Читать книгу - "Ненужная жена генерала. Семейный штаб закрыт - Виолетта Весна"

остаются в работе. Каждая закрытая карточка подтверждена принимающей стороной и вторым сотрудником. Журнал перед вами.

Сапожников постучал пальцем по первой странице.

— Вы предлагаете оставить все как было.

— Нет. Как было, уже не будет. Оперативной сменой руководит Лариса Гайдук, а не я. Итоговый статус нельзя присвоить единолично. Связь с опасной зоной идет только через назначенного сотрудника ведомственного центра. Я отвечаю за ресурсы, договоры и предел нагрузки. Это разделение можно закрепить решением совещания.

— То есть областной штаб должен поверить организации, которая сама только что признала ошибку?

— Областной штаб может проверять наши данные. Но подчинение не заменит проверку.

Сапожников повернулся к Владиславу.

— Ваше мнение?

— Я заявил отвод от решений по договору с АНО и не оцениваю их заявку, — сказал Владислав. — В оперативной схеме центр отвечает за обстановку, безопасность маршрутов, эвакуацию и передачу заявок. «Рядом» — за гражданское размещение по своим договорам. Ночной сбой вызван неверным итоговым статусом, а не отсутствием единого начальника.

— При едином начальнике его могли бы заметить раньше.

— Могли не заметить вообще, если бы ту же выгрузку приняли без проверки. Ошибку обнаружила сама организация и сообщила до внешнего запроса. Новый порядок устраняет ее причину. Смена руководства за сорок минут до второй волны создаст новые риски: неясную ответственность за людей, доступ к данным и договорные расчеты.

— Что предлагаете вы? — спросил Сапожников.

— Оставить два контура и назначить связного центра на каждую смену. Через него передавать номер заявки, время и допустимый маршрут. «Рядом» назначает гражданский ресурс и возвращает результат. При расхождении карточка не закрывается. Руководитель смены АНО подписывает часовую выгрузку, наш связной проверяет не менее десяти процентов результатов.

— А добровольцы?

— Подчиняются руководителю своей программы. На опасные участки не направляются.

Сапожников посмотрел на Зуева.

— Справитесь с таким контролем?

— Связные уже работают по этой схеме. Нужен второй человек на дневную смену, я выделю его из аналитической группы.

— Вы оба понимаете, что единый центр был бы проще для доклада наверх?

— Для доклада — да, — ответил Владислав. — Для исполнения сейчас нет.

Юрист пролистал документы.

— Можно оформить решением об усиленном информационном обмене без передачи персонала, — сказал он. — Ответственность каждого оператора данных сохранится. Временный порядок будет действовать до отмены погодного режима.

— Оформляйте, — решил Сапожников. — Гайдук руководит гражданской сменой, Карпова отвечает за ресурсы и взаимодействие с партнерами. Зуев назначает связных. Часовая отчетность и выборочная проверка. Ошибка и корректирующие меры входят в итоговый отчет без сокращений.

— Согласна, — сказала я.

Лариса тоже подтвердила.

В одиннадцать двадцать семь дорожная служба сообщила, что маршрут к Лесному открыт для колонны официального транспорта на сорок минут. Самостоятельное движение автобусов по-прежнему запрещалось. Районная комиссия просила вывезти восемнадцать человек из школьного пункта и освободить места для жителей двух соседних деревень, где отключилось отопление.

Сапожников завершил совещание одной фразой:

— Теперь покажите, что схема работает.

Лариса вернулась в наш офис. Я осталась в областном центре за свободным столом рядом со связным. Так мы не смешивали руководство: она управляла людьми, я подтверждала ресурсы и принимала запросы по установленному каналу.

Первый запрос пришел в одиннадцать тридцать четыре. Ведомственная колонна должна была забрать восемнадцать человек из Лесного и доставить их на безопасную площадку у районной администрации. Оттуда два автобуса нашего перевозчика могли везти людей в общежитие колледжа. Дорожная служба разрешила городским машинам доехать только до площадки, не дальше.

Диспетчер перевозчика подтвердил два автобуса к двенадцати двадцати. Я отдельно предупредила: водители ждут на площадке и не едут навстречу официальной колонне. Общежитие сохранило восемнадцать мест и еще четыре резервных, администратор прислала подтверждение на рабочую почту.

В двенадцать начался ледяной дождь. Городские службы ограничили скорость транспорта. Общежитие перенесло прием на служебный вход, и мы внесли адрес в карточки до отправки машин.

В двенадцать девять связной сообщил:

— Колонна прибыла в школу. Началась поименная посадка. Двое отказались ехать, остаются у родственников в Лесном.

— Отказ подтвержден лично?

— Да. Есть подписи в районном списке.

— Передайте копию. В общежитие едут шестнадцать, два места снимаем после прибытия автобуса.

При сверке выяснилось, что восемнадцать карточек относились к девятнадцати людям: взрослая дочь одной из женщин числилась в карточке матери. Лариса не закрыла запись, пока район не прислал список, а Вика не подтвердила данные дочери. После двух отказов ехать должны были семнадцать человек. В двенадцать двадцать восемь официальный транспорт доставил их на площадку. Наши автобусы выехали только после двойной проверки. Ни одна строка до этого не стала зеленой.

В тринадцать тридцать один общежитие подтвердило прием семнадцати человек. Администратор назвала фамилии и номера комнат. Вика проверила запись, Лариса подписала итог. Два отказа получили отдельный статус после подтверждения районного координатора.

— Лесной закрыт, — сообщила Лариса. — То есть задачи закрыты. Пункт продолжает работать для местных.

— Приняла. Что с новыми обращениями?

— Тридцать два за два часа. Девятнадцать закрыты, тринадцать в работе. Предел не превышен. Светлана ведет питание в школьном пункте через директора. Сама никуда не едет.