Читать книгу - "Приват для Крутого - Екатерина Ромеро"

– Проси что хочешь. Я все тебе дам.

– Какая щедрость, в кого пальнули?

– В Дашу. В мою Дашу.

***

Ганс

Я знаю Крутого больше десяти лет. Когда я познакомился с ним, он уже был очень дружен с Фари. Брандо тогда еще в универе учился, но уже был одним из нас.

Сплоченные, вольные, смелые. Крутой с Фари не боялись никого и ничего. Я же только закончил учебу, и мне нужна была работа, стабильность и хорошая прибыль. Все это мне дал Прайд. Больше чем компания, это семья, которая долгие годы оставалась неизменной.

Все работало как часы, и я гордился тем, что был и являюсь частью Прайда. Да, порой это опасно, но при должных знаниях риски либо минимальные, либо благодаря стратегиям Фари мы сводили их к нулю.

Был период, когда они начали жениться. Сначала Крутой, потом Фари. Савелий вскорости развелся, а Эдик стал счастливо женат.

Они всегда были очень разными и думали тоже по-разному. Наверное, это и делало их рабочий тандем очень успешным. Когда Брандо подрос, Фари стал серьезно натаскивать этого волка, и, в отличие от старшего брата, младший был более порывистым и вспыльчивым. Я все еще вижу в нем перспективу, потому что Саня имеет больше задатков лидера, чем их имел спокойный и расчетливый Фари.

Что же касается Дани Соловья, то он пашет наравне с нами и не раз показывал свою пользу. И все было хорошо, пока не появились эта засланная Даша.

Наивная, неопытная и слабо понимающая, куда попала. У меня не было к ней претензий, лично мне она ничего не сделала, но последствия ее крысятничества для Крутого и нашего Прайда оказались просто катастрофическими.

Сначала я так же, как и Савелий, обвинил ее во всех грехах, но после, немного остыв, я понял, что сама эта девочка ни черта не смогла бы сделать. Скорее всего, ее использовали как щит, просто пешку, которую мы бы вальнули, если что, в первую очередь.

Собственно, практически так и случилось, и Даше тогда крупно повезло, что для Чародея нет замков и он, сученыш, пролезет в любые двери. Он ее тогда спас, иначе шансов бы не было, ее бы просто разорвали на куски.

Крутой от горя совсем потерял тормоза, и я уже не думал, что снова увижу эту девочку живой. Маски пали, и я понял, что тогда Даша реально играла роль, потому что теперь она уже не была такой яркой и смелой. Она стала собой: тихой и забитой. Мы клевали ее, и особенно Крутой горел желанием мести.

Савелий хотел узнать имя заказчика, но я уже давно понял, что он сам тянул с этим, ведь знал: как только Даша все расскажет, ее убьют. Никакой опции прощения для нее не предвиделось, но беда была впереди.

Это было покушение, просто среди бела дня, а значит, враг вообще уже ничего не боится и дела наши обстоят еще хуже, чем мы думали.

Снова налет, на этот раз прямо под нашим клубом. Стреляли в упор. Меня там не было, и я не знаю, как так вышло, что эту девочку задели. Крутой забежал с ней на руках, его глаза горели, его всего просто трясло.

У нас были кризисы, финансовые потери, мы много с кем грызлись за власть, и, конечно же, была опасность и раньше, но такого еще не случалось.

Она буквально истекала кровью у нас на диване. Очень быстро из огнестрела Даши натекла огромная лужа крови, и скорая все никак не приезжала, а я считал минуты. Ранение было серьезным. Я это понимал, Крутой это тоже понимал, но никто из нас не решался даже слово произнести об этом.

А после Крутой взял Дашу на руки и прижал к себе. Он был похож на раненого льва. Безумный взгляд, его руки дрожали, и он никого не подпускал к ним обоим. Клянусь, если бы кто-то рискнул в тот момент забрать у него Дашу или как-то навредить ей, он бы убил на месте. Они, что ли, на улице погрызлись снова, но даже в таком состоянии адской ненависти к этой девочке Савелий все равно ее защищал.

Брандо. Как назло, его где-то носит, и он только раз мелькал после смерти Фари в клубе. Больше всего я боюсь, что сейчас по горячим следам Саня наделает делов, ведь он тоже хочет мести, и нет Фари рядом, к которому Брандо и Крутой оба прислушивались.

Фари. Черт, я только сейчас вспомнил, что он вел дневник. Каждый день там что-то писал, особенно в последнее время. Мне надо найти его. Фари много думал и много записывал, наверняка там есть что-то полезное.

Дашу оперировали долго, и, когда сказали про кровь, я понял, что это возможность Крутому выбрать, хочет ли он, чтобы предательница его жила, или нет.

Я, честно говоря, не знал, что Савелий выберет. После всего, что Даша ему сделала, Крутой был вправе просто развернуться и уйти. Я бы не осудил его за это, никто из Прайда бы не осудил.

В больнице не было такой редкой группы крови, и мы бы так быстро не смогли найти донора. Я не знал, что делать, мне было страшно уже смотреть на Крутого. Он выглядел херово, я впервые видел, что у него тряслись руки. И он смотрел на часы. Мы оба считали минуты.

Я до последнего не верил, что Крутой даст ей шанс. Вот настолько его прижмет, что он лично позвонит Беркуту и попросит его приехать сдать кровь.

Для Савелия это было унизительно, но он пошел на это. Ради этой девчонки. Ради той, которую ненавидит.

Крутой сказал, кто был заказчиком: Мамай, брат которого подсадил его сестру на наркотики.

Для Даши это значило буквально смертный приговор, и Крутой уже имел полное право не делать НИЧЕГО, но он не поступил так. Он вызвал Беркута, я думал, Витюша не приедет, но он приехал, и очень быстро.

Буквально спустя десять минут он уже сидел с закатанным рукавом рубашки в манипуляционной.

Я не слышал их полного разговора и не знаю, что пообещал Крутой Виктору за такую услугу, но кровь была добыта, ее сразу забрали в операционную для Даши.

Ее ненавидят все наши и я тоже, но мне кажется, мы не все знаем. Так просто не бывает. Что могла сделать сама восемнадцатилетняя девочка, вчерашняя школьница? Это просто смешно. Нет, нам надо копать на свежую голову и разбираться.