Читать книгу - "Разрушительная литература. Проклятые и одаренные - Олеся Александровна Карпачева-Серая"

особ в иглу уже вторил общий смех. По на это спокойно заметил, что в следующий раз, когда придется читать стихи публично, он возьмет с собой Роз, чтобы исполняла партию Ворона – она для нее как будто родилась»[121].

В этом прочтении складывается ощущение, что По, как мастерский манипулятор-кукловод, играл с чувствами своих слушателей, создал «шутку в готическом стиле» и успешно ее продал романтически настроенным натурам. В своих коротких рассказах он, например, использовал этот прием – когда, напугав до смерти своего персонажа, смеялся над ним. Так, например, в новелле «Заживо похороненный» он рассказывает о том, как герой, боявшийся быть похороненным заживо, и вправду просыпается однажды и понимает, что его закопали. Переживая глубочайшее отчаяние и ужас, он внезапно обнаруживает себя запутавшимся в гамаке на корабельном судне, где заснул накануне.

По как будто хочет показать читателю, что смех даже над ужасными вещами помогает нам жить, хотя бы на время избавляет нас от чувства страха бытия. Поэтому страх жизни и смех над ней всегда где-то рядом.

В феврале 1845 года По стал совладельцем журнала Broadway Journal, его партнер по журналу считал, что сотрудничество со знаменитым литератором поспособствует росту продаж. По часто прибегал к этому методу повышения продаж: критиковал современников-литераторов, чтобы привлечь как можно больше внимания к изданию, но в этот раз получился обратный эффект. По нацелился на Лонгфелло, крупного поэта, именитого автора «Песни о Гайавате», профессора Гарварда, которым Америка очень гордилась.

Лонгфелло и По никогда не встречались лично, но известно, что в начале своего литературного пути По писал к Лонгфелло с предложением писать за плату для журнала Грэма, в котором тогда работал. Лонгфелло отказался ввиду отсутствия времени, но отметил, что не только знает По, но и считает, что его ждет блестящее литературное будущее. Сам По называл свои нападки «маленькой войной с Лонгфелло»[122]. По обвинил Лонгфелло в плагиате. Но не в том смысле, в котором сегодня используется это слово: копирование в своем тексте строк, принадлежащих другому автору, а в присваивании чужих идей, поэтических ритмов и образов. В первую очередь намекая, конечно, на «Песнь о Гайавате», написанную на основе индейских легенд. К сожалению, в этом споре, видимо, было больше общей обиды По на несправедливость жизни – Лонгфелло принадлежал к влиятельной американской семье, у него было профессорское кресло в Гарварде, устроенная жизнь, достаток, литературная слава и всеобщая любовь, и все это далось ему в жизни без особых усилий. Лонгфелло был не первой и не последней «литературной враждой» По, но эта ссора вместе с десятком таких же желчных и неприятных критических статей привлекла много негативного внимания к журналу.

Лонгфелло так ничего и не ответил на нападки По. Судя по всему, он слишком уважал автора «Ворона», чтобы ввязываться в склоку. В этот период По изо всех сил стремился выкупить журнал у своих пайщиков, понаделал долгов, количество подписчиков падало, бизнес агонизировал. По опять злоупотребляет алкоголем, и близится новая депрессия.

Воображаемая женщина Эдгара По

Береника, Лигейя, Линор, Мэделин Эшер, Элеонора, Аннабель Ли, Елена… Эльмира, Джейн, Вирджиния, Френсис, Сара, Анни – длинный список имен, настоящие и вымышленные героини его жизни и его творений… В юности По влюбился в мать своего одноклассника, Джейн Стэнард, через год после их знакомства она сошла с ума и умерла. По пришел в ужас и довольно долгое время потом ходил на ее могилу на кладбище. Потеря навсегда переплелась в его сознании с влюбленностью, и близкая смерть придавала этому чувству с самого начала привкус трагичности. Чувствительный По влюблялся множество раз, но все свои влюбленности он переживал по одному сценарию – чувство потери и невозможность счастья было как будто необходимо воссоздавать во всех этих отношениях.

Для поэтов-романтиков любовь всегда была несчастливой, только так они считали ее подлинной. Разве может настоящая любовь превратиться в пошлое обывательское счастье? И как писал Эдгар По в «Философии творчества», какой предмет вызывает в нас самые сильные чувства? Смерть прекрасной женщины. Несчастливая любовь будет лейтмотивом целого ряда его рассказов, меняется только проклятие, которое преследует несчастного любовника.

В истории о леди Лигейе По создал мистический образ женщины необычной красоты и выдающегося интеллекта, кажется, что нет предмета, в котором она не была бы сведуща, и ей подвластны самые сложные загадки мироздания. Лирический герой не просто очарован – его разум полностью околдован Лигейей. Но нельзя сказать, что герой счастлив, скорее он переживает наваждение, сновидение, морок или наркотический психоз. Он даже не может вспомнить, где и когда впервые встретил Лигейю. И вскользь упоминает, что употребляет опиум. После загадочной смерти Лигейи он женится снова, на полной противоположности своей первой жены. Однако эта красивая витальная женщина умирает и следом воскресает в образе леди Лигейи. Рассказчик дает понять, что Лигейя крадет тела других женщин. Но кто она сама – навсегда останется загадкой. Возможно, демон-суккуб, древняя Лилит, демоническая Венера, вампирша, которая держит в плену своего любовника. В Лигейе есть отсылка к Байрону – рассказчик в какой-то момент после смерти первой жены покупает аббатство, в котором селится. Родовой замок, унаследованный Байроном, – также в прошлом аббатство. А Байрона частенько сравнивали с вампиром.

В новелле «Морелла» По описал еще одну прекрасную женщину с тьмой внутри. Рассказчик начинает догадываться об этой тьме и жаждет избавиться от жены. Умирая, она оставляет дочь, которая растет и все больше становится копией матери. Когда девочка внезапно умерла, отец отнес ее тело в склеп, где не нашел останков ее матери.

Наряду с повтором образа ускользающей женщины По добавляет к любовному чувству и ужас, как будто в романтической любви должна быть мрачная тайна или скрываться какое-то зло.

В 1845 году на фоне скандальной критической деятельности и разорения журнала По попал и в любовный скандал. Прославившись благодаря «Ворону», По стал еще более привлекателен для женщин. В литературной среде многие поэты и писатели были знакомы друг с другом лично, По тогда же работал над серией критических статей «Литераторы Нью-Йорка», что еще расширило круг его литературных знакомств. Так он знакомится с Фрэнсис Осгуд, поэтессой и писательницей.

По был очарован ей, и какое-то время они вели романтическую переписку, зашифрованную в стихотворениях на страницах «Бродвэй джорнал» (газета Broadway Journal – единственное издание, которым владел По, просуществовала всего год – с 1845 по 1846-й). Сложно сказать, где пролегала эта грань между литературной игрой и реальностью в их взаимоотношениях, но поползли и слухи об адюльтере. Муж Фрэнсис был художником и