Читать книгу - "Мифы Древней Греции: Боги - Олег Ивик"

на свою девственность, помогала роженицам. О том, что именно по их зову она будет навещать нелюбимые ею города, богиня еще в младенчестве предупредила отца:

Жить на высях я буду, людей, города навещая

Только по зову рожающих жен, что в пронзительных муках

Станут ко мне вопиять, мне в удел сужденные первый

Мойрою; им я должна помогать и нести избавленье,

Ибо не ведала мук, нося меня и рождая,

Мать, но безбольно на свет из родимой явила утробы[1790].

Диодор писал, что богиня «изобрела исцеление младенцев, а также кормление, соответствующее особенностям младенческого возраста, почему ее и называют Чадокормилицей»[1791]. Помощь Артемиды кормящим матерям была так велика, что на некоторых (впрочем, редких) статуях богиню изображали с несколькими парами грудей.

В какой-то мере Артемида, как и ее брат, занималась врачеванием. Ее имя перекликалось со словом «артемия» – здоровье. Страбон писал, что Аполлон и Артемида, отождествляясь с солнцем-Гелиосом и луной-Селеной, тесно соединены с понятием здоровья, «так как они являются причиной здорового смешения воздуха». Но великий географ тут же уточняет: «Впрочем, губительные болезни и внезапную смерть также приписывают этим богам»[1792]. Оба эти сообщения Страбона стоит рассмотреть подробнее.

Артемиду действительно часто отождествляли с луной (как и ее брата Феба-Аполлона – с солнцем), хотя у этих светил были свои боги. Кроме того, Артемиду и Селену отождествляли еще и с Гекатой. В представлении некоторых греков эти богини образовывали нерасторжимую триаду. Недаром кормилица Федры, жены Тесея, вознося мольбы за свою госпожу (а молилась она о том, чтобы преступная страсть Федры к ее пасынку Ипполиту увенчалась взаимностью), у алтаря Артемиды возглашала:

Царица рощ, высоких гор пустынница,

В пустынных высях гор одна лишь чтимая,

Приметы отврати от нас грозящие!

Богиня, средь лесных урочищ властная,

Ночных небес краса, светило славное,

Чьих перемен чредою озарен весь мир,

Трехликая Геката, снизойди к мольбам.

Смягчи упорный, мрачный Ипполита дух…[1793]

Сообщение Страбона о том, что Артемида и Аполлон насылают внезапную смерть, тоже подтверждается многими авторами. Еще Гомер рассказывал, как Одиссей спрашивал в Аиде у своей матери, тень которой он там неожиданно встретил:

Вот что, однако, скажи, и скажи совершенно правдиво:

Что за Кера тебя всех печалящей смерти смирила?

Долгой болезнью ль была ты настигнута, иль Артемида

Нежной стрелою своею, приблизясь, тебя умертвила?[1794]

Впрочем, такая смерть от стрел божественных близнецов считалась благом. Недаром Евмей в «Одиссее», вспоминая давно покинутую и несколько идеализированную им родину, рассказывал:

Голода в этом краю никогда не бывает. Не знают

Там ненавистных болезней бессчастные люди. Когда там

Горькая старость приходит к какому-нибудь поколенью,

Лук свой серебряный взяв, Аполлон с Артемидой нисходят

Тайно, чтоб тихой стрелой безболезненно смерть посылать им[1795].

Помимо перечисленных выше основных интересов Артемиды, богиня ведала еще очень многими явлениями природы и сторонами человеческой деятельности. Она была заступницей судов в море[1796]. Павсаний описал виденный им в Олимпии жертвенник «Артемиды, именуемой Коккока (Дарующая плодородие)». Правда, он тут же оговаривает: «…почему Артемиду называют Коккока, никто мне этого объяснить не мог»[1797]. Здесь же, в Олимпии, ученому довелось повидать и совсем уж неожиданный алтарь Артемиды Агореи – Покровительницы рынков[1798]. В Аркадии стоял храм Артемиды – Находительницы коней. По преданию, он был основан Одиссем, у которого пропали лошади, а потом, милостью богини, нашлись[1799]. В Лакедемоне поклонялись Артемиде-Лимнатиде (Владычице озер)[1800].

Охотница на войне

Артемиде случалось участвовать в военных кампаниях богов, но сражалась она достаточно средне и особой славы как воительница не снискала. В дни нашествия Тифона она отсиживалась в Египте, приняв облик кошки[1801]. В войне с гигантами ей довелось сразить одного из них, Гратиона[1802].

Участвовала богиня и в индийском походе Диониса. Случилось так, что олимпийские боги во время этого похода разделились между воюющими сторонами и стали сражаться друг с другом. Артемида билась против Геры и потерпела постыдное поражение, несмотря на то что была с детства неразлучна с оружием, а Гера знаменовала собой домоседство и семейные добродетели. Правда, Гера использовала в этой битве неожиданный прием: она закрылась облаком, и Артемида не могла хорошо прицелиться. Когда лучница расстреляла все свои стрелы, Гера метнула в нее ледяную глыбу и стала насмехаться над поверженной противницей[1803].

Под стенами Трои богини вновь сошлись в единоборстве – Артемида выступала на стороне троянцев, а Гера поддерживала ахейцев. Но сражение превратилось в фарс: Гера изругала Артемиду, схватила за руки, отобрала лук и колчан и со смехом отхлестала противницу ее же оружием.

Та, уклоняясь, рвалась. Рассыпались быстрые стрелы.

Плача, прочь убежала богиня, подобная быстрой

Горной голубке, от ястреба прочь улетевшей, чтоб скрыться

В горной расщелине: пойманной быть ей судьба не сулила.

Так Стреловержица с плачем бежала, оставивши лук свой.

Брошенные Артемидой лук и стрелы подобрала ее мать Лето. А сама незадачливая воительница кинулась на Олимп и, «плача навзрыд», стала жаловаться на мачеху отцу[1804].

Глава 26

Гермес

Младенчество

Гермес, сын Зевса и Майи, был зачат на горе Киллене в Аркадии, «в густотенистой пещере». Царь Олимпа навестил Плеяду глубокой ночью, втайне от людей и богов, а главное – от ревнивой жены.

Время пришло, – и свершилось решенье великого Зевса:

Сын родился у богини, – ловкач, изворотливый малый,

Вор, быкокрад, сновидений вожатый и ушлый пролаза,

В двери подглядчик, ночной соглядатай, которому вскоре

Много преславных деяний явить меж богов предстояло.

Произошло это, если верить автору «гомеровского» гимна «К Гермесу», в четвертый день месяца (правда, неизвестно, какого именно). Едва родившись, Гермес немедленно проявил редкостную для грудного младенца активность:

Утром, чуть свет, родился он, к полудню играл на кифаре,

К вечеру выкрал коров у метателя стрел, Аполлона…

Но расскажем все по порядку вслед за автором гимна… Сразу же после рождения юному богу пришла в голову мысль, что хорошо было бы украсть коров у Аполлона. Воспользовавшись отлучкой матери, Гермес вылез из люльки и отправился в путь. Когда он вышел из материнской пещеры, его