Читать книгу - "Психотерапия – это не то, что вы думаете - Джеймс Бьюдженталь"

для себя убежище в крепости предсказуемости. «Возможность» – это заманчивое слово, предполагающее инновации и открытия, трепетное волнение момента созидания. Но другое лицо возможности ужасает своей бесформенностью.

Всеобщий страх перед смертью в немалой степени связан с угрозой утраты идентичности, отсутствия ощутимой реальности. Существование без формы немыслимо. Наши системы конструктов «я и мир» придают искомую форму, а значит, обеспечивают идентичность, потенциал, опыт и вклад в бытие.

В отсутствие определенности – а стоит признать, что такие ситуации случаются все чаще, – мы пытаемся сформировать структуры: правила, законы, контракты, обычаи, традиции, призванные по своей надежности приблизиться к утраченной ясности. Потребность в стабильности окружения столь же фундаментальна, как и неистовое стремление сделать глоток воздуха, когда мы задыхаемся. Мы хотим быть уверены в том, что стены комнаты, в которой находимся, не рухнут, что завтра будет новый день, что люди, которых мы любим, будут рядом с нами, что наши привычные способы говорить и слушать будут по-прежнему служить нам, что деньги в нашем кошельке сохранят свою платежеспособность, и так далее и тому подобное.

Когда окружающие структуры рушатся, как это случается, например, в регионах, охваченных войной, или при свержении действующей власти, или в условиях крупного стихийного бедствия (урагана, землетрясения, пожара или иного часто возникающего катаклизма), это может вызвать ужас, героизм и апатию, а также понимание того, насколько уязвимы, произвольны и временны те структуры, которыми мы подкрепляем свою жизнь.

В более индивидуальном масштабе внезапное расставание или смерть супруга или родителя, потеря работы, которая долгое время была делом всей жизни, неожиданное банкротство семьи, привыкшей к финансовой стабильности, – эти и подобные им личные катастрофы заставляют нас неожиданно для себя осознать, насколько бездумно мы полагались на стабильность своего положения и свое восприятие мира.

Система конструктов «я и мир»[68]

Вопросы, с которыми сталкивает нас жизнь, не ждут, пока мы исследуем свои ответы, чтобы выбрать наилучшие из возможных; вместо этого мы всегда действуем на основе тех ответов, что лежат на поверхности. «У вас нет выбора, вы должны сделать ставку», – так, по преданию, сказал Паскаль.

Несмотря на их поверхностный характер, с возрастом такие ответы все прочнее входят в наш способ существования – становятся, по сути, определяющими нашу личность, наши способы самовыражения, продвижения собственных интересов, отношений с другими людьми, защиты себя и того, что нам дорого. Зрелость означает, помимо прочего, наличие достаточно стабильного способа быть собой в окружающем мире. Со временем многие из наших ответов настолько прочно укореняются, что начинают диктовать нам образ мышления, применяемый при рассмотрении встающих перед нами вопросов. Таким образом, они становятся самоутверждающими: «Я – мужчина. Мужчины – реалисты. Следовательно, я реалист или должен оставаться таковым».

Весь этот процесс является скорее неявным, чем вербализованным, и значительная его часть осознается лишь частично, а еще большая – полностью бессознательна. Только с возрастом или в силу жизненных обстоятельств (например, трагедии или жизненных потерь) мы задумываемся и начинаем осознавать те жизненные установки, которым в значительной степени привержены.

Взросление, обретение полноценности собственной жизни, состоит в выработке достаточно стабильного набора определений того, кто и что есть человек, а также что есть мир. В своей субъективной сфере мы всю жизнь занимаемся тем, что создаем миры и определяем в них свое место. Из многих источников мы черпаем материалы для этой фундаментальной, буквально жизнеопределяющей работы. Наши родители, братья и сестры, родственники, друзья, учителя, средства массовой информации и многие другие вносят свой вклад, но каждый человек самостоятельно и почти не осознавая этого выстраивает собственный уникальный проект бытия.

И конечно, в этот процесс в любой момент и без предупреждения могут вмешаться непредвиденные обстоятельства, которые способны поставить под сомнение многое из того, что казалось гарантированным, или потребовать от нас масштабного пересмотра своих планов. Вспомните хотя бы красавца-кинозвезду, оказавшегося полностью парализованным после падения с лошади; безвестного поэта, чьи работы неожиданно получили Пулитцеровскую премию; молодую мать, чей муж погиб в автокатастрофе, и ей пришлось прикладывать неимоверные усилия, чтобы совмещать карьеру с воспитанием троих детей; а также многих других, о ком каждый день сообщают в новостях.

Наш уникальный проект бытия – способ ответить на важнейшие вопросы.

Вопросы о мире, такие как: что важно в жизни? Что принесет мне удовлетворение? Что причинит боль и разочарование? Что способно повлиять на ход событий или изменить их? Насколько важны такие вещи, как отношения, деньги, статус, семья, возраст, красота…?

Вопросы, относящиеся к самому себе, например: что я действительно ценю и чего хочу добиться в своей жизни? Что мне угрожает, что для меня нежелательно? Какими силами и средствами я могу повлиять на то, что со мной происходит? Как я должен вести себя с людьми, которые мне дороги, чтобы они приняли меня? Как я могу изменить себя, чтобы получать больше удовлетворения и меньше разочарований?

И так далее и тому подобное.

Постепенно наши ответы обретают все большую стабильность и превращаются в дорожные карты, с которыми мы сверяемся на своем жизненном пути. Они являются конструктами нашего мышления и осознаются лишь частично, но при этом дают нам ощущение идентичности, непрерывности и цели. Они становятся привычными для тех, кто нас хорошо знает; более того, нас знают именно благодаря им («Джош всегда очень заботливый»; «Брэд – человек, на которого нельзя положиться»; «Жаннет приносит с собой столько радости»; «Хелен такая пессимистка»).

Именно это обстоятельство указывает на одну из главных потребностей глубинной, изменяющей жизнь психотерапии: поддерживать клиента в его попытках пересмотреть свой способ существования в мире и переосмыслить или расширить те конструкты «я и мир», которые до сих пор управляли его жизнью.

Это может показаться интеллектуальной задачей, но на самом деле все совсем не так.

Постепенно создаваемые нами системы конструктов «я и мир» занимают настолько важное место в нашей жизни, что их часто принимают за саму суть этой жизни. Самопожертвование, даже если речь идет о смерти, означает отказ от некоторых элементов определения себя и мира ради сохранения других элементов: отважный человек, который даже под пытками не предает свою страну; глава семейства, арестованный за нападение на представителей закона, когда они пытались выселить его семью из дома; подросток, который берет вину на себя, чтобы «прикрыть» своих друзей.

Как видно, самоощущения человека варьируются от поверхностных и преходящих («В последнее время мне нравится играть в шахматы») до более значимых («Я всегда был жестким соперником»), вплоть до основополагающих качеств, пропитывающих всю его природу настолько сильно, что они фактически сливаются с ним самим («Я готов