Читать книгу - "Эльфийский Маскарад. Том 2 - Евгений Лисицин"

Когда с обыском было покончено, Элина наконец открыла глаза. Она всё ещё сидела у бампера с засохшей кровью под носом. Мутным взглядом оглядела раненых охранников, связанного егеря, затем задержала взгляд на мне.

— Твоя работа? — спросила еле слышно, явно с трудом приходя в себя.

— Моя, — рассказывать подробности сейчас не осталось сил. — Он шёл прямо на тебя, не мог остаться в стороне.

Поднялся и помог ей встать, подав левую руку. Элина оперлась на неё, и мы выбрались из прохода.

— Одноразовый антимагический амулет, — эльфийка кивнула на пакет у Марата. — Раздавишь его, и чужие чары рвутся, а того, кто их держал, бьёт отдачей. Я про такие только слышала.

— Значит, хотел разобраться с нами без свидетелей, — запоздало понял я. — Поэтому и пошёл так спокойно.

— Казалось, он у меня в руках, — Элина говорила тихо, глядя на пластырь у меня на щеке. — Больше на одни чары полагаться не стану. А тебе ведь ещё велела держаться в стороне… Спасибо, Саша. Если бы ты не встал у него на пути… — она не договорила.

У входа в вокзал всё также толпились пассажиры, кто-то провожал родных, кто-то торопился с сумками к дверям. Там даже не подозревали о нашей драке.

Из динамика донёсся гнусавый голос, объявляя отправление на Ижевск, а через минуту мимо стоянки проехал автобус. В окне мелькнул тот самый толстяк в дублёнке. На мгновение мне стало интересно, удалось ли ему отстоять право не платить за дополнительный чемодан.

Мы с Маратом подняли егеря и усадили в машину. Охранники устроились по обе стороны от него и стянули ему лодыжки. Рюкзак держал Марат, аптечку убрали в багажник. Пленник молчал и смотрел перед собой, сквозь личину проступали резкие черты его настоящего лица.

— Веди ты, — Элина протянула мне ключи. — У меня перед глазами всё ещё двоится.

— Я едва поднимаю правую руку, — предупредил её. — Ладно, попробую левой, только быстро не обещаю.

Помог ей устроиться на пассажирском сиденье и сел за руль. Машина оказалась с автоматом, и одной левой управляться удавалось, хоть и неловко. Выезжал со стоянки медленно, стараясь не задеть фургон. Щека под пластырем саднила, а в зеркале видел Марата с рюкзаком, Игоря с перебинтованной рукой и зажатого между ними егеря в синем пуховике.

— На дальний склад, к Плахову, — она откинулась на подголовник и прикрыла глаза. — Туда же вызову врача. Игорю нужно зашить руку, да и Марата пусть посмотрит.

Повёз их обратно через центр по той же заснеженной дороге. В салоне царила гробовая тишина, только Марат изредка шипел сквозь зубы, когда машину трясло на ямах.

— На этот раз не ушёл, — Элина оглянулась на егеря с усталой, но довольной улыбкой. — Поговорим на складе и про тварей, и про того, кто велел их выпускать.

Пленник промолчал. После всего случившегося я тоже радовался, что мы везём его живым, хотелось наконец узнать, кто отправил гончую к нашему дому, и стоит ли ждать следующую.

— Со склада позвоню Нае, — мне не терпелось услышать голос хранительницы.

— Давай сейчас, — предложила Элина, заметив впереди красный сигнал светофора. — Я подержу трубку, пока едешь.

Когда остановились, разблокировал телефон и передал ей. Она нашла Наю в контактах, набрала номер и поднесла смартфон к моему уху.

— Ты где? — в голосе Наи сразу послышалось беспокойство.

— Еду на один склад, оттуда домой, — покосился на начальницу с моим телефоном в руке. — Всё хорошо, только нам снова придётся идти покупать куртку.

Арт

Глава 18

Утром Ная сняла с моей скулы пластырь и осмотрела рану. Порез за ночь подсох, хотя на подушке всё-таки остался след. Заклеив его, она приподняла мне футболку и занялась боком. Вдоль ребра тянулась красная полоса, но кожу содрало лишь в одном месте, и то слегка. С бедром повезло меньше, там нож прошёл глубже и повязка пропиталась кровью. Левое колено после вчерашнего удара посинело, но нога сгибалась.

— Броня тебя вчера здорово выручила, — хранительница закрепила бинт на бедре и с досадой покосилась на брошенную у кровати куртку. — А вот её теперь только в мусорку.

— Обязательно съездим за новой, — попробовал согнуть правую руку и поморщился. Надоело постоянно чувствовать боль. По-хорошему, стоило пару дней полежать и дать организму оправиться.

— Новую возьмём, когда вернёмся из Загранья, и выбирать, как договаривались, буду я, — напомнила Ная с явным удовольствием. — Походную до субботы побережём, а эту попробую зашить, пару дней ещё послужит.

В Перми за последнюю неделю одежду на мне рвали чаще, чем в Загранье, будет смешно, если походная куртка уцелеет и вернётся домой новенькой. Пока завтракал, эльфийка стянула края разрезов вощёной ниткой. Ткань вокруг грубых швов морщилась, и появляться в таком на людях было стыдно, но куртка хотя бы держала тепло. Надрезанный край воротника она оставила как есть.

Вчерашний свитер отправился на тряпки, распоротые джинсы туда же. С защитой я провозился дольше обычного, правая рука плохо слушалась. Ремень безрукавки на левом боку оказался глубоко надрезан; он ещё держался, но оставлять его так не стоило.

— Ремень вечером поправлю, — хранительница проверила надрез прежде чем помочь мне со свитером. — До шва с наговором нож не дошёл, на левом наруче он тоже цел, к Стёпе нести не придётся.

— Хорошо, а то я ещё и привыкнуть к доспехам не успел, а уже ремонт нужен, — вспомнил, как Стёпа нахваливал свою работу. Вряд ли он рассчитывал, что в первые же дни подставлю её и под зубы, и под нож.

— Давай вечером займёмся рукой, — Ная осторожно провела ладонью по больному плечу. — Я подлечу тебя, утром будет как новенькая.

— У нас ещё свежие монеты остались, все тебе отдам, — с радостью согласился на лечение. Перспектива отправиться в Загранье в таком состоянии совсем не радовала.

— Тогда и остальное залечу, — хранительница с явным облегчением приняла моё предложение. — Возиться придётся долго, зато в субботу пойдём спокойно.

Вечером нас ждала Зина. Вчера, пока я ездил на автовокзал, Ная сходила к ней одна и узнала, что в четверг та работает