Читать книгу - "Нарциссическая личность. Психологические особенности и тактики психотерапии - Анна Николаевна Азарнова"

по-разному. Нередко эта часть называется психотерапевтами Внутренним Критиком, однако лично мне это название кажется неподходящим в силу того, что «партия» этого субъекта внутренней коммуникации вовсе не ограничивается критикой. Хотя критикует он действительно, и критика эта очень жестокая. Однако вернемся к Внутреннему Ребенку.

В силу того что дети вообще и Внутренний Ребенок в частности не вызывают у нарциссической личности особого восторга, часто и наименование, которое находит такой клиент для этой своей внутренней части, бывает не «ребенок», а нечто другое. Например, мне доводилось встречаться с наименованиями «Мое ядро», «Мое маленькое “Я”», «Мое эмоциональное “Я”», «Моя внутренняя серединка», «Душа», «Мой внутренний слабак» и даже «Внутренний гунявок». Видите? Ребенок ассоциируется либо с чем-то сутевым («ядро» или «душа»), либо с кем-то маленьким, бессильным и презираемым (в первом случае, очевидно, удается избежать агрессивного отношения к этой внутренней части за счет того, что она выносится за пределы ассоциативного ряда, связанного с чем-либо детским).

Чем объясняется безжизненность, сниженная витальность и даже «бесплотность» Внутреннего Ребенка?

Для того чтобы индивидуальность, пришедшая в этот мир, могла проявиться в Ребенке и наполнить его витальностью и творческой силой, очень важно, чтобы в ранние периоды развития эта индивидуальность была увидена, распознана и приветствована значимыми близкими – через реагирование на нее. Любящие глаза отца и матери смотрят на ребенка и стремятся увидеть его самого, его неповторимые особенности; речь тут идет не о неразборчивом восхищении и восхвалении, а о том, чтобы заметить именно его и отреагировать именно на него (а не на собственные потребности и проекции). Индивидуальность Ребенка в описываемом варианте развития не смогла получить в достаточной мере этого опыта (либо не получила совсем). Однако без него индивидуальность (душа) не может проявиться в этом мире, «проклюнуться» в этот мир, она остается одинокой, глубоко страдающей и не увиденной никем (часто на всю жизнь). Поэтому Внутренний Ребенок нарциссической личности настолько бескровен (к счастью, существуют способы помочь этому). И переживание пустоты, безжизненности и скуки внутреннего пространства связано с самоощущением Внутреннего Ребенка, который хронически лишен контакта с жизнью и с другими субъектами внутреннего пространства.

Чем ярче выражен в личности нарциссический процесс, тем (по моему опыту) более затруднен ее контакт с собственной детской частью; в особенно тяжелых случаях человек и вовсе заявляет, что никакой детской части у него нет. Происхождения же хронически настигающих его переживаний глубокой тоски, пустоты и непереносимого внутреннего страдания он не понимает.

Затрудненность контакта с детской частью не является следствием, прежде всего, развитого жестокого критического отношения к себе (хотя и это тоже имеет значение). Эта самая детская часть имеет столь значительный опыт переживания агрессии, игнорирования и газлайтинга: в первую очередь – в интерперсональных отношениях и уже во вторую очередь – в отношениях интрапсихических, что, фигурально выражаясь, уже давно загнана «в подполье», заточена в сырой внутренний карцер либо заживо похоронена. Этого ребенка с его потребностями и переживаниями не видели, а там, где видели, не хотели давать места; с самого раннего времени собственной жизни его использовали для обслуживания чужого психического пространства и чужих внутренних потребностей. Вырастая, нарциссическая личность переняла это отношение к собственной детской части. Ее хотели видеть совсем другой, нежели той, кем она являлась на самом деле. Она научилась быть другой настолько хорошо, что отрастила фальшивое «Я», а ее собственное аутентичное «Я» не имело никаких шансов напитаться через удовлетворение естественных потребностей в том, чтоб быть увиденным, ценным и любимым. В ходе терапии важно увидеть и наполнить жизнью истинное «Я» клиента, природного Внутреннего Ребенка, и тогда внутреннее пространство начинает постепенно оживать и приобретать краски. Для осуществления такой психологической работы, для обеспечения такого терапевтического контакта психотерапевту важно быть исключительно чутким и улавливать и реагировать на то, что не представлено (либо очень бедно представлено) в наличном процессе клиента.

Итак, аутентичная природная часть (условно – Внутренний Ребенок) находится во внутреннем пространстве в изолированном состоянии (что особенно характерно для грандиозного варианта нарциссизма) либо его все же отчасти видят, но безжалостно критикуют и подвергают всем формам эмоционального насилия (что более характерно для дефицитарного варианта нарциссизма). Что же это за субъект внутреннего пространства, который либо игнорирует Внутреннего Ребенка, либо проявляет в его адрес столько агрессии?

Эту часть мне кажется удобным обозначать как Внутреннего Менеджера. Как правило, он ощущается деловитым, сухим, рациональным и очень расчетливым; глаза Внутреннего Менеджера обращены вовне, в социум, сверхценностью его являются социальный и финансовый успех, достижения, обеспечение безопасности (всего внутреннего пространства) за счет материальных благ – денег, статуса, недвижимости и т. п. Изначальной миссией Внутреннего Менеджера является обеспечение выживания и безопасности всей внутренней команды в мире, полном разнообразных угроз и весьма недружелюбном. Он очень ориентирован на социальные критерии достижения. Например, его совершенно не вдохновляет перспектива многолетнего уединения где-то на даче или в горах («Странненькая, знаете ли, идея; что я, придурок какой-нибудь? Нормальные люди имеют нормальную работу, нормальный доход и нормальный отдых, например, на Мальдивах. Вы видели кого-нибудь состоявшегося, кто торчал бы десятилетиями на даче? Я нет. Там только отупеть можно и деградировать»). Если же находится какая-нибудь публичная личность, чей успех бесспорен и которая достигла просветления, десять лет пребывая в горах, Внутренний Менеджер берет эту идею на вооружение и даже подыскивает подходящие горы; однако ставка при этом делается на воспроизведение действий публичной личности при полном игнорировании стоящего за ними содержания (сказать правду, оно далеко не всегда там есть). Кроме того, Внутреннему Менеджеру не приходит в голову сверяться с Душой (Внутренним Ребенком) по поводу того, насколько сидение в пещере в горах ей улыбается, насколько вообще эта идея вызывает у нее отклик. Внутренний Ребенок здесь будто бы лишний («Помолчи, сейчас взрослые заняты важными делами, не отсвечивай»).

Еще одна важная ценность Внутреннего Менеджера – социальное признание и связанное с этим обеспечение потребности в переживании собственной уникальности и ценности для окружающего мира (данная потребность весьма выражена у нарциссической личности в целом). Внутреннему Менеджеру понятны именно внешние, социальные критерии достижения – объем аудитории, которая собирается для того, чтобы послушать конкретного оратора, количество подписчиков и лайков, количество полученного за единицу времени дохода. В целом, если непредвзято посмотреть, Внутренний Менеджер по-своему печется о благополучии личности, о ее потребностях, которые действительно голодны, – о потребностях в безопасности и признании, в первую очередь. Внутренний Менеджер – своеобразный проводник и помощник Души (Внутреннего Ребенка) в этой жизни, он пытается помочь и посодействовать. Безусловно, уже за одно это он заслуживает благодарности и уважения. Проблема не в его намерениях, а скорее в нарушенной коммуникации с