно было быть, поэтому он вздрогнул, услышав шум подъезжающего экипажа.

«Неужели нашли?» — с замиранием сердца подумал он.

Его разочарование было глубоким — слуга доложил о прибытии инспектора Мартиньо, не имевшего никакого отношения к поискам девушки.

«Этому-то что нужно? — удивился он. — Ах да, наверно, истек срок расследования по делу об Энрике. Но почему ко мне? Разве недостаточно подписи Малвины в Кампусе».

Тем не менее он изобразил некое подобие улыбки при виде входящего, встретив подобное и на его лице.

— О, дорогой Кортиньо, какими судьбами в наших краях? — обратился он к гостю.

— Мартиньо, с вашего позволения, сеньор Фонсеки, Мартиньо моя фамилия, — поправил его инспектор, а про себя подумал: «Так я и поверил, что ты забыл мое имя, не думаю, что ты ни разу не вспоминал меня».

— Простите, ради Бога, инспектор, мою забывчивость. Столько дел и событий, знаете ли... Как мой дорогой родственник, еще не дал о себе знать?

— Пока нет. А вы ничего не можете добавить по этому делу?

Леонсио насторожился. «Вот оно! Он что-то пронюхал. Но что? Нужно потянуть время и прощупать его».

— Пожалуй, могу. То, что не сообразил вам подсказать в прошлый раз, — ответил Леонсио.

— Что же это? — удивился Мартиньо.

— Видите ли, после вашего ухода мы порассуждали с женой и решили, что он мог скрыться с какой-нибудь дамой полусвета. Очень увлекающийся юноша.

— Я знаю о вашем предположении и проверил соответствующие места. Безуспешно.

«О, так он не оставил ее в покое! — понял Леонсио. — Это опасно. Она может наговорить много лишнего».

— Ну тогда, инспектор, я не знаю, что и думать. А ближе к Кампусу вы искали?

— Да, я поработал немало. Пожалуй, нет деревушки, в которой мне не пришлось побывать.

Необходимо было проверить его интерес к делу.

— Наверняка вы потратили не только время. Не могу ли я как-то отблагодарить вас за рвение? — спросил фазендейро.

Инспектор мысленно похвалил собеседника за догадливость и понял, что идет по верному пути. С чего бы это ему сорить деньгами.

— Лучшей благодарностью, дон Леонсио, для меня будет раскрытие тайны... — он выдержал паузу, — или преступления.

— Так вы все-таки не исключаете убийства? Но зачем, с какой целью?

— Да, не исключаю, а что касается целей, так вся наша жизнь состоит из мотивов для чьих-то преступлений, просто их совершают или нет, — ответил сыщик.

— Но, насколько я знаю, у него не было врагов в городе.

— Сеньор Фонсеки, почему вы меня все время упорно направляете в сторону города? А что, здесь у него не было врагов?

— Позвольте, он так мало бывал здесь у нас, своих родственников, что при всем желании не успел бы их завести.

— Это меня тоже озадачивает, — согласился Мартиньо,— хотя все улики говорят о том, что его убили, и убили в вашем поместье.

— Как?! — закричал дон Леонсио, пряча испуг за удивлением. — Все-таки его убили? И на моей земле? И у вас есть доказательства?

— Да, — спокойно ответил инспектор. — Первое из них — это то, что реки текут вниз.

— Ваши шутки неуместны, дон Мартиньо, речь идет о гибели моего любимого родственника, — деланно возмутился Леонсио.

— Это не шутка, а веский аргумент в пользу того, что конь дона Энрике погиб возле вашей фазенды.

— Но разве доказано, что это конь Энрике?

— Безусловно. Я посетил кузнеца, и он присягнул, что никому более не делал подков с маркировкой «К. О. Д.», кроме как сыну хозяина для Диаманта.

— Хорошо, но почему вы не допускаете спасение седока при гибели коня?

— Потому что есть доказательства и его гибели.

Леонсио стоило большого труда скрыть страх за маской горя. На всякий случай он закрыл лицо руками.

— Бедный Энрике, бедный шурин... — бормотал он.

— Разделяю ваше горе, дон Леонсио, — посочувствовал сыщик.

— Но что же это за доказательства, господин Мартиньо?

— Видите ли, я не внял вашему совету искать дона Энрике подальше от фазенды.

— Но почему? Я был неубедителен?

— Нет, но профессиональный долг заставляет меня рассматривать любые варианты, даже самые нелогичные на первый взгляд. Поэтому я пошел от дома по предполагаемым следам дона Энрике.

— И что вы нашли на дороге?

— Почему на дороге? Она же была перерыта в день отъезда.

— Ах да, я и забыл... Там прокладывали трубу.

— Но почему-то не проложили, — заметил Мартиньо.

— Да, это оказалось ненужным.