Читать книгу - "Предатели за спиной - Ольга Олеговна Погожева"

впрочем, тоже. Дважды в год Маргарет исправно писала отцу и даже иногда получала открытки в ответ. Дело рук экономки, не иначе.

– Люди меняются, – мягко заметил Ян. – Может, когда-нибудь майор Морган тоже согласится, что дочь имеет право на собственный выбор.

– Я не ищу его одобрения, – покачала головой Маргарет. – Как и он никогда не простит мне того, что я родилась не сыном. Я могу быть сколько угодно уникальной стихийницей для МИ-6, но я никогда не стану полноценным ребёнком майору Моргану. Потому что я всего лишь дочь.

Отец признавал её заслуги и по-своему гордился успехами Мэгги, как гордятся хозяева дрессированных собак, послушно выполнявших заученные трюки. Но собакам всё равно не дозволяется того, что и наследникам дома.

– Мизогиния? – вздохнул Ян, бережно погладив Маргарет по спине.

– Хроническая, – ровно ответила Мэгги. – Мне повезло, я смогла убежать. Мать он свёл в могилу.

– И тогда ты решила, что ни один мужчина не станет властвовать над тобой? Подсознательно, но решительно… пока не стала настолько сильной, что лишь редкие безумцы отваживались оказывать тебе знаки внимания…

– Снова менталистские штучки? – нахмурилась Маргарет.

– Нет. Это то, что по-своему сделал я сам.

Маргарет опустила глаза, слушая собственно отчаянно колотящееся сердце. Даже рой снежинок, окутавший их непроглядным ураганом, дрогнул.

– Ты поэтому не признаешь уэльской крови отца? – негромко спросил Ян, привлекая её к себе. – Я слышал, что агент Морган всем представляется шотландкой. По матери?..

Маргарет помолчала, отряхивая снежинки с мужского пальто.

– Я ничего не имею против уэльского родства, – ответила она наконец. – Но я не горжусь тем, что ношу его фамилию.

Снежный вихрь закрутился быстрее, и в нём сверкнули первые осколки льда. Профессор не дал ей углубиться в собственные нерадостные мысли.

– Выходи за меня, Мэгги, – едва слышно позвал Ян, прижавшись губами к её головному платку. – Моя фамилия не слишком благозвучна, но я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. И ничего из того, чего бы ты не захотела.

Агент Морган медленно отстранилась, посмотрела в серьёзные зелёные глаза профессора и невольно шагнула назад.

То есть, попыталась, потому что Ян не дал.

– Я не буду идеальным мужем, – сжав пальцы так, что Маргарет поёжилась в тёплом плаще, быстро заговорил Зборовский. – Я стар, скучен, совершенно не умею себя вести с женщинами…

– Я заметила, – невольно улыбнулась Маргарет. – Не переживай: я не имею никакого намерения быть идеальной женой. Я не буду ждать тебя с ужином или штопать носки.

– Вот и прекрасно! – неуместно обрадовался Зборовский. – Ты будешь работать, я буду работать… Главное, что у нас будем мы! Наши мысли, взгляды, интересы… Нам не будет скучно, Мэгги! И это уже больше того, что есть у большинства пар.

– Одна загвоздка, – всё ещё удивляясь, заметила Маргарет. – Я ещё не сказала «да», профессор.

– Так скажи, – серьёзно посоветовал Ян. – Может, успеем даже зарегистрировать брак до того, как шеф Кеннингем раскидает нас по миру.

– Зачем тебе жена за тысячу миль от дома? – удивилась Маргарет. – У меня такое чувство, что я не вернусь в Англию до самого конца войны.

Профессор Зборовский не стал ни разубеждать, ни уговаривать.

– Я просто расчётлив, Мэгги, – серьёзно ответил Ян. – Как супруг военнообязанной, я буду получать все положенные льготы.

И улыбнулся.

А Маргарет с изумлением поняла, что это был первый раз, когда профессор Зборовский пошутил с той самой иронией, которой так не хватало доктору Вольфу.

Константин скажет, что она сломала ему друга.

– Сутки на размышление, профессор, – отозвалась Маргарет, всё ещё переваривая неожиданное предложение.

– Могу я как-то повлиять на ваше решение, агент Морган? – подхватил тон Зборовский и снова улыбнулся, склоняясь к её губам.

Валери, наверное, хитро подмигивала из могилы, любуясь представлением, и на миг Маргарет показалось, будто подруга и впрямь их видит. Не то чтобы это стало бы для неё новостью – агент Стоун ещё на пароме разглядела «взаимный интерес». Как там она сказала? «Спорим, будто профессор ещё на свидание тебя позовёт»?.. Наверное, проницательная Валери сейчас сожалела о том, что не успела выиграть очередное пари.

Ян почти светился, не стирая неприлично счастливого выражения с лица, так что Маргарет совершенно зря надеялась, что коллеги этого не заметят. Когда они с профессором спустились заснеженной тропой обратно к шоссе, скучавшие у автомобиля сопровождающие переглянулись и дружно закашлялись.

– Рекомендую стереть помаду до того, как мы вернёмся в госпиталь, профессор, – сдержанно предложил один, поглядывая то на Зборовского, то на Маргарет. – Иначе шеф Кеннингем обвинит в наклонностях к содомии и отправит на принудительное лечение.

– Могли и не ехать на кладбище, чтобы уединиться, – поддакнул второй, ухмыляясь уж совершенно неприлично. – Мы бы с Гарри отвезли вас в номера, а для Джерри придумали бы убедительную историю про заснеженную трассу и застрявший автомобиль.

– Рекомендую придерживаться убедительных историй, джентльмены, – ровно отозвалась Маргарет, оттирая платком уголок губ заалевшего Яна, – иначе профессор придумает за вас. Полагаю, никто не обрадуется, если в мозгах поковыряется менталист? Ну, так, чтобы забыли про помаду и не болтали лишнего…

– А…

– А магэксперт, доктор Вольф, внезапно не увидит чужого вмешательства, потому что они с профессором давние друзья.

– Убедила, – вздохнул Гарри, открывая дверцу перед Зборовским. – Страшный ты человек, Морган.

Ужасы только начинались, потому что когда они вернулись в госпиталь, Яна тотчас позвали в реанимационный блок. Маргарет, убедившись, что шеф Кеннингем не вернулся из Лондона, куда укатил сразу после похорон Валери по срочным делам, прошла следом. Второй пилот Найлз и борт-инженер Дэвис, как только с них были сняты все подозрения, отправились на место основной службы. С агентом Морган оставалось ещё несколько коллег для обеспечения безопасности, хотя теперь смысл в них поубавился.

Во-первых, потому, что чужие приказы больше не туманили мозги ни Маргарет, ни уже покойной Валери. Во-вторых, потому, что Джанфранко Медичи отложил план по эвакуации детей и занял всё крыло в гостинице, переложив заботу о наследниках на прибывшую охрану и прислугу. В-третьих, потому, что министр Энтони Ллойд уехал и не наседал со сроками исцеления сына, по-видимому, решив, что в случае смерти Джона его известят, а на положительный исход надеяться не приходилось.

В госпитале наступил мир и покой. Вечный покой, как мрачно шутил доктор Вольф, ранения которого оказались серьёзнее, чем у Маргарет, и которого Ян не выпускал с больничной койки.

– Профессор прописал диету, – испуганно тараторили за приоткрытой дверью, когда Ян с Маргарет подошли к палате. – Да вы и сам, доктор, должны понимать!..

– Понимаю, – покладисто согласился слабый, но безапелляционный голос Константина. – Мне самому очень хотелось бы правильно питаться, но, к сожалению, у меня