Читать книгу - "Приключения русской контрабандистки. Три истории с элементами абсурдного юмора и эротики - Анна Шемонаева"

в уголке и с вожделением рассматривала жареные куриные ножки, блестящие от жира картофельные чипсы и разноцветные шарики мороженого в рекламной листовке. Она заметила меня, стёрла слюну и махнула костлявой рукой. Я пробралась к ней, мы расцеловались и незаметно обменялись сумочками. Дело сделано, ценная флешка стоимостью около миллиона евро была у меня. Я собралась уходить, но тут заплаканный взор синьора D остановился на мне, а его короткий указательный палец затрясся в моём направлении:

– Держите её!

Я намертво вцепилась в сумочку и пустилась наутёк. Меня поймали, усадили в кресло и запрыгали вокруг с расчёсками, феном, бигуди и прочими штучками. Мои лохмотья исчезли, а вместо них появились вещи из коллекции, которая имела футуристический флёр. Когда я взглянула в зеркало, у меня подкосились ноги. Широко открытыми от ужаса глазами оттуда смотрел постапокалиптический енот-мутант, чудом выживший в ядерной войне. На мне была полосатая шуба из чёрно-розового синтетического меха, монументальный капор, подвязанный розовой лентой, и опять же розовые пушистые тапочки на высоченных шпильках. С плеча свисала огромная авоська из склеенных вместе надувных сосисок, которая доходила мне до колен. Я выглядела как верстовой столб в королевстве розовых эльфов. Команда D&G с гордостью смотрела на свою работу:

– Bella!

Лю выглядела не лучше. Теперь на её голове красовалась гигантская жёлтая шапка в стиле невротичного одуванчика-переростка с завязками под подбородком. В ушах болтались длинные серьги в виде шаров для боулинга на железных цепях. Плоскую грудь и тощие ягодицы китаянки прикрывало кукольное пальтишко из искусственной фиолетовой шиншиллы.

– Минутная готовность!

Мы построились по двое, как прибывшие из космоса звери в ожидании противопаразитарной обработки. Зазвучала ритмичная музыка, модели одна за другой начали выходить в лучи прожекторов. Стоявшая рядом Лю покосилась на меня и посоветовала:

– Околочками лаботай. Тефтельки впелёд. Улыбайся, как будто увидела больсо-о-ой кусок чизкейка.

Мы должны были продефилировать через всю картинную галерею и вернуться обратно, но меня насторожили двое мужчин, которые стояли в тёмных очках под истекающим кровью Святым Себастьяном кисти Либерале да Верона. Они держали руки под мышками и всматривались в лица шагавших на них девушек. Мы маршировали между рядами очарованных зрителей, в то время, как мой мозг торопливо листал картотеку членов Ндрангеты. Ну конечно! Гвидо Кишковыпускалли и Фабио Вупоррастрелли. На их счету были десятки жестоких убийств, и в этот раз безжалостные парни пришли за мной и моей связной. Несмотря на тёплую одежду, меня прошиб ледяной пот. Что же делать? Я скомандовала Лю:

– Снимай серьги!

Я прицелилась и с разбегу покатила первый шар. Один из громил упал как подкошенный, схватился за ногу и завыл от боли. Я не мешкая запустила второй шар и свалила на пол другую кеглю в дорогом костюме.

– Лю, бежим отсюда!

Лавиной мы скатились по лестнице и процокали через внутренний двор мимо застывших мраморных статуй учёных мужей. За нами послышалась стрельба вперемешку с отборными итальянскими ругательствами и визгами приглашённых. Похоже, там началась давка. Мы выскочили на улицу, испугав горожан своим эксцентричным видом, и наперегонки поскакали к ближайшей стоянке мопедов. Ногтем я открыла замок, сняла противоугонный трос и подала спутнице шлем:

– Надевай!

Лю попыталась натянуть шлем на шапку, но одуванчик сопротивлялся. Надеть шлем на капор тоже не получилось.

– Нам некогда возиться, поехали! – распорядилась я, выбросила каску и завела мотор.

Китаянка кузнечиком запрыгнула сзади, и мы погнали через мощёные центральные улицы. Острые коленки Лю угрожали колото-резаной раной любому, кто посмел бы приблизиться. Я летела на красный свет и на чистейшем сицилийском диалекте сообщала водителям, что я о них думала, сопровождая речь сочными жестами. Нам вслед неслась первосортная ругань под вой клаксонов. Пока всё шло очень хорошо.

На выезде из города я обернулась, но ничего не увидела из-за капора, который превратил меня в зашоренную лошадь. Тогда я крикнула Лю:

– Сообщай мне обо всех подозрительных машинах.

– Больсо-о-ой класный глузовик.

– Не то.

– Ма-а-аленький белый фулгончик.

– Опять не то.

– Совсем ма-а-аленькая оланжевая машинка.

По звуку мотора я определила, что нас догонял «Фиат 500». Я в очередной раз нарушила правила дорожного движения и выехала на скоростную магистраль. Ошалевшие дальнобойщики крестились и клялись в вечной трезвости Святому Бонифацию, когда обгоняли мопед, на котором розовый енот с авоськой сосисок на плече куда-то вёз жёлтый одуванчик в фиолетовом пальто. Я заметила, что стрелка уровня топлива приближалась к нулю, а до Мальпенсы оставалось ещё тридцать километров.

– Ма-а-аленькая оланжевая машинка будет стлелять, – доложила Лю.

Я повернула ручку газа до упора, ушла вперёд и спряталась за длинным бензовозом. Пули просвистели рядом с нами и чуть не задели цистерну с топливом. «Фиат» поднапрягся, тоже обошёл бензовоз и прилип к нам сбоку. Из его окна торчало блестящее дуло «Пустынного орла». Мы с Лю втянули головы в плечи и попрощались с жизнью, но тут… мопед хрюкнул и заглох. Я машинально свернула на обочину, «Фиат» дёрнулся за мной, но бензовоз тут же ударил его сзади и потащил перед собой. Когда они скрылись за горизонтом, мы с Лю молча пожали друг другу дрожащие руки, взялись за мопед и дотолкали его до ближайшего съезда, где обнаружили заправочную станцию и харчевню. Я порылась в карманах шубы и проверила авоську, но денег в них не нашлось. Тогда я подмигнула хозяйке и предложила заговорщицким тоном:

– Полный бак и ужин для моей подруги в обмен на сумку от D&G из коллекции осень-зима следующего года. В продаже появится только через шесть месяцев.

Счастливая итальянская модница сплясала зажигательную тарантеллу и согласилась. Оголодавшая Лю проглотила тарелку минестроне, затем впилась зубами в шницель по-милански, забросала его горкой ньокки, закусила большой пиццей, вылизала креманку с маскарпоне и выпила графинчик молодого вина. Я залила бензин и сказала ей:

– Тебе нельзя возвращаться в Милан.

– Я остаюсь в халчевне. Меня белут официанткой, – радостно ответила Лю. – Здесь сто-о-олько вкусной еды!

Это успокоило меня. Мы обнялись и попрощались.

В аэропорту на большом экране я увидела фотографию Марко в траурной рамке и поняла, что по телевизору передавали срочные новости. Я локтями проложила себе путь сквозь толпу и жадно приникла к монитору:

– Сегодня в одном из лучших отелей Милана был найден мёртвым Марко Росси, один из главарей мафиозной группировки Ндрангета. По версии полиции, его расстреляли бывшие коллеги, о чём свидетельствуют многочисленные дротики, найденные вокруг тела. Вскрытие же показало, что причиной смерти стал укус водяного ужа, который несколько дней назад таинственно исчез из миланского серпентария. Прачка отеля сообщила в интервью каналу Rai