Читать книгу - "После «Украины» - Валерий Михайлович Коровин"

началось при руководителе, который постоянно эксплуатировал тему «голодомора» и непрестанно говорил о вымирании Украины во времена СССР. К слову сказать, за период столь любимого Ющенкой «голодомора», то есть в 1932–1933 годах население УССР, если брать советскую, а не украинскую статистику, сократилось на миллион двести шестьдесят пять тысяч двести (1 265 200) человек[19]. Немногим больше, чем за период правления самого Ющенко. Однако всё это ни в какое сравнение не идёт с катастрофой периода президентства Порошенко. Здесь с потерями населения уже никто не считался. Именно при Порошенко на Украине началась кровавая КТО[20] на Донбассе, а бандеровские нацисты укрепились во власти. Собственно, непрерывные обстрелы Донбасса являлись визитной карточкой Порошенко от самого начала до последних дней его президентства. Однако после избрания президентом США Дональда Трампа Порошенко стал не нужен не только Америке, но и Европе, так как теперь больше никто из-за океана не принуждал её поддерживать его режим. Трамп про Порошенко просто никогда не слышал, искренне недоумевая, зачем вообще Барак Обама и Хиллари Клинтон всё это затеяли.

С самого начала режим Порошенко не имел легитимности (незримой, неформальной поддержки) внутри страны. Придя к власти на штыках украинских нацистов, он разрушил экономику и систему государственного функционирования. Единственная сила, на которую он мог опереться, были украинские националисты из карательных батальонов, методично уничтожавших мирное население Донбасса. Ещё одной, но уже внешней опорой, стала уходящая в политическое небытие Ангела Меркель. До самого последнего дня своего нахождения во власти она последовательно продолжала исполнять заветы уже ушедшего на тот момент Обамы и всей глобалистской американской клики. Вот ради кого агонизирующий Порошенко отдавал приказы усилить обстрелы Донбасса, дабы продемонстрировать верность идеям карателя Бандеры украинским националистам, на поддержку которых всё ещё рассчитывал, и, вместе с тем, подтвердить свою полезность Ангеле Меркель в качестве последовательного исполнителя заветов почитаемого ей Обамы. Тогда Порошенко ещё рассчитывал на переизбрание и из кожи вон лез, чтобы понравиться американским кураторам.

После победы Трампа, ассоциировавшегося с переориентацией Европы и Америки на традиционные консервативные ценности, на сотрудничество с Россией в борьбе с терроризмом и вообще на то, чтобы с Россией «поладить», все усилия либеральной секты глобалистов, ведомых парой Обама-Клинтон, пошли прахом. На помойку истории отправился и Порошенко. А для оставшихся без куратора бандеровских карателей единственным способом хоть как-то продемонстрировать, что они ещё существуют, оставалось наращивать силу обстрелов мирных кварталов Донецка, в злобном исступлении демонстрируя верность всё менее актуальному глобалистскому проекту. О какой уж тут демографии можно было говорить.

Стабильность с Россией или дестабилизация с Западом

А начиналось всё не так плохо. Промышленно развитый Восток и выгодное географическое положение – через Украину проходят газо- и нефтепроводы в Европу – сделали Украину одной из наиболее перспективных постсоветских стран. Но одновременно с этим – важнейшим стратегическим элементом санитарного кордона, за который американцы решили сражаться до последнего украинца. В этой связи при проамериканском марионеточном режиме перспективы у населения Украины остаются строго негативными, ибо стабильность в американском проекте не предусмотрена. Стабильность создаёт предпосылки для превращения этого важнейшего фрагмента санитарного кордона в динамично развивающуюся страну, причём только в союзе с Россией. А этого американские стратеги никак допустить не могут, поэтому подчинённые им украинские СМИ, не обращая внимания на здравый смысл, продолжают с маниакальным упорством обвинять в создании нестабильности именно Россию, истерично ведут антироссийскую пропаганду, в круглосуточном режиме выдавая такую ложь, оспорить которую не хватает духу ни у одного здорового человека.

В этой ситуации всеобщего помешательства российское руководство с настойчивостью, достойной лучшего применения, продолжало рассуждать чисто логически: Россия заинтересована в стабильных поставках газа в Европу через Украину, соответственно для этого на Украине необходима стабильность. Любая дестабилизация, политические игры, противостояние между политическими лагерями, между различными частями населения совершенно нежелательны, так как вредят поставкам. Из-за недопоставок газа в отношениях России с Европой возникла напряжённость, а это полностью отвечает интересам США.

«Россия, – продолжает логически мыслить наше руководство, – заинтересована в том, чтобы Украина развивалась спокойно и стабильно». И здесь очень важно, на кого ориентируется Украина, куда она движется. К примеру, при Леониде Кучме Украина балансировала между Россией и Западом. Нельзя было сказать, что Кучма – пророссийский политик. Но ничего страшного в этом не было, ведь ситуация оставалась стабильной, сохранялся баланс элит, баланс власти на Украине и, что особо важно, баланс геополитический. Украина выполняла функциюстабильного санитарного кордона. А вот то, что начало происходить после – дестабилизация и хаос, – для России, как и для граждан самой Украины, стало абсолютно невыгодно. Поэтому обвинять Россию в дестабилизации нелогично – так мыслили российские политики, глядя не происходящее со стороны. С точки зрения прагматизма, исповедуемого Путиным, пусть бы даже Украина ориентировалась на Европу – это нормально. Но когда Украина ориентируется на Америку – ненормально, так как это приводит и Украину, и соседние государства к хаосу и беспорядкам, волнениям, большой крови и распаду государства. Европа – это спокойный, сдержанный Старый Свет, где любят стабильность и предсказуемость. Тихий уголок Земли. Европейски ориентированным политиком на Украине была Юлия Тимошенко, правда до тюрьмы, куда её отправил «пророссийский» Янукович. Именно она максимально соответствовала взглядам «немца в Кремле»[21]. Но те, кто пришёл ей на смену, ужаснули даже видавших виды американских политтехнологов, не говоря уже о стерильных евробюрократах.

Если же оценивать функции политических оппонентов оранжевых, в частности «Партии регионов» Виктора Януковича, то и от них не требовалось однозначной и безоговорочной ориентации на Россию. Все знали, что Украина – неоднородное пространство, состоящее, как минимум из двух культурно-исторических и геополитических зон, а, если рассматривать ситуацию более детально, то приходилось соглашаться с наличием четырёх зон: Центральной Украины (собственно Малороссия), Западной, присоединённой Сталиным, и Восточной, оторванной от России и присоединённой к Украине Лениным. Особняком всегда стоял присоединённый напоследок Хрущёвым Крым. В этой ситуации ориентация «Партии регионов» строго на Россию не могла сделать Януковича общеукраинским политиком, потому что сразу возникало недовольство западной части Украины. Но это же не давало ему возможности идти на уступки Западэнщине в ущерб Юго-Востоку. Претендуя на власть на Украине в целом – Янукович, как и Кучма до него, пытался этот баланс соблюдать, учитывая интересы и Запада и Востока.

На Украине были политики, ориентированные строго пророссийски, такие как Наталья Витренко и Александр Свистунов. Но их участие в крупной политической игре было возможно только в том случае, если бы Россия стремительно нарастила своё влияние на политическую ситуацию внутри Украины. Однако этого сделано не было. Александр Свистунов, хотя и родился во Львове, – наибольшую популярность среди