Читать книгу - "Рассказы из русской истории. Поэты Империи - Владимир Ростиславович Мединский"

Раз уж мы коснулись темы литературы и политики, обращу ваше внимание на тенденцию, которая развивается на Западе. Недавно прочитал феерическую статью в американском издании Foreign Policy. Это влиятельный аналитический журнал о внешней политике. Статья называлась «Лермонтов — певец русского захватнического империализма».

Знаете, какие в русской литературе четыре самых главных империалистических писателя, которые оправдывают русский шовинизм, империализм и путинизм? Первый — Пушкин. Написал знаменитое «Клеветникам России», так что с ним все понятно.

Второй — Лермонтов. Главный герой статьи — вообще исчадие ада. Мало того, что империалист, он еще и собственноручно в ходе боевых действий изничтожал свободолюбивые народы Кавказа.

Третий — Толстой. С этим тоже все понятно, он воевал еще с англичанами и французами.

Но что меня убило окончательно — четвертым в этот список «империалистов» попал… Достоевский.

Ну и в финале статьи следует призыв, что всем этим четырем империалистам надо снести все памятники во всем мире, повсеместно переименовать улицы и площади, носящие их имена.

Словом, все, как полагается в современной «культуре отмены».

Роковые совпадения

Но вернемся к Лермонтову, который наконец доехал до Кавказа. Прибыв в Пятигорск, первое, что он делает, — подает военному коменданту рапорт о болезни и заключение врача. Врача зовут Иван Барклай де Толли[187].

Да-да, принадлежит к прославленному роду. В заключении написано буквально следующее:

Поручик Лермонтов одержим золотухою и цынготным худосочием, сопровождаемым припухлостью и болью десен, изъязвлением языка и ломотою ног. Для облегчения страданий необходимо поручику Лермонтову пользование минеральными водами в течение целого лета 1841 года до полного излечения. Оставленное употребление вод и следование в путь может повлечь самые пагубные следствия для его здоровья.

А. К. Энгель. Пятигорск. Грот Лермонтова. 1878

Куда монетка выпала

С одной стороны, как-то неловко подозревать во врачебном обмане представителя столь уважаемого рода. С другой — слишком уж синхронно заболевают и Лермонтов, и Столыпин, который тоже приехал на Кавказ. Сохранилась история, что они сперва бросали монетку, чтобы определиться, куда же ехать — в полк или в Пятигорск. Пятигорск, безусловно, выглядел намного привлекательнее — там светское общество, девушки. Столыпин предлагал безо всяких гаданий сразу выбрать полк. Но монетка выпала на Пятигорск.

Что касается болячек, на мой взгляд, Лермонтов мог найти самые весомые аргументы, чтобы полковой врач выдал такое страшное заключение и отправил его на целое лето на воды. Лермонтов действительно лечился. Он принимал ванны — и в Пятигорске, и в Железноводске, пил минеральную воду.

Сегодня, зная, чем закончится вся эта история, хочется сказать: лучше бы в полк поехал, а не уговаривал врача или не покупал, как многие считают, это медицинское заключение.

Но Лермонтов и Столыпин, как, впрочем, и мы с вами, в будущее заглядывать не умели. Они арендуют на все лето дом в Пятигорске. Домик крошечный, с соломенной крышей, по нынешним меркам — сарайчик. Тем не менее друзья заплатили за него жуткие деньги — сто рублей серебром. Не скупились. Позже в этом доме будет открыт первый в России музей Лермонтова. Организуют его еще до революции, в 1912 году.

В Пятигорске они встретили своего однокашника по Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров Николая Мартынова.

Лермонтов очень обрадовался встрече: мой друг Мартыш рядом, будем вместе гулять. Там же, в Пятигорске, с тем самым Мартыновым[188], произойдет роковая дуэль.

Завязка будущей трагедии произошла буквально в двух шагах от места, где жили Лермонтов со Столыпиным, — в доме Верзилиных[189]. У генеральши Верзилиной в этот день, как всегда, собрался местный цвет общества: ее дочери — молодые красивые незамужние девушки, интересные офицеры.

В том числе поручик Тенгинского пехотного полка Лермонтов и капитан Нижегородского Драгунского полка Столыпин. Почему Лермонтов — поручик, а Столыпин — капитан? Потому что тот из гвардии, а это, как вы помните, автоматически прибавляет два звания.

Карандашный портрет Н. Мартынова, выполненный Томасом Райтом. 1835–1845

Весь такой изысканный

Отвлекусь от основной темы, чтобы рассказать об оружии, которое носили солдаты и офицеры Нижегородского Драгунского. Интересно, что их шашка так и называлась — нижегородка. Очень удобное в бою оружие. Когда Нижегородскому полку начали менять военную форму, добавляя в нее кавказский колорит, с шашки убрали традиционные сабельные дужки и она стала больше похожа на казацкую или на кавказскую.

Позднее шашку-нижегородку несколько раз пытались заменить на более современный тип сабель, но нижегородцы так ею гордились, что отдельным распоряжением им разрешили сохранить это историческое оружие. В конце XIX века у нижегородок появилось дополнение в виде штыков на ножнах. Но до 1918 года (после революции полк был расформирован) солдаты и офицеры ходили примерно с такими же шашками, какие были у Столыпина или у Дорохова.

Кавалерийская сабля нижних чинов по сравнению с нижегородкой более тяжелая. Такой Лермонтов учился фехтовать в юнкерском училище. И если бы в том поединке с де Барантом они бились не на шпагах, а на саблях, у него мог бы быть иной, гораздо более печальный для де Баранта финал. Когда же Лермонтов стал офицером, он обзавелся другой саблей — более изящной. Она была полегче, поудобнее.

Страшнее пистолета?

К моменту встречи в Пятигорске Мартынов уже майор в отставке. Как ему удалось настолько обойти Лермонтова по военно-карьерной лестнице?

Во-первых, по окончании училища Лермонтов поступил в лейб-гвардии гусары, а Мартынов — в кавалергарды, в самый престижный полк. Форма у кавалергардов эффектная. У Мартынова, как и у Дантеса, который тоже служил поручиком кавалергардского полка, была такая же. Парадный мундир — белый. Повседневный — черный.

Во-вторых, практически сразу