Читать книгу - "Правила волшебной кухни - 12 - Юрий Винокуров"

это непременно будет, а под конец вечера нас ждёт шоу талантов! Музыкальный конкурс, в котором мы с моим другом Матео выступим в качестве судейского жюри! Вы же сможете определить, у кого из вас самый сильный и самый красивый голос!

Сирены зашептались.

— Ну и призы будут, конечно же! — продолжил я. — Победительница получит приглашение в мой ресторан! Столик на двоих, в любое время! Я лично буду обслуживать вас и подарю незабываемый вечер!

Шёпот усилился. Однако тут рыжая почему-то вдруг решила за всех:

— Нам это неинтересно! — крикнула она. — Ты хочешь обмануть нас, человек!

Вот ведь… а поклёвка-то срывается.

— Полагаю, — сказал я. — Это неинтересно лично вам, синьорина. Потому что у вас, наверное, и есть самый красивый голос?

— Верно, — улыбнулась сирена.

— И вам не нужно ни с кем соревноваться, потому что это и так все знают?

— Всё так.

— А зовут вас, милое создание?

— Лиорелла.

— Хм-м-м-м, — я сделал вид, что задумался. — Кажется, я про вас слышал. Кажется, это про вас говорили о том, что вы красиво поёте.

— Да-да-да, — раскланялась рыжая. — Это я. И поэтому никакое соревнование нам не нужно.

Ну а дальше я некоторое время помолчал, думая: неужели не прокатило? Однако тут с задних рядов донеслось:

— В каком это смысле у тебя самый красивый голос⁈ — возмутилась одна из сирен.

— Действительно! — подхватила её товарка. — С чего бы⁈ На семь морей все прекрасно знают, что это я владелица волшебного голосочка!

— Ты⁈ С хрена ли⁈

И понеслось: шум, гам, крики, ругань. Сирены повскакивали со своих мест и теперь активно выясняли и кого из них самых красивый голос. Кто-то дёргал соседку за волосы, кто-то гордо тыкал пальцем себе в грудь, а кто-то визжал так, что аж уши закладывало. Визжал. Не пел.

— Знаешь, Маринари? — опять шёпотом обратился ко мне Матео. — Я много чего видел и ещё больше слышал. И про сирен в том числе. Слышал, как их обманом заставляли что-то сделать, сбегали от них, отбивались, откупались. Но вот чтобы заставить сирен друг с другом драться… такое, наверное, первый раз за всю мировую историю происходит. Странные у тебя методы, Маринари. Очень странные.

— Ну не знаю, — пожал я плечами. — Вот если бы они на нас напали, то я бы открыл мешок с ветром. Прикинь, как их сдуло бы? Правда в воду. В родную стихию то бишь, но всё равно.

Матео на это лишь покачал головой. Я же продолжил наблюдать за потасовкой.

— И почему ты решила за всех, что мы не голодны⁈ — прилетела претензия к рыжей Лиорелле. — Я бы вот чего-нибудь съела!

— Кто это сказал⁈ — отозвалась она и встала на цыпочки, выискивая смутьянку в толпе. — Слышь! Пойдём выйдем!

— А пойдём!

— Правильно! — крикнул я. — Выходите! Выходите на нашу сцену, синьорины, и мы начнём конкурс!

В стане нечисти наметился окончательный разлад, и две сиренки, не спрашивая ни у кого разрешения, действительно двинулись по скалам в сторону трапа.

— Мне страшно, — прошептал Матео.

— А чего тебе страшно? Ты же с русалками живёшь.

— Русалки — это русалки, — сказал Матео с таким видом, будто бы его слова хоть что-то объясняли. — А сирены — это сирены. Мне очень страшно, Артуро. Одна дело, когда они от тебя за двести метров и тебя плющит, как глубоководного краба. А другое дело, когда они хоть строчку тебе прямо на ухо споют, — тут рыбак схватил меня за плечи и начал трясти: — Что делать, Артуро⁈

— Как это что? — хохотнул я. — Накрывать столы!

— Но ведь у нас нет столов!

— А вот это, дорогой друг, твои личные проблемы. Это твой корабль, значит столы на тебе. Всё, что касается еды, я возьму на себя, а дальше сам-сам-сам.

— Но как⁈

— Матео, — вздохнул я. — Я знаю, что у тебя в трюме целая куча бухла припрятана. Так что давай, не жадничай, и тащи вообще всё. Потому что именно от этого сейчас зависят наши жизни. И ещё, Матео…

Я поглядел на целую толпу сирен, которые уже выстроились в очередь на ближайшей скале и потихонечку поднимались на борт. Красивые, заразы.

— Так вот, — опомнился я. — Когда сирены начнут с тобой общаться и задавать какие-нибудь вопросы, сразу же вверни в разговор то, насколько сильно ты любишь своих русалок. И скажи ещё, что планируешь вернуться из этой поездки и сразу же сделать предложение.

— Но я… я ведь не планирую ничего такого.

— А ты скажи, — настоял я.

— Зачем?

— Объясняю! — я за плечо развернул Матео в сторону сирен. — Если они выпьют, будет шанс, что они захотят потанцевать. А если они заходят потанцевать, есть ненулевая вероятность того, что они и ещё чего-нибудь захотят. И вот по этой самой причине…

Кажется, тут в глазах Матео я уловил нечто, похожее на понимание.

— Мне вот даже обманывать никого не надо, — сказал я. — У меня свадьба вот-вот, можно сказать «на днях». А вот ты, милый друг, в зоне риска.

Рыбак сглотнул подступивший к горлу комок и тихонечко выругался на итальянском.

— Ну всё! — крикнул я. — Вперёд! Тащи алкоголь, пока девочка не начали нервничать! А я пока угли разожгу…

Глава 21

Один хлопок бутылки игристого, два хлопка, три… в какой-то момент мне показалось, что кто-то пупырчатую плёнку прикола ради терзает. Матео разорился, сирены приняли дар как должное, и следом понеслось весёлое веселье.

И пока что всё шло вроде как по плану.

Матео полазал по своим таинственным ящикам и нашёл там вообще всё, что нужно. Те самые вещи, которые ещё сегодня по утру я считал бесполезным хламом, пригодились как нельзя кстати. У рыбака с собой оказались скатерти. Белые, накрахмаленные, слегонца пахнущие каким-то ароматизированным стиральным порошком, — боюсь ошибиться, но возможно, что это были запасные паруса. Далее — полный набор посуды. Несколько коробок с новенькими, чистеньким, — муха не сидела, — бокалами флютте, набор симпатичных тарелок, приборы, салфетки, свечи.

— На кой-чёрт тебе всё это нужно? — резонно спросил я, глядя как рыбак потрошит своё барахло.

—