Читать книгу - "Похождения Вечного Принца - Михаил Ефимович Литвак"

рыбины уже были упакованы в картонные ящики, которые автоматически загружались в машины. Рабочим даже не нужно было поворачивать головы в нужную сторону. Это было потрясающе красивое и в то же время ужасное зрелище. Одно только успокаивало, что путина там продолжается месяца три, а далее эти люди, многие из них были студентами, занимались другим делом. Но здесь они хотя бы получали зарплату. Еще более красочное описание такой изматывающей работы дал Джек Лондон, когда его герой Мартин Иден, начинающий писатель, рассказывал о своей работе в прачечной. Итогом такой работы было то, что через несколько недель он в выходной день напился, хотя планировал заниматься писательской деятельностью.

Таким образом, работа обезличивает человека, превращает его в автомат, точнее, в придаток к автомату. Его творческие силы начинают простаивать или тратятся на что-нибудь другое. В лучшем случае у человека появляется хобби либо увеличивается сексуальная активность, в худшем – ему становится скучно, и совсем плохо, если творческая активность реализуется в проведении пирушек, растрачивается на развлекательные мероприятия. И просто ужасно, когда творческая активность проявляется в пьянках, скандалах, хулиганском поведении или поведении, при котором нарушается Уголовный кодекс. Иногда все творческие силы уходят на формирование такой «красивой» болезни, как невроз или психосоматическое заболевание.

Поэтому, если мы хотим сохранить душевный покой и здоровье, нам нужно не только работать, но и трудиться, и играть, и учиться. В реальной жизни иногда же бывает, что игры и учебу организуют так, что они оказываются более нудными, чем самая рутинная работа. Это объясняется тем, что работа нам оплачивается, а за нудные игру и учебу мы ничего не получаем. И, следовательно, вред от нудной учебы трудно себе даже представить. А от педагогов, которые нудно преподают свой предмет, надо бы оградить учащихся. Еще Н. В. Гоголь подметил, что идеи, высказанные нудно, автоматически приводят к усвоению прямо противоположной идеи. Где-то в 80-е годы я скучных преподавателей марксизма-ленинизма называл бесплатными и добровольными агентами капитализма. В то же время увлекательная, интересная учеба возможна только при платном обучении, при котором еще и не выдается никаких дипломов и сертификатов. Туда люди приходят только за знаниями и скучных преподавателей не потерпят.

И еще одно замечание, с моей тонки зрения, очень важное.

В процессе производственной деятельности с ростом квалификации бывает так, что внешне даже очень квалифицированный труд превращается в нудную работу, и человека начинает тянуть на подвиги или он входит в застой. Послушайте переживания одного преподавателя, который работал в институте усовершенствования врачей: «Первые годы работы на факультете усовершенствования были годами напряженной творческой педагогической работы. Я не умел читать Лекции. Я их писал полным текстом, читал их «как свинья», ткнувшись в текст. Правил те места, где меня не слушали, и постепенно стал их читать «как курочка». Долгое время я почти не менял ни формы, ни содержания лекций. Читал я их же «как соловей». Читать лекции мне становилось все легче и легче. И вдруг я заметил, что во время чтения лекций думаю совсем о другом. И лишь когда кто-то из слушателей начал шуметь, я просыпался, что-то предпринимал для того, чтобы привлечь внимание, а затем продолжал читать хорошо накатанный текст. Так продолжалось лет десять. Проснулся я после одного эпизода.

Читаю я лекцию, которой особенно гордился. Хороша лекция была, ничего не скажешь, и народ слушает достаточно внимательно. Обратил я внимание на одного курсанта. Слушал он меня иногда внимательно, иногда рассеянно, но не писал и изредка, раз в 10–15 минут, в тетради делал какие-то пометки. Я поинтересовался. Он удовлетворил мое любопытство. Оказывается, пять лет тому назад он был у нас на курсах повышения квалификации и слушал эту лекцию. Она была практически такой же».

Так и получается, что труд постепенно превращается в работу.

И даже писательский труд нередко превращается в работу, когда автор вместо новых идей по-новому расставляет старые мысли. Так заманчиво написать и опубликовать еще одну «новую» книгу, не написав ее.

Так и получилось у Вечного Принца. На работе он перестал трудиться. Потребность в труде удовлетворял в других местах.

Обязательно ли полностью все менять и менять каждый раз? Нет, конечно. Что-то должно и повторяться. Это у истерических личностей все сразу меняется. Тоже становится довольно скучно. В современной психологии существует мнение, что если нового будет процентов 20–30, этого будет вполне достаточно.

Раз мы созданы по образу и подобию Божию, то и должны все время творить, создавать что-то новое и усовершенствовать старое. Может быть, и в личной жизни мы быстро надоедаем друг другу, потому что не меняемся, потому что перестаем творить себя, потому что, как говорил один философ: «Мы постоянно угощаем друг друга все тем же заплесневелым сыром – собственной персоной».

В общем, как писал поэт, «душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь».

А есть мнение, что раз в 5–7 лет нужно двигаться или по горизонтали, или по вертикали. Не грех и сменить профессию.

А чтобы не пропало старое, то его нужно записать.

Пишите книги. Тогда легче будет отказаться от старого.

Немного о моих друзьях

Итак, интересы наши начали расходиться. Мы с Зевсом были недовольны циклом, хотели перераспределить хотя бы часы. Но Артист непреклонно повторял программу. Не буду списывать вам тонкости. Постепенно главные творческие интересы у нас изменились и уже не были связаны с основной работой. Об этом я писал выше.

Зевс стал заниматься криминальной психиатрией. У него появились свои дела с органами правопорядка. Кроме того, он организовал частную Фирму «Возрождение», которая также успешно функционировала, занимаясь лечением психических больных и больных с сексуальными аномалиями. Где-то там у него шла основная жизнь, о которой мы имели смутное представление. Многим нашим сотрудникам он давал возможность подработать, многие потом и переходили на работу к нему.

Я организовал психотерапевтический клуб, при котором были различные краткосрочные и долгосрочные курсы. Кроме того, я стал совершенствовать психотерапевтический процесс на циклах психотерапии. Я, наконец, понял, что я хороший исполнитель, но плохой организатор. Вначале я хотел работать под прикрытием Зевса, но вскоре понял, что под ним я работать не смогу. Окончательное решение созрело после одного случая.

Как-то один из его будущих пациентов приехал не в его центр, а в клинику и наткнулся на Артиста, который с ним беседовал, все растолковал. Будущий пациент выложил в подарок 8 или 9 баллонов черной икры. Зевс был в командировке. Артист распределил эту икру между сотрудниками кафедры. Мне тоже досталось. Зевсу