Читать книгу - "Маяк на острове грез. Чудеса случаются, когда перестаешь искать ответы и открываешь сердце - Ванесса Гёкинг"

– Да.

– Вот видишь. А я доверяю Эдварду. Так что тоже можешь ему доверять.

Бьерн задумчиво поджал губы. Его взгляд блуждал между мной и Эдвардом. Я как раз собиралась прибегнуть к следующим аргументам, когда у смотрителя маяка округлились глаза, и он с шумом вздохнул.

– Это невозможно, – прошептал Эдвард.

Я растерянно посмотрела на Бьерна. С моей точки зрения, абсолютно ничего не изменилось, но, по-видимому, он показался смотрителю маяка каким-то призрачным образом.

– Привет, я Бьерн, – повторил призрак, протянул руку и тут же отдернул ее. – Прости, сила привычки, – смущенно добавил он. – Ты не можешь прикасаться ко мне, хотя можешь, конечно, попробовать, если это поможет тебе осознать происходящее. На Софи подействовало как чудо.

– В этом нет необходимости, – прошептал Эдвард. – Твое появление из ниоткуда уже полностью убедило меня.

– Тем лучше, – Бьерн довольно кивнул. Видимо, расслабился. – Прекрасное у тебя местечко, должен сказать. И теперь речь идет о реконструкции верхнего этажа, верно?

Смотритель маяка стоял как вкопанный и не издавал ни звука. Он побледнел.

– Эдвард, может, присядешь на минутку? – предложила я. – Могу приготовить тебе ромашковый чай… или что-нибудь еще.

Внезапно я почувствовала себя беспомощной. Не слишком ли многого я ожидала от своего друга? Может, не следовало знакомить его с Бьерном?

– Ах, ерунда! – проворчал Бьерн. – Ты бы себя видела тогда, в первый раз. Так же побледнела.

Комментарий Бьерна не очень успокоил, и я решила действовать. Помогла Эдварду сесть в удобное кресло и усадила Джоши к нему на колени. Определенно, поглаживание мягкой и пушистой шерсти должно его успокоить. После этого я отправилась с Бьерном на кухню и поставила воду для чая. Впервые я оказалась за стойкой святая святых и почти чувствовала себя нарушительницей границ.

– Ну, похоже, он не поверил, что ты знаешь призрака, – сказал Бьерн насмешливо.

– Почему ты так подумал? – поинтересовалась я, изо всех сил стараясь сохранять ровный тон и не показывать недовольства.

– Потому что он был очень удивлен. Если бы поверил и настроился на встречу, то, несомненно, отреагировал бы спокойнее.

– Какая ерунда, – вырвалось у меня. – Любой бы испытал шок от встречи с призраком, даже если бы слышал о нем ранее. Кто бы мог подумать, что ты будешь выглядеть таким настоящим и вообще…

Нервничая, я положила печенье на тарелку и поставила ее вместе с чайником и двумя чашками на поднос. Затем отнесла все это Эдварду и с облегчением увидела, что его лицо немного порозовело.

– Ты был такой бледный, что больше походил на привидение, чем я, – сказал Бьерн. На мгновение Эдвард посмотрел на него с негодованием, потом засмеялся. И смех был таким искренним и красивым, что засмеялась сначала я, а потом и Бьерн. Лед тронулся.

Смех согревает сердце и дарит радость душе.

Голубые небеса и золотые звезды

Чуть позже мы снова оказались в мастерской Хлои. Эдвард уже освободил большой стол от принадлежностей для рисования, расставил вокруг него четыре стула и разложил блокноты и ручки, чтобы мы смогли собрать наши идеи для проекта. Я чувствовала, что произойдет нечто особенное. Напротив меня устроился Эдвард, слева сидел Бьерн, а последнее свободное место заняла Джоши. Я расхохоталась. Почему мне все время кажется, что моя собака ухмыляется? Эдвард выглядел удивленно.

– О, я просто смеюсь над Джоши, – сказала я с последним смешком и придвинула к себе блокнот. На нем написала крупными буквами: «Студия грез». После недолгих размышлений отвела плечи назад и мысленно настроилась на мозговой штурм. – Думаю, в первую очередь нам нужно определить цель этого места, – начала я. – Я также работаю над своими книгами. Пишу не бесцельно, а размышляю, чего хочу достичь с помощью этой истории. Хочу ли поддержать людей и вдохновить их на преодоление страхов? Или хочу привлечь внимание к негативу, например, написав роман о великой несправедливости и борьбе за свободу? Хочу ли пригласить читателей просто отвлечься от повседневной рутины и пережить приключения или окунуться в великие любовные истории, которые они не пережили бы в реальной жизни? Значит так, Эдвард, чего именно ты хочешь добиться с помощью этого места?

Эдвард и Бьерн изумленно посмотрели на меня. А Джоши свернулась калачиком на стуле и захрапела.

– Мое почтение, но я бы не стал так стратегически подходить к этому вопросу, – сказал Эдвард. Призрак одобрительно кивнул. – Но, отвечая на твой вопрос, думаю, это должно быть место радости, общения и творчества. Я представляю, как здесь празднуют, танцуют и смеются, а местные художники проводят мастер-классы, чтобы местные жители и туристы могли научиться рисованию, гончарному делу, вязанию и другим творческим занятиям.

– Это прекрасная концепция, – ответила я с сияющей улыбкой и записала в блокнот несколько важных моментов. – А у тебя уже есть какие-нибудь идеи относительно планировки комнаты и цветового оформления?

– Ну да, – задумчиво ответил Эдвард. – Первый этаж уютно оформлен в теплых тонах. Здесь хочется чего-то более воздушного и легкого.

– Хорошо, как насчет того, чтобы покрасить стены в голубой цвет и добавить облака? – предложила я. – Небесно-голубое море облаков выглядело бы особенно прекрасно зимой. Летом такой дизайн стен мог бы чудесно передать яркость интерьера.

– Звучит потрясающе, – ответил Эдвард, осматривая мастерскую. Возможно, он, как и я, уже представлял результат. – У меня даже осталась синяя краска. Думаю, ее можно использовать.

– Чудесно! А если мы нарисуем золотые звезды между облаками? – предложила я. – По-моему, в этом есть что-то действительно волшебное и как раз вписывается в мастерскую.

– Но днем звезд не видно, – отметил Бьерн. – Софи, мы не живем в одном из твоих фантастических романов. Твои идеи не имеют смысла.

Его насмешки немного напрягали меня весь день, однако этим заявлением он пересек границы, мое терпение лопнуло, и настроение изменилось в мгновение ока.

Сколько раз в детстве мне приходилось слышать, что мои идеи никуда не годятся? Сколько раз говорили, что мои писательские амбиции – это просто ерунда, в лучшем случае «интересное хобби»? Для карьеры следует подумать о чем-то более надежном. Сколько раз меня не воспринимали всерьез, потому что мой разум был «слишком чувствительным»? Или потому что мои идеи слишком отличались от идей других? Или, может, просто потому что я женщина?

– И это я слышу от призрака, – грубо сказала я. – Ты вообще не имеешь никакого значения!

На Бьерна обрушилась приливная волна, унося с собой всю радость. Его лицо исказилось от обиды. Я закрыла рот, но было слишком поздно. Слова, сказанные однажды, невозможно взять обратно.

– Бьерн, прости, – тихо прошептала я, встала и медленно подошла к нему. – Я