Читать книгу - "Похождения Вечного Принца - Михаил Ефимович Литвак"

Они обращали мое внимание на мысли, которые я же им высказывал, но которые сами не влияли на мое поведение, так как я и сам не понимал их смысла. Но стоит поменять хотя бы одно слово, которое вызывает у тебя дезадаптацию, на адаптивное, то жизнь сразу меняется.

Приведу пример.

Многим моим ученикам становилось легче, когда они слово «должен» меняли на «вынужден». Приведу отчет одного из моих подопечных. «Когда я услышал эту фразу, меня «пробило». Сразу становится легче. Я не должен делать эту работу, а вынужден. Это мой способ зарабатывать себе на хлеб. А раз вынужден, то должен выполнять ее хорошо. Иначе мою работу не будут покупать. А если должен, то можно и абы как». И еще один рассказ другого из моих подопечных. «Я считал, что должен на своем производстве устраивать свои дни рождения. Когда я понял, что никому ничего я не должен, то перестал это делать, но тем самым вызвал неудовольствие своего начальника. Тогда я понял, что я вынужден это делать. И я снова стал устраивать свои дни рождения, но уже перестал приглашать на них весь коллектив, а приглашал только тех, кого считал нужным пригласить, т. е. приятных и полезных для меня людей и тех, которых хотел видеть мой начальник. Дни рождения мне стали обходиться в несколько раз дешевле. Если не дешевле, то более высокого качества. Польза получилась двойная. И меня стали реже приглашать люди, которые меня не интересуют. Это тоже экономия времени, сил средств».

Пожалуй, поговорю еще об одном слове. Много бед приносит нам слово «терпеть». Некоторые говорят об этом, как о большом достижении в своей психологической подготовке: «Мне плохо, терплю, но вида никому не показываю». Вместо того чтобы убить другого этим терпением, человек убивает самого себя. Лучше пользоваться словом «перетерпеть». Какой смысл, дорогой мой читатель, читая эту книгу, задерживать дыхание и терпеть? Нет смысла. Но если вы под водой, то лучше перетерпеть и не дышать. А пока вы перетерпливаете, то все усилия следует потратить на то, чтобы выбраться из-под воды и начать дышать. Так вот, когда вы в зависимости от кого-то, следует не ругаться с этим человеком, требуя от него каких-то благ, а перетерпеть и все делать для того, чтобы стать независимым. Для некоторых моих подопечных эта фраза была решающим моментом в жизни. Юноши переставали ругаться со своими родителями и требовать себе материальные блага, а начали думать, как научиться самому зарабатывать. Это очень организовало их жизнь. Они отказались от тех форм времяпрепровождения, которые тормозили их развитие.

Сокращение Фронтов

В общем, я был доволен своей жизнью. Это была очень насыщенная жизнь. Я практически перестал уставать, перестал работать, я жил. И это была интересная жизнь, где на всех своих начинаниях я чувствовал себя первым. По-видимому, впервые в жизни я перестал кому-либо завидовать.

(Зависть – чувство отвратительное. Избавиться от него трудно, а использовать можно. Зависть поможет вам составить стратегию вашей жизни. Ведь завидует человек только тем людям, какие уже состоялись в том качестве, в котором хотел бы состояться и завистник. «Я никогда не завидовал певцам, но завидовал математикам. Как только выучил математику, так сразу же и перестал им завидовать», – рассказал мне мой подопечный, которого родители направили в гуманитарный вуз, а он хотел поступить в математический. – М.Л.). У меня на это не было ни времени, ни энергии. Клуб «Неваляшка», школа психологического дзюдо (не хотелось полностью повторять вас, Михаил Ефимович), поездки по разным городам, где я или учил, или учился, литературная деятельность. Я чувствовал себя королем, хотя «подданных» у меня становилось все меньше и меньше. Ученики уходили и разрабатывали свои системы. К этому времени я понимал, что это вполне естественное явление. Я даже сам помогал им создавать новые названия. Кроме того, мне так и не удалось создать самостоятельного курса или кафедры психотерапии. Не удалось создать также и центра психотерапии или хотя бы отделения неврозов. Я думал, что возле крупного бюджетного учреждения удастся собрать всех учеников, и мы будем вместе плодотворно работать.

По-видимому, у меня плоховато было с организационными навыками. Я мог создать лабораторную модель, но мне не удавалось создать большого корабля, хотя все мои модели были в рабочем состоянии. Нельзя даже сказать, что я ничего не предпринимал. Были люди, которые мне хотели во всем помочь. Так, один из моих учеников под мое имя с моего согласия организовал региональную психотерапевтическую ассоциацию как общественную организацию. Он был очень предан мне, предельно честен и не претендовал на первое место. Меня избрали президентом ассоциации, а его вице-президентом.

Однако с ним что-то произошло для меня непонятное. Он ударился в экстрасенсорику. Стал определять поля с помощью каких-то металлических рамок, говорил об энергетике. Может быть, это все действительно есть, может быть, во всем этом я ничего не понимал, но я принять всего этого не мог. Когда мы встречались, он сразу определял размеры моего биополя следующим образом.

У него в руках были два медных прутика, согнутых под прямым углом. Он брал их в руки так, что стороны каждого прутика, находящиеся снаружи, были острием направлены на меня. Потом примерно с расстояния 3–5 м он начинал медленно приближаться ко мне. Примерно на расстоянии полуметра концы этих прутиков начинали разворачиваться (или он их разворачивал). Тот, что был в правой руке, поворачивался вправо, тот, что был в левой руке, поворачивался влево. Он утверждал, что эти прутики разворачивает мое биополе, и то, что у меня оно маленькое. Потом он «нагонял» на меня энергию, т. е. махал передо мной руками, ладошками к моему телу. Начинал он это все дело в полуметре от меня, а потом постепенно отходил на расстояние до 3–4 м. Потом опять измерял мое биополе таким же образом. Прутики расходились уже на расстоянии 3–4 м. Он утверждал, что теперь у меня большое биополе, которое никто не пробьет, и мне можно начинать работать. Меня как-то это все не убеждало. Ведь эти полурамки он держал в своих руках, и поворачивались они, с моей точки зрения, под влиянием микродвижений его рук, а микродвижения вызывались не действием моего поля, а механизмами самовнушения. После того, как он сделал пассы передо мной руками по тем же механизмам его самовнушения, что биополе у меня увеличилось, он своими же руками начинал раздвигать рамки на расстоянии 3–4 м и был убежден в том, что улучшил мое состояние. Если человек, перед которым машут руками, внушаем, то он