Читать книгу - "Хороший день, чтобы умереть - Олег Викторович Таран"

Пока царевич пил, Сципион произнес:

– Царевич, мы с Гаем Лелием, по сути дела, вернули тебе твое царство. Верно?

– Ну да. Благодарю вас за это… – не понимая, к чему ведет проконсул, проговорил Массинисса.

– Ты, в свою очередь, обещал нам помочь за это в Африке, сражаясь против всех врагов Рима. Это так?

– Так! И я держу свое слово!

– Враги Рима – и твои враги. Так мы договаривались, царевич Массинисса?

– Верно!

– Софониба – жена врага Рима и, значит, наш с тобой враг! – жестко закончил Сципион. – Она должна пройти путь позора вместе со своим изменником-супругом. Не думаю, что связь с такой женщиной будет украшать тебя, будущего царя Массилии…

– Сципион! – разъярился царевич. – Ты что, не слышишь меня?! Я сказал тебе, что люблю ее! Это моя женщина! Неужели нельзя сделать для нее исключение?!

Стоявшие за палаткой Оксинта и Гай Лелий, услышав разговор на повышенных тонах, переглянулись.

– Может, все-таки войти? – предложил телохранитель царевича.

– Не нужно. Проконсул сумеет его убедить, – уверенно произнес Гай Лелий.

Сципион, выдержав гневный взгляд Массиниссы, неожиданно спокойно произнес:

– Не думал, что мне придется напоминать тебе об этом, да, видно, ничего не поделаешь… Послушай, дорогой царевич! Я простил тебе смерть своих родных, хотя в свое время приехал в Испанию с жгучим желанием найти виновника их гибели и отомстить ему. Однако я переступил через это желание и даже через свой долг, потому что увидел в убийце моего отца и дяди запутавшегося, но порядочного человека. Я смирил свой гнев, отказался от мести и протянул тебе руку дружбы. Ты с моей помощью и при поддержке Рима можешь многого достичь! Но сейчас ты ради этой женщины рискуешь всем: нашей дружбой, своим будущим, судьбой своей страны. Разве оно того стоит?

Массинисса, не в силах найти больше аргументов в неприятном разговоре, упал перед проконсулом на колени и взмолился:

– Сципион! Клянусь, что я буду выполнять твои приказы! Никогда ни о чем не попрошу тебя! Но только… не отнимай у меня Софонибу! Умоляю!

Проконсул расстроенно покачал головой:

– Стыдись, Массинисса! Тебя, гордого наследника царя Гайи, никогда никакие враги и невзгоды не могли заставить преклонить колени, а теперь… Ты унижаешься – и ради кого?! Если бы она хотя бы этого заслуживала!

Гай Лелий, прислушивавшийся к разговору в палатке, поднял палец и прошептал Оксинте:

– Вот сейчас он скажет самое главное…

– Она заслуживает! Она настоящая царица! Если бы ты только увидел ее, то не решился бы так жестоко с нею поступить! – убежденно проговорил царевич.

Проконсул вздохнул, потом подошел к походной шкатулке для документов.

– Поднимись, царевич! Надеюсь, ты знаешь почерк своей возлюбленной? – спросил он.

– Разумеется. Почему ты спрашиваешь? – вставая с колен, спросил Массинисса.

– Читай!

Проконсул протянул ему небольшой пергамент, на котором был сломанный оттиск печати массесильской царицы. В послании говорилось о том, что Софониба уже почти полностью подчинила себе царевича. В скором времени она планирует заставить его провозгласить себя царем и разорвать союз с Римом. Почерк был знаком Массиниссе еще по Испании.

– Может, оно поддельное? – упавшим голосом произнес царевич.

Проконсул позвал охрану. Через некоторое время мимо Оксинты и Гая Лелия провели женщину в нумидийской одежде, с мешком на голове, и завели ее в палатку проконсула. Там мешок сняли.

– Ксанти! – узнал царевич служанку Софонибы.

Он совсем сник.

– Эта красотка направлялась в Карфаген, но ее перехватили мои дозорные. Софониба не только не любит тебя, но и готовит против нас с тобой заговор… Вот еще одно послание, которое нашли при ней.

В следующей записке говорилось о необходимости прислать быстродействующий яд на тот случай, если «Массинисса окажется несговорчивым».

Этот пергамент выпал из рук царевича, и он, потрясенный, двинулся к выходу. Затем остановился.

– Что же мне теперь делать, проконсул?

– Или отдать ее мне для триумфа в Риме, или выполнить ее просьбу – прислать ей яд. И для нее, и для тебя это было бы лучшим выходом, – ответил Сципион.

Царевич вышел от проконсула ни жив ни мертв.

– Идем в мою палатку, – предложил Гай Лелий.

– Откуда у тебя здесь своя палатка? Ведь твой лагерь возле Цирты, – удивился Оксинта.

– Сципион всегда велит ставить палатку для меня, в каком бы месте я ни находился, – гордо сказал Гай Лелий. – Проконсул никогда не забывает верных людей и умеет их ценить.

Они отвели впавшего в апатию царевича в палатку. Там он рухнул на ложе флотоводца и какое-то время лежал без движения.

Затем Массинисса поднялся и спросил:

– Оксинта, у тебя есть хороший яд? Такой, чтобы убил быстро и безболезненно?

– Найду, – пообещал друг.

Массинисса сел к столу и написал два небольших послания: одно Мелаю, с требованием допустить Оксинту к Софонибе, другое – самой царице.

– Отвези ей! И скажи… пусть простит, если сможет.

После этих слов царевич снова упал на ложе и больше не поднимался.

– Ты присмотришь за ним? – с тревогой спросил Гая Лелия Оксинта.

– Непременно. А ты поторопись, пока он не передумал и не наделал глупостей!

Телохранитель царевича кивнул и, взяв с собой несколько всадников из сотни охраны, отправился в путь.

– Ну как она там? – поинтересовался Оксинта у Мелая, когда ближе к вечеру прибыл во дворец в Цирте.

– Достала всех слуг своими придирками и истериками. А еще нет-нет да пытается соблазнить моих охранников. Хорошо, что тут римляне дежурят, которые за ними присматривают. Скорей бы с нею что-то решилось! – вздохнул полководец. – Ты привез приказ? Забираешь ее в римский лагерь?

– Не-ет! – со злорадной усмешкой проговорил Оксинта.

Он протянул записку, предназначенную Мелаю.

Прочитав, тот изменился в лице.

– Бедный царевич! Как он это переживет?!

– Переживет! – убежденно сказал Оксинта. – Мы ему в этом поможем! Главное, чтобы она его не пережила.

И он решительно вошел в двери царской спальни.

Там царил полумрак.

Царица вскочила, заметив вошедшего, и с надеждой воскликнула:

– Массинисса! А, это ты…

Оксинта подошел к ней и протянул письмо от царевича. Пока она его читала, телохранитель достал небольшой пузырек, вылил его содержимое в кубок и наполнил его вином.

– Будь он проклят! Презренный трус! Что это за мужчина, который не смог защитить свою женщину?! Слюнтяй! Слабак! Предатель! – разразилась проклятиями Софониба и зарыдала.

– Выпей, царица! Ты ничего не почувствуешь, просто уснешь! – протянул ей кубок Оксинта.

Софониба в ярости попыталась его выбить, но телохранитель царевича быстро убрал руку с кубком в сторону.

– Если ты не хочешь быстрой и безболезненной смерти, я могу тебя зарезать или задушить. Но сразу скажу: мне так хочется, чтобы ты напоследок