Читать книгу - "Похождения Вечного Принца - Михаил Ефимович Литвак"

верит во все это, и по механизмам самовнушения ему действительно становится лучше. Я попросил его больше не увеличивать мое биополе. Он перестал это делать.

Как-то перед началом семинара он обратил мое внимание на мое плохое самочувствие, хотя чувствовал я себя хорошо. Дело в том, что я всегда чуточку подкашливаю. Это след моего хронического бронхита, который развился у меня еще тогда, когда мне было лет 20, после удаления миндалин. Когда я начинаю работать и работа идет хорошо, то я настолько забываюсь, что кашель практически проходит. Более того, я заметил, что сейчас я больше устаю от безделья и начинаю плохо себя чувствовать, а когда начинаю работать, то все болячки проходят.

Так вот, именно этот семинар прошел особенно удачно. Я впервые рассказывал об экзистенциальном анализе В. Франкла, человека, который в концентрационном лагере организовал психотерапевтическую службу. Я был так захвачен содержанием лекции, что сам забыл о существовании слушателей, перестал пользоваться ораторскими приемами. Я читал эту лекцию по тексту и то и дело не находил нужного листа, искал его. Зачитывал, но не очень осознавал, что еще кто-то меня слушает. Когда я опомнился и пришел в себя я подумал, что надоел уже изрядно своим подопечным. Но когда я поднял глаза, то увидел, что слушатели были очарованы выводами экзистенциального анализа, замерли и в гробовом молчании сидели еще какое-то время, несколько отрешенные, не задавая вопросы и почти не двигаясь. Так вот после этой лекции я скромно сказал моему помощнику-биоэнергетику: «Видите, ваши тревоги были напрасны. Занятие прошло неплохо». На что он мне ответил: «Конечно, я же работал». Я спросил: «А какова же моя заслуга?» Больше я с ним не работал. Я перестал вникать в работу ассоциации. Деятельность ее постепенно заглохла. Потом ее прикрыли официально. В общем, я приступил к сокращению фронтов.

Я сам тоже обращался в разные инстанции. Правда, обращался только один раз и никогда не добивался результата, если мне отказывали. Ход рассуждений у меня был таков. Человек, который сидит против меня, занимает более высокий пост. Следовательно, он умнее меня. Кроме того, он более меня информирован. Раз он мне отказал, то сделать это невозможно. Больше я к нему не подхожу. Если его доводы меня убедили, я сам перестаю этим заниматься. Если не убедили, то я стараюсь свое дело осуществить в другом месте и с другими людьми. Я проникся вашей идеей «роста сбоку». Хотя где-то в глубине души считал, что всю свою деятельность я смогу положить к ногам своего собственного любимого вуза.

Комментарий: О росте «сбоку»

Подробно об этом написано в моей статье «Как стать богатым и знаменитым еще при собственной жизни». Очень хорошо помогает. Нужно вычислить свое место в социальной иерархии и знать, что самое лучшее место – это первое, а самое плохое – второе, т. е. заместитель по общим вопросам. Он все время стоит ниже первого, смотрит ему в задницу и ничего не видит и своего ничего сделать не может. Любое другое место уже лучше. Заведующий отделением в больнице – это хорошее место. Лечащий врач – плохое, особенно если заведующий отделением остановился в своем развитии. Лечащий врач не может определять лечебную политику, внедрять новое, не согласовав это со своим начальником. Если начальник остановился в своем развитии, то ничего пробить нельзя. Тогда нужно развиваться «сбоку». Где-то учиться, где-то работать в другом месте, где ты можешь более свободно делать то, что считаешь нужным.

Эту философию в годы застоя неплохо решали наши санитарки. Многие из них имели среднее специальное образование, были на вторых ролях в солидных учреждениях, но перешли к нам работать санитарками и санитарами, и, надо сказать, работали они неплохо. Я тогда был профоргом клиники, и в мою обязанность входило составление графика отпусков. Я заметил, что одна санитарка, на вид очень интеллигентная женщина, всегда брала отпуск в апреле-мае. Я спросил ее о причине этого. Она рассказала мне следующую историю. Работала она на весьма сложном производстве, занимала довольно ответственную инженерно-техническую должность, но не была руководителем подразделения. Ее вечно посылали в какие-то прорывы. Она очень уставала, но как-то не думала об увольнении, пока ей это не посоветовала ее сокурсница, с которой она вместе работала и которая уволилась по непонятной причине. Встретились они года через два, и моя героиня увидела, что качество жизни ее улучшилось, подруга просто ожила. Она обложила дом кирпичом, приоделась, у нее появилась машина, да и вообще стала чувствовать себя гораздо лучше. Подружка позвала ее к себе. Она согласилась, и, бросив свою инженерно техническую должность, перешла на работу к нам в клинику. Оказывается, она подрабатывала на тюльпанах. Она их выращивала в апреле-мае, продавала, имела в несколько раз больше, чем зарабатывали врачи. Работа ее не обременяла. Она работала сутки, а четверо отдыхала. У нее появилась возможность читать, ездить на курорты, ходить в театры и пр.

Я стал внимательно присматривать к остальным санитаркам. Большинство из них «сбоку» решали свои проблемы. Тогда был социализм. Совсем не работать нельзя было. Так вот они так и устроились, Кто тюльпаны разводил, кто выдр, кто свиней. Держались они мудро, т. е. вели себя тихо, не выступали на собраниях и очень добросовестно выполняли свои основные служебные обязанности. Мы были довольны их работой. Они поддерживали нас, а мы их. С санитарками всегда был дефицит. Их никто не мог привлечь к ответственности за паразитический образ жизни. Нами, врачами, они не восхищались, а скорее где-то относились к нам снисходительно, если не пренебрежительно. Они бы на нашем месте добились гораздо большего. Когда началась перестройка, они, заработав пенсию, уволились.

Осмыслил я их мудрость гораздо позже и стал советовать своим подопечным развиваться «сбоку».

Послушайте рассказ одного работника вуза, который пытался развиться внутри вуза и приобрел невроз. Тогда он стал развиваться «сбоку» и достиг того, о чем мечтал много лет. Ко мне обратился физик, у которого была блестящая идея, внедрение которой требовало изменения его социального статуса и больших средств для организации лаборатории. Он пытался добиться всего этого в родном вузе, но сделать ему это не удалось. Я посоветовал ему развиваться «сбоку». Он внял моему совету. Послушайте его рассказ. «Я вместо конфликтов по выбиванию средств на оборудование стал описывать свои модели чисто теоретически и перестал думать о продвижении, и все свои структуры создавал «сбоку» и там развивался. Я превратился в физика-теоретика и публиковал свои статьи, где только мог, а потом за свой счет выпустил монографию и стал