Читать книгу - "История философии - Энтони Грейлинг"

Вильгельм пережил и свою болезнь, и свое удовлетворение от того, что Ансельм стал архиепископом Кентерберийским. Они часто конфликтовали, и ссоры продолжились между Ансельмом и преемником Рыжого, Генрихом I. Победа — после двух периодов изгнания и других разногласий — в итоге осталась за Ансельмом, который сумел добиться независимости Церкви от Короны и верховенства Кентербери над Йорком (вражда между этими двумя архиепископствами была источником ожесточенных споров на протяжении большей части его пребывания в должности).

На протяжении всей своей насыщенной и бурной общественной жизни Ансельм находил время для размышлений и трудов. Большая часть его трудов была посвящена сложнейшему, запутанному богословию, бок о бок с которым шла столь же глубокая и детальная философия. Схоластика (то есть «школьная философия» — общее название средневековой философии) пользуется репутацией учения, состоящего из мелочных споров и тончайших различений; репутация эта вполне заслуженна, и труды Ансельма служат тому наглядным примером. Например, в связи со словами, которые могут выступать как в роли существительных, так и прилагательных, он задается вопросом, указывают ли они на субстанцию или на качество. Чтобы решить эту проблему, он провел различие между сигнификацией и аппелляцией — понятиями, довольно близкими к «обозначению» и «описанию» соответственно, — и утверждал, что такое слово, как «красный», сигнифицирует одну вещь, а именно красноту, но применяется ко многим вещам: красным мячам, красным носам, красным флагам. Более того — и это весьма тонкое замечание, — хотя слово «красный» сигнифицирует красноту, оно не «аппеллирует» к ней и не служит ее примером; ведь сама «краснота» не красна, точно так же как «бытие человеком» не есть человек.

Другим примером может служить его доказательство того, что истина существовала всегда, — важное положение для теологических целей. Оно звучит следующим образом. Предположим, что истина существовала не всегда. Тогда до того, как истина возникла, было истинным, что истины не существовало. Но это означает, что истина существовала еще до того, как она появилась, а это противоречие. Следовательно, предположение о том, что «истина существовала не всегда», ложно.

Сегодня Ансельма помнят главным образом благодаря его доказательствам бытия Бога, которые изложены в «Монологионе» и трактате «Об истине», но в первую очередь — во второй главе «Прослогиона». Главный аргумент, стремящийся доказать существование Бога исходя из одной лишь мысли о Нем, формулируется так. Понятие Бога — это понятие о величайшей сущности, которая только может быть, о чем-то настолько великом, что ничего более великого невозможно себе помыслить. Понятие об этом величайшем сущем, очевидно, присутствует в уме — мы его мыслим. Но если бы это величайшее сущее существовало только в уме, мы могли бы помыслить и нечто большее — а именно то же величайшее сущее, но существующее на самом деле, в реальности. Следовательно, это величайшее из всего возможного — Бог — должно существовать в действительности.

Это рассуждение называют «онтологическим аргументом» со времен критики, которой его подверг Иммануил Кант в XVIII веке. Возражение Канта состоит в том, что этот аргумент превращает существование в свойство, равное любому другому, тогда как оно является не свойством, а условием, позволяющим чему-либо обладать свойствами. Аргумент утверждает, что «реальное существование» — это свойство, которое делает объект «более великим», чем тот, что «существует только в уме». Но подумайте сами: предположим, в моей комнате стоит стол с коричневой столешницей высотой в один метр. (Фраза «стоит» здесь — другой способ сказать «существует».) Я могу покрасить этот стол в другой цвет или отпилить несколько сантиметров от его ножек, и стол все равно будет существовать. Но могу ли я превратить существование стола в несуществование, оставив его цвет или высоту неизменными? Очевидно, нет: как может несуществующий стол иметь цвет или высоту? Ансельм исходил из того, что величайшее мыслимое сущее, чтобы оставаться таковым, должно обладать свойством существования как необходимым аспектом величия; но аргумент Канта гласит, что для обладания любыми свойствами, которые якобы делают это сущее великим, оно должно — так сказать — «уже» существовать, а потому существование не является свойством, будь оно сущностным или каким-либо еще.

В любом случае утверждение о том, что нечто не существует (если оно на самом деле существует), может быть ложным, но оно не содержит в себе логического противоречия. Онтологический аргумент пытается представить отрицание существования Бога как противоречие на том основании, что существование — это неотъемлемая часть Его природы. Но подобное утверждение — целиком и полностью вопрос дефиниции. Ансельм опирается на традиционное представление о Боге как о существе, обладающем всеми положительными качествами (и не обладающем отрицательными) в превосходной степени; однако это чисто условное допущение.

Ансельм проводит различие между «существованием в мысли» и «существованием в реальности», но не переносит это различие на разницу между обладанием свойством в мысли и обладанием свойством в реальности. Одно это уже губительно для его аргумента. Более того, критик мог бы спросить: чем обосновано утверждение, что существование в реальности «величественнее» существования в мысли? Что здесь означает «величественнее» — означает ли это «лучше»? Почему нужно автоматически предполагать, что быть реальным «лучше», чем быть просто помысленным? Разве убийство, например, становится лучше от того, что происходит в действительности, а не только в мыслях?

Возражение, которое некоторые считают наиболее эффективным против Ансельма, было выдвинуто его современником Гаунило из Мармутье, еще одним бенедиктинским монахом. Оно известно как аргумент «Потерянного острова». Вместо «величайшего сущего, какое только можно помыслить», Гаунило предложил представить себе «величайший остров, какой только можно помыслить». Это совершенно осмысленное выражение; мы его понимаем, а значит, величайший из мыслимых островов существует в нашем уме. Но согласно логике Ансельма, величайший из мыслимых островов, существующий на самом деле, был бы более великим, чем тот, который существует только в уме. Следовательно, такой величайший мыслимый остров обязан существовать в реальности. По мнению Гаунило, это наглядно демонстрировало абсурдность рассуждений Ансельма.

Ученые до сих пор спорят об аргументе Ансельма, а некоторые современные философы, включая Алвина Плантингу, пытаются сформулировать такие его версии, которые безупречно работали бы. Интересно, что доказательства бытия Божьего никогда не приводят людей к теистической вере: в лучшем случае они служат post facto оправданием или рациональным объяснением того убеждения, которое почти всегда возникает из совершенно иных источников.

АБЕЛЯР (1079–1142)

Пьер Абеляр известен за пределами истории философии благодаря своей знаменитой и трагической любовной связи с Элоизой. Он был умен, красив и харизматичен, а будучи преподавателем Парижского университета, пользовался невероятной популярностью у студентов, которые съезжались послушать его со всех уголков Европы — настолько далеко простиралась его