Читать книгу - "Эльфийский Маскарад. Том 2 - Евгений Лисицин"

натирай, чтобы не сохли, — объяснил он. — Дня три походи в защите дома, где натрёт, приезжай подправим. Куртка у тебя хорошая, только рукав под наруч тесноват. К весне сошью пошире, если жив будешь, ну или купи что-то другое.

— Обязательно приду снова, — заверил гоблина, убирая воск в рюкзак. — Спасибо.

— Зине привет, — Стёпа вернулся к работе. — И старое своё забери, тут вам не склад.

Сумку забрала Ная, а я решил так и идти в новой защите. Когда мы вышли наверх, шёл четвёртый час, во дворе уже темнело.

— До дома как раз освоишься, — эльфийка оглядела меня, довольная покупкой.

— Он вообще-то велел дома, — чувствовал себя немного непривычно в кожаной броне.

— Дома ты сядешь на диван и всё снимешь, — возразила она. — А сейчас хоть походишь.

В трамвае я стоял у двери и держался за поручень. Защита не тёрла и не давила, хотя места под курткой стало значительно меньше. Под заштопанным рукавом теперь находилась стальная полоса, и от этого на душе было спокойнее.

На своей остановке, у «Пятёрочки», вышли в половине пятого. Фонари уже горели, снег под ними был синий, а за домами, у гаражей, стояла темнота. Ная сошла следом за мной и вдруг остановилась.

— Тварь, одна, крупная, — она смотрела мимо магазина, в сторону нашего двора.

— Где? — встал рядом, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь за домами.

— За гаражами, у трубы, — Ная показала чуть правее нашего дома. — Идёт медленно к теплу.

Там жил дядя Коля в сторожке из поддонов и фанеры под баннером, с керосинкой внутри. В такой час он уже должен быть в своём убежище, а твари от гаражей до него добраться проще, чем нам от остановки. Достав телефон, набрал Элину.

— Слушаю, — ответила она почти сразу.

— Ная чует крупную тварь за моим домом у гаражей, — я говорил в трубку и смотрел в указанную сторону. — Там у теплотрассы сторожка, человек ночует. тварь идёт к нему.

— Сейчас у вашего двора никого нет, — Элина заговорила быстро. — Марат утром проверял, потом я отозвала его на плодоовощную базу, оттуда вывозят клетки. Ему до вас полчаса, не меньше.

— Она раньше дойдёт, минут за десять, — до сторожки было слишком близко, чтобы рассчитывать на помощь.

Элина помолчала, в трубке было слышно, как она что-то говорит в сторону и коротко.

— Марат выезжает, — Элина снова обратилась ко мне. — Если человека можно оттуда вывести, выводи, только сам не лезь, можешь не справиться. Потом сразу позвони.

— Позвоню, — закончил разговор и повернулся к Нае. Она уже расстёгивала внутренний карман пуховика.

— Отведём её от сторожки, — эльфийка зажала в ладони монеты. — Когда будем на месте, я её позову, пойдёт на меня, а не на него.

— А я её встречу, — нащупал под курткой рукоять топорика. Новая защита добавила мне уверенности. — Как подойдёт, ставь полог, чтобы во дворе не слышали.

— Для этого и брала, — Ная уже направилась к арке. Мы вышли во двор и поспешили к гаражам.

Гаражи здесь стояли в три ряда, за крайним лежала насыпь теплотрассы, вдоль неё тянулся узкий проезд, укатанный до льда. Метрах в пятидесяти светилась щель в сторожке дяди Коли, другого освещения тут давно не осталось.

Близко подходить к жилью было опасно, старик мог выйти на шум прямо в пасть твари, и мы выбрали угол гаража в начале проезда подальше от светящейся щели. Здесь я оставил рюкзак, а Ная сумку, из которой с торжественным видом достала велосипедный шлем. Надевая его, почувствовал себя глупо. Стёпа прав, нужно подобрать что-то другое.

— Где она? — накинул петлю фонаря на правое запястье, левой вытащил топорик и вышел на середину проезда.

— Идёт по той стороне насыпи, — Ная осталась у угла шагах в пяти от меня. — Нас ещё не чует.

— Зови, — встал так, чтобы встретить тварь между насыпью и углом гаража.

Хранительница открылась ей, как вчера на базе. Я почувствовал спиной тепло, пробившееся даже сквозь куртку и пластины, для тварей же оно ощущалось куда заметнее человеческого.

— Повернула, бежит ко мне, — тихо предупредила Ная.

Поднял фонарь, пока не включая, и уставился на гребень насыпи, откуда должна появиться тварь. В темноте ничего не двигалось.

— Сверху! — Ная вскинула руку. — Александр, она на крыше!

Рывком направив фонарь вверх, резко включил его, яркий луч выхватил гончую на крыше гаража метрах в десяти от нас. Длинное серое тело, узкая голова, иней на губах. Она стояла на краю, глядя вниз, и свет ударил ей в глаза. Вместо падения прямо на мой топор гончая просто мотнула головой и отступила от края, и я потерял её из виду. По кровле она двигалась так тихо, что даже не понял, куда побежала.

За моей спиной Ная что-то шепнула, разворачивая полог над проездом и ближайшими гаражами. Шум города стих, две приготовленные монеты сгорели.

— Ко мне! Она у меня за спиной! — вскрикнула эльфийка, отшатываясь от угла.

Бросился к девушке и едва успел преградить дорогу гончей, которая соскочила с другого гаража. Ная отпрянула к стене, пропуская меня вперёд. От оказавшейся рядом твари тянуло могильным холодом.

Зверюга ударила меня в грудь всем весом и отбросила спиной на ворота гаража. Я устоял, но челюсти уже тянулись к горлу. Успел выставить правую руку, подставив под укус наруч.

Зубы скользнули по зачарованной коже, а стальная вставка выдержала сдавившие её челюсти. В плечо стрельнула яркая боль, однако пальцы по-прежнему слушались. От рывка фонарь выбило из ладони, и теперь он болтался на петле, освещая лёд.

Рубанул тварь топором в шею, заставив её разжать челюсти. Она отскочила, скользя лапами по льду, но тут же развернулась и снова пошла на меня. Уклониться значило открыть ей дорогу к Нае, поэтому остался на месте.

Подхватив фонарь свободной рукой, направил луч в морду гончей. Во второй раз сработало лучше: она замедлилась у самых моих ног, и я успел ещё раз ударить её по шее. Зверюга противно взвизгнула, упала на лёд и больше не поднялась.

— Всё, Александр, всё, — выдохнула Ная у стены. — Она мёртвая.

Я не опускал оружие, пока серое тело не начало распадаться, только тогда позволил себе перевести дух и