Читать книгу - "Хроника - Салимбене де Адам"

во 2 Мак. 7. Когда его принуждали поступать против закона (ибо посланные от Антиоха хотели, чтобы он ел свиное мясо), «он, утвердившись в доброй мысли, достойной его возраста и почтенной старости и достигнутой им славной седины, и благочестивого из детства воспитания, а более всего – святаго и Богом данного законоположения, соответственно сему отвечал, и сказал: немедленно предать смерти», нежели совершить ему такое. «Посему, мужественно расставаясь теперь с жизнью, сам я явлюсь достойным старости, а юным оставлю добрый пример – охотно и доблестно принимать смерть за досточтимые и святые законы… И так скончался он, оставив в смерти своей не только юношам, но и весьма многим из народа образец доблести и памятник добродетели». Об этом повествуется во 2 Мак. 6, 23, 27–28, 31.

Далее. Третьим был фарисей Гамалиил, «законоучитель, уважаемый всем народом». О нем повествуется в Деян. 5, 33 и сл. Он был учителем апостола Павла. О нем Иероним в Первом прологе к Библии говорит так[742]: «Апостол Павел похваляется, что он научился закону Моисееву и пророкам при ногах Гамалиила, чтобы, вооружившись духовным оружием, потом с уверенностью учить». Об этом говорится в Деян. 22. Апостол Павел сделал то, чему учит сын Сирахов, 18, 19: «Прежде, нежели начнешь говорить, обдумывай». Эту тему достаточно развивает блаженный Бернард в проповеди на Книгу Песнь Песней[743], взяв за основу стих: «Имя твое – как разлитое миро» (Песн. 1, 2). Ибо он говорит:

«Столько любви в тех, через которых на нас струятся не/f. 263b/бесные потоки, что они хотят излить их раньше, чем те могут влиться, более готовы говорить, чем слушать, торопятся учить тому, чему не научились, и с удовольствием стоят во главе других, не умея управлять собой. Я полагаю, что ни одному шагу к благочестивому спасению не должно отдавать предпочтения перед тем шагом, который сделал Мудрец, сказав: “Смилуйся над душой твоей, угодный Богу” (Сир. 30, 24)[744]. Если у меня нет ничего, кроме малой толики елея для умащения, неужели ты думаешь, что я должен отдать его тебе и остаться ни с чем? Я сохраню его для себя и отдам только по повелению пророка. Если некоторые просители, из тех, которые по воле случая думают, что есть во мне больше того, что они видят во мне или слышат от меня, будут настаивать, то ответ им будет: “Чтобы не случилось недостатка и у нас и у вас, пойдите лучше к продающим и купите себе” (Мф. 25, 9)».

Были еще среди иудейского народа мужи весьма кроткие и известные честностью своих нравов, как Аарон, Иодай, Иоседек, первосвященник Иисус и Симон, сын Онии. О каждом из них я не стану говорить, за исключением двоих, а именно об Аароне и Симоне.

Надобно знать, что Аарон был мужем таким, какого ищет Господь, Иез. 22, 30–31: «Искал Я у них человека, который поставил бы стену и стал бы предо Мною в проломе за сию землю, чтобы Я не погубил ее, но не нашел. Итак, изолью на них негодование Мое, огнем ярости Моей истреблю их, поведение их обращу им на голову, говорит Господь Бог». Помысли об этом, ибо прелат, если он будет другом Божиим, может отвести от своих подчиненных гнев Божий. И посему читаем о Моисее, что Господь по молитве его пощадил народ его. Ведь Моисей сказал Господу, Исх. 32, 32: «Прости им грех их, а если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал». То же самое говорит апостол, Рим. 9, 3–5: «Я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти, то есть Израильтян, которым принадлежат усыновление и слава, и заветы, и законоположение, и богослужение, и обетования /f. 263c/; их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь». Об Аароне так сказано, Прем. 18, 21: «Непорочный муж поспешил защитить их; принеся оружие своего служения, молитву и умилостивление кадильное, он противостал гневу и положил конец бедствию, показав тем, что он слуга Твой». Сия история рассказывается в Книге Чисел, 16, когда Аарон стал «между мертвыми и живыми и взмолился за народ[745], и поражение прекратилось» (16, 48). Подобного в заступничестве за подчиненных может добиться прелат, находящийся в дружбе с Богом. В противном случае исполняется сказанное Григорием[746]: «Человек, погрязший в тяжких грехах, не смоет чужих грехов, пока он обременен своими. Ибо всем ясно, что дух разгневанного подстрекают к худшему, если для посредничества посылают того, кто неприятен». Аарон также всячески прославляется в Книге сына Сирахова, 45. Если пожелаешь, можешь туда заглянуть.

О Симоне, сыне Онии, тоже сказано у сына Сирахова, 50: «Симон, сын Онии, великий священник, при жизни своей исправил дом и во дни свои укрепил храм: им положено основание двойного возвышения – возведение высокой ограды храма» и т. д. «Как утренняя звезда среди облаков, как луна полная во днях, как солнце, сияющее над храмом Всевышнего, и как радуга, сияющая в величественных облаках, как цвет роз в весенние дни, как лилии при источниках вод, как ветвь Ливана в летние дни, как огонь с ладаном в кадильнице, как кованый золотой сосуд, украшенный всякими драгоценными камнями, как маслина с плодами, и как возвышающийся до облаков кипарис» (Сир. 50, 1–2, 6–11).

О некоторых кротких нравом мужах, которые жили во времена Нового Завета

Но и среди христианского народа было весьма много славных мужей, которые просияли как /f. 263d/ жизнью своею, так и знаниями, честностью и строгостью нравов и которые «во дни свои были славою» (Сир. 44, 7). Из них ради краткости достаточно остановиться на трех, а именно: на святом Сильвестре, святом Николае и архиепископе святом Фоме Кентерберийском.

Сильвестр, рожденный матерью, за дела свои названной Юстой (Праведницей. – Прим. пер.), и воспитанный пресвитером Кирином, постоянно занимался делами покровительства. Был у него список всех сирот, вдов и бедняков, и для всех он предусматривал необходимое. Наконец, при приближении смерти он увещевал клир соблюдать три обязанности: любить друг друга, тщательнее управлять своими церквами и оберегать стадо свое от волков. После этого он с миром почил в Бозе[747]. А о прелатах нашего времени говорится, Ис. 1, 23: «Не защищают сироты, и дело вдовы не доходит до них». Следовательно, лучше поступал Иов, который говорит о себе, 29, 11–13: «Ухо, слышавшее меня,