Читать книгу - "Эльфийский Маскарад. Том 2 - Евгений Лисицин"

— Наговор сработал, сталь выдержала, — Ная подошла и тронула мою руку. — Правильно мы сходили.

— Вовремя, — разглядев новый разрыв на заштопанном рукаве, тихо выругался. — Опять куртке досталось! Не думал, что эта дрянь ещё и по крышам прыгает.

— Она спряталась от света и обошла нас, — Ная всё ещё тревожно поглядывала вверх. — Хитрее тех двух.

Когда гончая распалась, на льду остались блестеть золотые кругляши. Убрав топорик в чехол, собрал их, подсвечивая фонарём.

Добыча — 11 монет.

Ная развеяла полог, и снова стало слышно проспект за домами, музыку в чьём-то окне. В дальнем конце проезда скрипнула дверь, из сторожки выглянул дядя Коля в телогрейке и со слабым фонариком в руке, не чета моей стальной дубинке.

— Кто тут? — он направил свет в нашу сторону, но тусклый луч едва доставал до середины проезда.

— Это я, Саша, — подошёл ближе, пока он не надумал идти к нам. — Собаку гоняли, дядь Коль, здоровая такая тут бегала.

— А я слышу, кто-то ходит, — он посветил под ноги на пустой лёд. — Ушла?

— Ну да, теперь она никого не тронет, — из сторожки пахло керосином и тушёнкой, хотелось поскорее вернуть старика в тепло. — Вы дверь на ночь прикройте на всякий случай.

— Ну и ладно, — дядя Коля посмотрел на подошедшую Наю, и лицо у него смягчилось. — Худая она у тебя всё-таки, ты корми её.

— Кормлю, сегодня за двоих обедала, — улыбнулся, заметив смущение эльфийки.

— Ну-ну, — старик покачал головой и запахнул телогрейку. — Сами-то не замёрзли? Идите домой, чего тут стоять.

Пожелав ему спокойной ночи, вернулись за вещами. Я взял рюкзак, Ная подхватила сумку, но двигалась она медленнее обычного. При свете фонаря стало заметно, как сильно она побледнела.

— Пойдём, дома отдохнёшь, — поддержал её под локоть.

По дороге через двор позвонил Элине, и она сняла трубку на первом гудке.

— Гончую убили, — сообщил на ходу. — За гаражами, в проезде у теплотрассы. Человек в сторожке цел, ничего не видел.

— Марат минут через двадцать подъедет, осмотрит место, — голос Элины стал спокойнее. — Проверит, откуда она пришла, а вы идите домой. Ты цел?

— Цел, мастер помог, — ответил с облегчением.

— Хорошо, что успели к нему, — в трубке услышал, как хлопнула дверца машины. — Завтра расскажешь. Отдыхай.

Дома первым делом снял куртку. Рядом со старой штопкой ткань разошлась почти до локтя, и наружу лез утеплитель. Свитеру тоже досталось, но его ещё можно было спасти. Ная помогла стянуть его и расстегнуть защиту. На правом наруче остались светлые борозды, тянущиеся от запястья к локтю.

— Шов цел, наговор на месте, — она проверила нитку возле борозд и с облегчением отложила наруч.

— И полосу не согнуло, — ощупал вставку под кожей. Пластины на безрукавке тоже выдержали удар о ворота.

— Мы оба ждали её снизу, — Ная всё ещё досадовала на себя. — Я поняла, что она на крыше, только когда тварь подобралась совсем близко.

— Теперь будем смотреть вверх и по сторонам, — пошутил, стараясь не думать о худшем варианте. Я ведь мог и не успеть…

Потом она закатала мне рукав. Старый синяк был на месте, новых не появилось, только от ремня тянулась красная полоса.

— Стёпа предупреждал, что большая тварь и сталь согнёт, — осторожно опустил рукав термобелья. — Хорошо, что эта не смогла.

Ужин я взял на себя, хотя эльфийка и порывалась встать к плите. Пельмени из морозилки мог сварить и левой рукой, а пока закипала вода, снова подумал о деньгах. На защиту ушло сто тысяч рублей, почти две мои прежние зарплаты, но рука болела не сильнее, чем утром, и денег мне было совсем не жаль.

За ужином отдал хранительнице пять монет из сегодняшней добычи, и, впитав их, она быстро пришла в себя. Остальные шесть легли в жестянку к прежним тринадцати, и свежих у нас стало девятнадцать, а старых после полога осталось девяносто восемь. Во включенном без звука ларце кто-то ходил по большому дому и что-то выяснял.

— Покров не отозвался? — Ная отвлеклась от ларца.

— Про монеты сказал, про уровень молчит, — я и сам надеялся на прибавку, хотелось иметь побольше одного навыка.

— Значит, ещё не время, — рассудила она. — Ешь, остынет.

После еды Ная взялась за куртку. Я подсел к ней и придерживал распоротый рукав, пока она примерялась к разрыву. Со свитером хранительница справилась быстро, а здесь края лохматились, и шов никак не хотел ложиться ровно.

— Может, проще новую купить? — с тоской посмотрел на торчащий утеплитель. — Под наручем рукав всё равно жмёт.

— Ладно, только выбирать опять буду я, — она попробовала свести края и нахмурилась. — А сегодня так зашью, чтобы утром не замёрз. Руку убери, сейчас уколю.

Послушно отодвинулся и дальше уже не мешал ей воевать с утеплителем. Где-то сверху передвигали мебель, во дворе кто-то на морозе безуспешно заводил машину. Под эти обычные вечерние звуки я понемногу успокаивался.

— Завтра идём к Зине, — эльфийка закончила шить и придирчиво оглядела шов. — Покажешь, что у Стёпы купил, она за тебя переживает.

— После обеда сходим, — прислонился виском к её волосам. — Если, конечно, до тех пор у нас ещё что-нибудь не случится.

— Даже не думай! — Ная сердито ткнула меня в бок, но отодвигаться не стала. Так мы и просидели до звонка Петровича в восьмом часу.

— Нашёл! — орк старался перекричать грохот депо. — Крайний во втором ряду у самого тупика. Хозяин дед из наших, на пенсии, третий год продать не может. Печка есть, буржуйка с трубой в крышу. Сам варил!

— Сколько просит? — я сразу насторожился. Если три года никто не берёт, хозяин мог слишком уж задрать цену.

— Сам скажет, за него говорить не стану, — сосед что-то крикнул в сторону и снова заговорил со мной. — Телефон тебе скинул, звони завтра после десяти, раньше он спит. Скажешь, от меня.

— Спасибо, Петрович, — уже увидел пришедшее сообщение. — Выручил.

— И про печку Нае скажи, она там есть! — орк снова засмеялся и попрощался.

Ная сидела рядом и