Читать книгу - "Причудливый узор нити жизни - Ирина Лядова"

– Обручить не смогу, – Злата опустила голову, – нет у меня на то дозволения. Возможно, батюшка твой сможет?

– Батюшка? А то как же, – девица стукнула по воде ладошкой. – Он как увидел возлюбленного моего, так гневался, что озеро водоворотом пару дней ходило. Видишь, что с косами моими стало?

Девушка дёрнула себя за спутанную прядь и вновь разрыдалась.

– Ох, сестрица, тяжко тебе, – промолвила Злата. – Коли позволишь, с косами помочь могу, у меня и гребень с собой есть. Вдвоём быстрей управимся.

Злата, пока не передумала, начала искать за пазухой гребешок. Русалка задумчиво притихла, смахнув слезы. Капельки упали на камень, зазвенев жемчугом.

– Правда поможешь? – спросила она, недоверчиво глядя на Злату.

– Отчего бы нет? Ночь длинная, управимся.

– Хорошо, – кивнула русалка, присаживаясь на камень спиной к Злате. Стоило ей опустится, как рядом с её ногами, оказавшимися по колено в воде, вынырнула голова какого-то чудища. Злата испуганно отшатнулась и, оступившись, чуть не упала: нога опять утонула в иле. В попытке достать ногу, девушка неудачно схватилась за осоку, в кровь порезав руку.

– Не пужайся, – промолвила русалка и, протянув руку, погладила чудище по гладкой голове, – это Глот, мой любимец.

Злата вернула равновесие и обтерла кровь с руки об сарафан. Зажав в пораненной руке гребень, Злата принялась аккуратно распутывать волосы русалки. С них тонкими струйками текла вода, а сами волосы пахли тиной.

Злата отвлекалась от боли в руке, пытаясь распутать волосы русалки. Пряди волос переплелись с водорослями и мелкими ветками, порой в колтунах попадались ракушки.

– Ай, – вскрикнула русалка, когда Злата попыталась достать рыбий скелет из волос.

– Прости, – запричитала Злата, – тут очень сильно запутано. Ты знала, что в твои косы попал рыбий скелет?

– Какой ещё скелет, что ты такое говоришь? – русалка дернулась и снова вскрикнула от боли.

– Подожди-подожди, сейчас постараюсь аккуратно достать, но, если будут больно, не дёргайся, пожалуйста.

Злата пыхтела, пытаясь аккуратно достать из волос мелкие косточки. Русалка в очередной раз дернулась, и скелет рыбы разломился на несколько частей. В темноте Злате показалось, что мелкие косточки сразу как-то потемнели, выпутывать их стало проще. Потратив ещё четверть часа, девушка смогла достать все рыбьи останки. Прошло ещё немало времени, прежде чем Злате удалось полностью распутать косы русалки.

Русалка, привыкнув к Злате, вовсю болтала, рассказывая о своем возлюбленном, сетовала на родителя, выступившего против брака, и мечтала о замужестве. Наконец волосы заструились ровным водопадом по спине русалки.

– У меня дома на счастливое замужество читают заговор, когда косы чешут, – вдруг произнесла Злата, удивившись самой себе. – Хочешь, я тебе прочту?

– Хочу! – воскликнула русалка радостно.

Гребень в руках Златы пропитался кровью, но та не заметила этого в ночной темноте. Выдохнув, она ухватила его покрепче и принялась напевать, водя гребнем по волосам, те легко струились через пальцы. Произнеся последние слова, девушка опустила руки и устало опустилась на камень рядом с русалкой.

Русалка сидела молча, не шелохнувшись, от неё исходило едва заметное мерцание. Повернувшись к Злата, она вдруг серьезно сказала:

– Спасибо! Ты знаешь, у меня словно пелена с глаз спала. Я не знаю, что ты сделала, но я вдруг поняла кое-что очень важное…– и больше ничего не объясняя русалка нырнула в воду. Злата растерянно глядела ей во след. Глот исчез следом за ней.

Прошло несколько минут, и вновь появилась голова Глота, но Злата так устала, что даже не отстранилась, когда огромная рыба приблизилась к ней, лишь зажмурилась, когда Глот открыл огромную пасть. Так и не почувствовав ничего кроме смрадного дыхания, девушка открыла глаза. Перед ней всё так же с открытой пастью был Глот, а в пасти его лежал молодой мужчина. Волосы прилипли к его лицу, одежда поистрепалась, но, кажется, он был жив. Тут и русалка вернулась.

– Посторонись, Глот! – прокричала она, пытаясь пробраться к камню, где сидела Злата, и негодующе продолжила: – И чем тебя только папенька кормит, что ты такой огромный?

Глот неуклюже подвинулся, и русалка смогла пролезть в образовавшийся зазор.

– Уф, думала, не удастся незаметно от папеньки его вытащить, – махнула она в сторону мужчины.

– А кто это? – аккуратно спросила Злата.

– Ах, да, – русалка потупилась и убрала прядку волос за ухо. – Это тот самый жених, против которого выступал мой отец.

– Выступал? – Злата перевела взгляд на русалку. – Значит, сейчас он не против?

– И сейчас против, – вздохнула русалка.

Злата прижала ладони к щекам, испугавшись своей догадки.

– Значит, вы решили сбежать?

– Нет, глупая, – рассмеялась русалка. – После твоего заговора я вдруг поняла, что совсем не люблю этого человека, я даже имени его не знаю.

– Это как? – Злата вновь перевела взгляд на мужчину в рыбьей пасти.

– Да он к нам на озеро пару дней назад пришёл, всё высматривал кого-то, – начала рассказ русалка. – Мне скучно было на дне, и я решила на Глоте покататься. Помню что-то в воду упало, я вынырнула, чтоб поглядеть, что такое и увидела его. И всё – потеряла покой. Заманить его в воду было легко, только вот он никак не хотел топиться. Тут-то Глот и пришёл мне на помощь. А отец как увидал человека, очень гневался. Я же просватана уже за Налима.

– И что теперь? – Мысли в голове Златы путались.

– Ничего. Я поняла, что моё счастье с Налимом, а этот пусть идёт куда шёл, – и русалка снова махнула рукой. И негодующе добавила: – Глот, да выплюнь ты его уже!

Чудище послушно выплюнуло мужчину на берег, и он сразу скрылся среди осоки, раздался лишь чавкающий звук ила.

– Батенька твой рад? – пробормотала Злата, пытаясь высмотреть, куда приземлился незнакомец.

– А он ещё не знает о моём решении, – легкомысленно сообщила русалка.

– Знаю, и я рад, что ты образумилась, дочь, – раздался громкий булькающий голос. Девушки одновременно вздрогнули. Из-за спины Глота выплыл мужчина. Поднявшись во весь рост, он завис над водой. Это был рослый мужчина с длинными темно-зелёными илистыми волосами, одетый в кафтан, украшенный раковинами и рыбьей чешуёй. Злата с ужасом смотрела на отца Щуки, узнав в нем того, кем её пугали в детстве, перед ней был никто иной как сам