Читать книгу - "Причудливый узор нити жизни - Ирина Лядова"

спине. Злата вновь охнула и упала лицом в землю. – Отвечай!

– Батюшка, пощади, – взмолилась Злата. – Уж не ведаю, чем обидела тебя, да только прости меня, сжалься!

– Ах ты, дрянь, – Злата вскрикнула от нового удара по спине, – не ведает она, как же. Вот тебе!

Окончательно обезумевший старик замахнулся посохом и со всей силы ударил девушку по голове. На этот раз Злата даже не вскрикнула, потеряв сознание мгновенно.

– Так тебе и надо, дрянь. – Зло сказал Чернобог, пнув лежащую на земле девушку. – Ничего, скоро все вспомнят меня, заговорят обо мне.

– Браво, – раздался насмешливый женский голос. Из-за Древа жизни вышла Марена, хлопая в ладоши. Женщина кивнула в сторону лежащей без сознания девушки. – Смотрю, ты серьезного соперника победил в неравной битве.

– Забирай, – Чернобог пнул девчонку в сторону Марены. – Ты же за ней пришла. Делай свою работу и убирайся.

– А с чего это ты, старый, решил, что я за ней? – ухмыльнулась женщина. – Может, я за тобой пришла?

– Не говори ерунды, – свысока поглядел тот. – Уж кому-кому, а не тебе со мной тягаться.

Марена хмыкнула.

– Куда уж мне до вас, батенька, – насмешливо сказала она. – Вы мне всю жизнь про это твердите.

– Чего же ты до сих пор не усвоила? – злобно ответил старик. – Убирайся, говорят тебе.

– А то что же? – Марена ласково провела пальцем по лезвею своего серпа. – Как в детстве, накажете?

Чернобог стукнул посохом, и на женщину налетел тёмный вихрь. Марена махнула рукой и вихрь опал.

– И это всё? Не уж-то хватку потеряли? Али люди верить в вас перестали?

– Не зли меня, Мара.

– Люди зовут меня Марена, а вот вас, батенька, звать не хотят. Да и не уверена я, что вообще помнят. Жертвы вам не приносят, капища ваши сожгли…

Лицо Чернобога пошло багровыми пятнами, желваки вздулись.

– Гадкая девчонка! – рявкнул он. – Ты забыла с кем ты говоришь! Я великий бог! Ты ничтожное отродье! И мать твоя – дрянь…

– А вот матушку трогать не смейте, – поджала губы Марена. – Вы в её смерти виновны, не вам про неё речи вести.

– Мерзавка, ты ещё вздумала мне перечить! – воскликнул старик и, замахнувшись посохом, со всей силы ударил. Вместо Марены удар пришёлся на искалеченное Древо, посох не выдержал и треснул. Женщина рассмеялась.

– Как же вы теперь, батенька, без посоха своего? Ведь даже до дома не дойдёте.

Чернобог в сердцах бросил сломанный посох на землю.

– Мара, исчезни сейчас же с глаз моих, пока шею тебе не свернул!

Марена подошла к посоху и, присев, провела рукой по обломкам.

– Жаль, хороший был, так вы мне им попользоваться и не дали, – хмыкнула она насмешливо.

– Убью! – сплюнул Чернобог, однако вновь приближаться к женщине не спешил.

– Меня? Убьете? Папенька, ну вы же сами знаете, что тогда вам мне на замену становиться придется, а вы с людьми возиться не любите.

Чернобог сжал кулаки.

– Ладно вам, не стоит так переживать, возраст у вас уже не тот. Ухожу я, – и Марена, коснувшись рукой Златы, рассыпалась вместе с ней вороньим пером.

– Вот же стерва выросла, – вслух сказал старик. – Никакой помощи отцу. Гадина.

Сноски:

Плато Маньпупунёр – реальный геологический памятник природы на Северном Урале (Республика Коми), известный своими семью гигантскими каменными столбами (останцами высотой до 42 м), которые называют «мансийскими болванами».

Глава 24

– Ох-хо-хо, – Яга хлопотала вокруг лавки, на которой лежала Злата, стирая кровь и грязь с лица девушки. – Это кто ж её так?

– Так батенька мой, родимый. Кому же ещё удовольствие приносит измываться над слабыми?

– Чернобог? Где ж она его повстречать умудрилась? – Яга всплеснула руками. Тут же в разные стороны разлетелись брызги от мокрой тряпки. Марена поморщилась.

– У Древа. Точнее у его останков. Не знаю, что задумал старик, но уничтожение Древа – явно его рук дело. Только вот зачем ему это?... – женщина устало потёрла виски.

– А это ещё что такое? – Яга смыла грязь с руки Златы и теперь рассматривала змеиное пятно на тыльной стороне ладони.

– Что? – Марена подняла голову.

– А ты поди, глянь сама, – ворчливо предложила Яга.

Марена встала и подошла к тётке.

– Ещё одна метка. Чудно, – невесело сообщила она.

– Вижу, что метка, – сказала Яга, опустив руки Златы и уставившись на племянницу внимательным взглядом, – только вот чья она? И так ловко вплетена, так и не заметишь сразу…

Женщины задумались, то и дело возвращаясь взглядом к пятну.

Несколько дней Злата почти не приходила в себя. Находясь в забытьи, девушка беспокойно ворочалась, стонала, а иногда кричала, словно её что-то терзало изнутри.

– Как она? – Марена, как обычно, зашла без стука. Яга недовольно скривилась.

– Сколько раз повторять, что стучаться надобно? Неужто так тяжко это?

– Тётя, не начинайте, прошу, – Марена присела на лавку и потёрла глаза.

– Устала?

– Есть немного, – подтвердила та. – Батюшка совсем озверел. Холера во всю бушует, только успевай нити обрубать.

Злата, лежащая на лавке, вновь застонала. Баюн, караулящий рядом, замурлыкал песню, ласково водя хвостом по лицу девушки, словно отгонял невидимую мошкару.

– Опять мучает её что-то, – Яга присела напротив Марены. – Сколько уж бьёмся, а всё никак. Тяжело ей встреча с Чернобогом далась.

Марена прищурилась и провела ладонью перед лицом, раздался странный глухой звук. Злата выгнулась на лавке и, резко упав обратно, часто задышала.

– Нить её крепкая, сама себя она мучает.

– Её бы в себя привести, – задумчиво сказала Яга, пожевав губу. – Душевные раны её тревожат, тянут в Навь.

Марена нахмурилась.

– Ничего её в Навь не тянет… – Марена задумчиво разглядывала Злату. – Тётя, знаешь что странно? После встречи с моим отцом метка Нави на ней стала блеклой, словно выгорела… Да и сама она теперь словно ни к какому миру не принадлежит. Думается мне, что не вернуться ей домой теперь, чужая она для Яви стала.

– Стала? А может, и была чужой? Много ли ты живых людей с меткой Нави